Читать и слушать книги

Когда в галерее найден мёртвым Джейсон Лоури – арт-дилер, финансист, коллекционер, всё указывает на самоубийство. Но Винсент Марроу, влиятельный прокурор Чикаго и человек с прошлым, знает: за этим выстрелом скрывается нечто куда глубже.

Он зовёт её.

Хэйзел Уайт – адвокат с холодной выдержкой и памятью на боль. Расследование втягивает её в лабиринт чужих судеб, старых дел, теней власти и имен, которые лучше не произносить вслух. Чем глубже она копает, тем отчётливее понимает: в этом деле нет случайных. Только пешки, которые давно пошли в жертву. И те, кто ходит по доске, зная правила наперёд.

В центре Уильям Марроу. Наследник фамилии, разделённый на части. Один из них невиновен. Другой опасен. Но кто из них правда?

А правда, как всегда, приходит слишком поздно.

— Вай, дядя бандить, типель буим вместе зыть…
Я просто в ах…каком удивлении!
Посреди моего шикарного кабинета детская коляска, в ней довольная малявка в кофточке с надписью «Кусяевна», а в руках у неё мои золотые часы, которые малявка крутит на пальце и повторяет:
— Тикь тякь для куся…
Я ща устрою «тик-так» для разноса!
— Аркаша – в голове сплошная каша, — рычу на охранника, — вы должны были забрать у конкурентов товар, который они у нас угнали. Почему вместо товара здесь ребёнок?
Охранник хлопает глазами.
— Не было товара, босс, а её кто-то бросил, вот мы и забрали.
Смотрю на малявку.
— Как зовут, мелкая?
— Катюса… мастел укуса.
— И что мне с тобой делать?
— Плинять, — улыбается. — И плостить.
— И кто твоя мама, Катюха?
— Бань-дить-кя.
— Ясно. А кто папа?
— А папа – ти!

Вот откуда я знал, что появление этой наглой малявки в моём офисе принесёт столько проблем, вскроет страшные тайны моего прошлого и… кто такие бандитки в колготках, которые устроили на меня охоту?

Можно ли перевоспитать взрослого человека? Нет. А создать такие условия, при которых человек способен измениться? Вполне. Именно это и сделал мой начальник для собственного брата, неожиданно выбрав в качестве воспитателя меня. И мне бы отказаться, чтобы не стать причиной разлада в чужой семье, но награда в случае успеха очень привлекательна, а игра, затеянная не мной, кажется развлечением. Но что делать, если неожиданно вмешиваются чувства, которые в мои планы совсем не входили?

Его ломало. На части, выворачивало наизнанку снова и снова. Каждый новый день. Все эти долгие часы, которые смешались в один удушливый, до зубного скрежета мерзкий адский калейдоскоп.
Где она? Сбежала от него? Не стала ждать, и даже не оставила надежды. Внутри всё клокочет и хочется переубивать всех тех идиотов, что позволили ей исчезнуть. Не сказала ему, ни да, ни нет, и убежала.
Рвёт, в клочья эта картинка из проклятой квартиры. Перед глазами чернеет, очередная волна ярости поднимается изнутри как цунами. Надо было покончить с ним ещё тогда, просто не вернулся бы из рабочей поездки...

Не хочу я замуж!
Договорной брак — это зло.
Так я искренне считала, пока не заключила сделку со своим отцом. Мне надо всего лишь год продержаться как все, работая и живя отдельно. Вот только оказалось, что не только отец считает, что моё место «за мужем». Босс оказался таким же. И если от отца я смогла сбежать, то от босса деваться мне некуда. Условия сделки с отцом не позволяют.
А тут ещё несостоявшийся жених нарисовался, и соседи… Да куда ж мне столько всего и сразу?
Это карма? Нет? Всего лишь последствия моих решений? А, ну тогда ладно, с этим я ещё потягаться могу. Мне б ещё помощника.
И вот кто меня за язык тянул? Теперь от помощника никак не отвертеться. Только кто кому помогает — ещё вопрос.

Они любили друг друга так сильно, что это казалось невозможным. Но их связь оборвалась в тот момент, когда должна была только начаться.
Много лет прошло. Много боли накопилось. А правда так и осталась нерассказанной.
Теперь они снова вместе. Работают под одной крышей, дышат одним воздухом, стараются не смотреть друг на друга. Но чем больше Матвей пытается ненавидеть Леру, тем сильнее тянется к ней. Чем больше она молчит, тем громче кричит её боль.

Санкт-Петербург. Маскарад. Тот самый вечер, который должен был стать случайностью… но стал судьбой. В масках, в воспоминаниях, в обмане — их губы встречаются в поцелуе, полном отчаяния. И именно тогда Матвей бросает фразу, которая как клеймо выжигается в её сердце.
— Кое-что изменилось, теперь это поцелуй с предательницей…

Это история не о мести, а о спасении. Не о предательстве, а о жертве. Это история о том, как любовь выживает даже там, где, казалось бы, давно ничего не осталось.

«– Подождите! – окликнула я его, сама не понимая, что делаю. – Зайдёмте... я хотя бы ужином вас накормлю. В благодарность.
Он обернулся и посмотрел на меня так, словно я сошла с ума.
– У вас с головой всё в порядке? – медленно спросил он. – Я могу оказаться грабителем. Убийцей. Насильником, в конце концов.
– С головой всё в порядке, – быстро сказала я, а потом честно добавила: – Хотя я не уверена.
Он качнул головой, но в глазах мелькнула искорка чего-то похожего на усмешку.
– Есть хочется, – сказал он наконец. – Так что ломаться не буду.»
Одна ночь меняет жизнь Анны: нападение в переулке, незнакомец, разогнавший хулиганов, и чувство, что она больше не одна. Дима, суровый охранник, становится её опорой, но его собственный мир полон опасностей. "Будь осторожнее, те трое могли запомнить тебя", – предупреждает он. Вместе им предстоит разобраться, где граница между защитой и чем-то большим.

– Присаживайтесь, – женщина в белом халате указала на кушетку.
Мое сердце бьётся как бешенное. Я смотрела в ее усталое лицо – морщинки в уголках глаз, немного поджатые губы, седина в темных волосах. Сколько таких как я она видела? Сколько судеб решила?
– Пожалуйста, – мой голос сорвался на шепот. – Помогите мне.
Она подняла глаза от медицинской карты:
– Я делаю свою работу. Чем быстрее мы начнем...
– Нет! – я соскочила с кушетки, схватила ее за руки. – Не так! Помогите мне сохранить ребенка. Мы просто скажем им, что все сделано.

РАССКАЗ. ЗАКОНЧЕН
А, была не была! Прохожу внутрь, чувствуя себя совершенно растерянной. Квартира у Вики светлая, уютная, будто из журнала. В углу комнаты стоит кроватка для младенца, рядом пакетики из детского магазина. Меня словно холодной водой окатывает.
— Это… твоё? — тихо спрашиваю я, кивая на детские вещи.
Она радостно улыбается, гладит себя по животу и кивает:
— Да! Я беременна. Данил такой счастливый! Он сказал, что мечтал о ребёнке, — голос у неё нежный и мечтательный. — Мы скоро поженимся…
— Поженитесь? — пересохшими губами переспрашиваю я.
— Ну, конечно! — Вика смотрит на меня слегка сочувственно. — Лиза, вы только не волнуйтесь. Мы не хотели вам делать больно, честно. Просто Данечка сказал, что у вас уже давно не всё хорошо, что вы вместе только ради ребёнка. Но… Данечка тоже заслуживает счастья, правда? А я совсем не против буду общаться с вашим сыном и…вами. Мы же современные люди. Мы же почти семья!

– Я тебе говорила, что будешь моим? - уверенно заявляет любовница моего будущего мужа.
– Говорила, - соглашается он с едва ехидной улыбкой.
Скользит взглядом по ее телу и уединяется со своей сводной сестрой, добавляя:
– Но сегодня не считается. Купальская ночь все спишет.


И я спишу предателя в утиль!
Жених меня привез на фестиваль в честь праздника Купалье. А его сводная сестра сделала сюрприз для нас. Она разбила нашу пару вдребезги.