Книги в жанре «Современный любовный роман»
Аннотация:
После семилетнего отсутствия в город возвращается известный баскетболист Максим Бондарев. Моя первая любовь и первый мужчина.
Когда-то я пожертвовала собой, чтобы его спасти. Он уверен, что я предательница и ненавидит меня.
Нам нужно продержаться рядом всего один год. Только с каждым днем сделать это все труднее...
После семилетнего отсутствия в город возвращается известный баскетболист Максим Бондарев. Моя первая любовь и первый мужчина.
Когда-то я пожертвовала собой, чтобы его спасти. Он уверен, что я предательница и ненавидит меня.
Нам нужно продержаться рядом всего один год. Только с каждым днем сделать это все труднее...
- И кто она? – тихо спрашиваю я, а у самой сердце бешено бьется.
Так бьется что кажется вот вот сейчас выпрыгнет из груди…
- Какая разница? – Грузов отворачивается к окну.
Я вижу его красивое лицо и понимаю все напрасно, столько лет лжи и обмана….Столько лет.
- Женя Хасанова? – тихо спрашиваю я закусив губу.
Можно и не задавать вопросов, ведь я сама знаю ответ. Ответ лежит на поверхности. Она….Именно она…
Гера резко поворачивается и пристально смотрит мне в глаза взглядом своих карих глаз которые я так любила, а может до сих пор люблю. Я не знаю….Внутри словно что то выгорело…Пустота. Одна пустота.
- Посмотри на себя, Вика! Где каблуки, прическа?
Так бьется что кажется вот вот сейчас выпрыгнет из груди…
- Какая разница? – Грузов отворачивается к окну.
Я вижу его красивое лицо и понимаю все напрасно, столько лет лжи и обмана….Столько лет.
- Женя Хасанова? – тихо спрашиваю я закусив губу.
Можно и не задавать вопросов, ведь я сама знаю ответ. Ответ лежит на поверхности. Она….Именно она…
Гера резко поворачивается и пристально смотрит мне в глаза взглядом своих карих глаз которые я так любила, а может до сих пор люблю. Я не знаю….Внутри словно что то выгорело…Пустота. Одна пустота.
- Посмотри на себя, Вика! Где каблуки, прическа?
— Ты себя вообще слышишь?! — не выдержала я. — Ты меня с дочерью из дома выгнал, чтобы потусить, а сейчас приехал как ни в чем не бывало!
— Не ори. Ребенка разбудишь, — надменно одернул. — Домой поехали.
— Нет, — твердо ответила. — Так невозможно жить, Артур. Пока я не увижу реальных изменений, мы не вернемся.
— Знаешь, ты тоже изменилась, Кира. И я тоже хочу свою прежнюю заю. Красивую сексуальную крошку. И тем не менее готов и такую тебя обратно принять.
— Ты готов?! — аж задохнулась от возмущения. — Да пошел ты!
— Окей, пойду, — высокомерно ответил. — Поеду в Сочи на лыжах кататься. Хотел вас взять, но раз ты такая гордая… Думай, Кира, думай. У тебя неделя. И помни, что свято место пусто не бывает...
Через несколько дней я вернулась домой за вещами и увидела, почему изменился мой муж. Он не хочет разводиться, но я буду бороться за себя, дочь и наше с ней будущее!
— Не ори. Ребенка разбудишь, — надменно одернул. — Домой поехали.
— Нет, — твердо ответила. — Так невозможно жить, Артур. Пока я не увижу реальных изменений, мы не вернемся.
— Знаешь, ты тоже изменилась, Кира. И я тоже хочу свою прежнюю заю. Красивую сексуальную крошку. И тем не менее готов и такую тебя обратно принять.
— Ты готов?! — аж задохнулась от возмущения. — Да пошел ты!
— Окей, пойду, — высокомерно ответил. — Поеду в Сочи на лыжах кататься. Хотел вас взять, но раз ты такая гордая… Думай, Кира, думай. У тебя неделя. И помни, что свято место пусто не бывает...
Через несколько дней я вернулась домой за вещами и увидела, почему изменился мой муж. Он не хочет разводиться, но я буду бороться за себя, дочь и наше с ней будущее!
— Надо вставить поглубже! — слышится хриплый голос моего мужа. — Не против?
— Если надо… — томно шепчет женский голос.
Ухватив новенькую сковороду покрепче, распахиваю дверь ванной комнаты.
Там — муж и… моя племянница.
Он — в одних трусах, она в мокром нижнем белье. Оба не ожидали меня увидеть!
***
Старший брат попросил, чтобы его дочка пожила у нас какое-то время.
Студентка, активистка, красавица и… змея, положившая глаз на моего мужа!
— Если надо… — томно шепчет женский голос.
Ухватив новенькую сковороду покрепче, распахиваю дверь ванной комнаты.
Там — муж и… моя племянница.
Он — в одних трусах, она в мокром нижнем белье. Оба не ожидали меня увидеть!
***
Старший брат попросил, чтобы его дочка пожила у нас какое-то время.
Студентка, активистка, красавица и… змея, положившая глаз на моего мужа!
– Порыбачить? – удивленно смотрю на двух наглых мальчишек.
– Кто больше! – шмыгает носом Сашка.
Ха! Они что, решили меня "на слабо" развести? Не выйдет!
— Отлично, — улыбаюсь им во все тридцать два зуба, — только надо спросить у вашей мамы.
– К нашей маме нельзя! – тут же спохватываются мальцы. – Она работает!
– Мне – можно, – отрезаю уверенно. – Она на меня работает.
Та-ак… Где тут эта бесценная сотрудница, которую мне так нахваливают? Меня уже самого любопытство разбирает.
– Мама! – вдруг кричат близнецы и весело машут руками кому-то за моей спиной.
Оборачиваюсь, и дыхание замирает в моей груди колючей ледяной пылью. Во рту появляется горечь.
Та, кого я любил больше жизни. Та, что изменила мне. Предала.
Смотрю в ошарашенные глаза побледневшей женщины.
–Мама? – переспрашиваю не веря своим ушам. – Ты?..
Я любил ее больше жизни. Но она изменила мне с моим конкурентом. А теперь, спустя годы, я встречаю ее в этой дыре и... Дружу с ее сыновьями?
– Кто больше! – шмыгает носом Сашка.
Ха! Они что, решили меня "на слабо" развести? Не выйдет!
— Отлично, — улыбаюсь им во все тридцать два зуба, — только надо спросить у вашей мамы.
– К нашей маме нельзя! – тут же спохватываются мальцы. – Она работает!
– Мне – можно, – отрезаю уверенно. – Она на меня работает.
Та-ак… Где тут эта бесценная сотрудница, которую мне так нахваливают? Меня уже самого любопытство разбирает.
– Мама! – вдруг кричат близнецы и весело машут руками кому-то за моей спиной.
Оборачиваюсь, и дыхание замирает в моей груди колючей ледяной пылью. Во рту появляется горечь.
Та, кого я любил больше жизни. Та, что изменила мне. Предала.
Смотрю в ошарашенные глаза побледневшей женщины.
–Мама? – переспрашиваю не веря своим ушам. – Ты?..
Я любил ее больше жизни. Но она изменила мне с моим конкурентом. А теперь, спустя годы, я встречаю ее в этой дыре и... Дружу с ее сыновьями?
Осторожно приоткрываю дверь. Слышу какое-то шуршание внутри и голоса.
— Сделай мне ребенка. Я рожу тебе сына. — томный голос женщины звучал с придыханием.
Следом — звонкий шлепок.
— Я тебя озолочу, если родишь мне ребенка. — голос мужа нельзя было спутать с другим.
Оцепенение сковало конечности. Это точно был Аслан!
— Аслан, ты лучший мужчина на свете! — словно в доказательство женщина назвала имя моего мужа.
Я не выдержала и резко открыла дверь. Секретарша лежала на столе моего мужа. Аслан стоял рядом и ласкал ее тело.
Муж и секретарша увидели меня. Они резко отстранилась друг от друга.
— Алиса?! Ты должна сейчас делать ЭКО-процедуру. — в этот момент Аслан вспомнил о нашем будущем ребенке.
— Это уже не требуется. Ведь тебе родит она! — я указала в сторону секретарши.
Муж изменил с секретаршей в тот день, когда я должна делать ЭКО-процедуру. Биоматериал предателя больше не нужен. Использую другого донора...
— Сделай мне ребенка. Я рожу тебе сына. — томный голос женщины звучал с придыханием.
Следом — звонкий шлепок.
— Я тебя озолочу, если родишь мне ребенка. — голос мужа нельзя было спутать с другим.
Оцепенение сковало конечности. Это точно был Аслан!
— Аслан, ты лучший мужчина на свете! — словно в доказательство женщина назвала имя моего мужа.
Я не выдержала и резко открыла дверь. Секретарша лежала на столе моего мужа. Аслан стоял рядом и ласкал ее тело.
Муж и секретарша увидели меня. Они резко отстранилась друг от друга.
— Алиса?! Ты должна сейчас делать ЭКО-процедуру. — в этот момент Аслан вспомнил о нашем будущем ребенке.
— Это уже не требуется. Ведь тебе родит она! — я указала в сторону секретарши.
Муж изменил с секретаршей в тот день, когда я должна делать ЭКО-процедуру. Биоматериал предателя больше не нужен. Использую другого донора...
– Василис, – он вдруг становится абсолютно серьезным. – Давай начистоту, – вздыхает. – Такой ассистентки, как ты, мне сейчас не найти. Если ты сейчас уйдешь, я этот проект не вытяну просто физически. И фиг бы с ним с отцовским капризом, но там же уже люди наняты, проект запущен. Ну! – смотрит мне в глаза. – Официально это называется репутационные потери, а неофициально, кучу людей кинуть! И все только потому, что тебе не нравится, как я целуюсь!
– Мне нравится, – топаю ногой. – Но.
Черт!
Черт! Черт! Черт!
Эх, кто бы знал, как я однажды вляпалась!
– Мне нравится, – топаю ногой. – Но.
Черт!
Черт! Черт! Черт!
Эх, кто бы знал, как я однажды вляпалась!
— В следующий раз, думай лучше, когда решишь поиграть в игру с мужчиной. И помни, чем это может закончиться, — Ар застёгивает рубашку, окинув меня мрачным холодным взглядом.
Я обхватываю дрожащие плечи руками, будто пытаюсь защититься от него. Переносица предательски жжёт. Я изо всех сил стараюсь не заплакать.
— Если... если мои братья узнают, что ты сделал...
— Сначала расскажи им, что ты сделала. И, кстати, ты уволена, Агата.
Ар разворачивается и выходит из комнаты, оставив меня сидеть на полу.
Я обхватываю дрожащие плечи руками, будто пытаюсь защититься от него. Переносица предательски жжёт. Я изо всех сил стараюсь не заплакать.
— Если... если мои братья узнают, что ты сделал...
— Сначала расскажи им, что ты сделала. И, кстати, ты уволена, Агата.
Ар разворачивается и выходит из комнаты, оставив меня сидеть на полу.
– Решила сделать из меня идиота? – муж кривит губы в презрительной улыбке.
– Я не понимаю, – шепчу умоляюще, прижимая к себе новорождённого сынишку. – Это какая-то шутка?
– Да где уж там, если ты собиралась подсунуть мне чужого ребёнка! – выплёвывает он. – Хороша шуточка, нечего сказать!
Меня обвинили в измене, бросили выживать одну вместе с крошкой-сыном. И мы справлялись… Но теперь моему мальчику нужна помощь, а ради этого я пойду на всё. Даже на поклон к человеку, отказавшемуся признавать своего ребёнка.
– Я не понимаю, – шепчу умоляюще, прижимая к себе новорождённого сынишку. – Это какая-то шутка?
– Да где уж там, если ты собиралась подсунуть мне чужого ребёнка! – выплёвывает он. – Хороша шуточка, нечего сказать!
Меня обвинили в измене, бросили выживать одну вместе с крошкой-сыном. И мы справлялись… Но теперь моему мальчику нужна помощь, а ради этого я пойду на всё. Даже на поклон к человеку, отказавшемуся признавать своего ребёнка.
Артур Манапов стал моим первым мужчиной, а после сказал, что мы не подходим друг другу и заставил выпить таблетки, чтобы я не забеременела.
С тех пор прошло три года. Он по-прежнему сказочно богат, красив и меняет моделей, как перчатки.
А я больше не влюбленная дурочка, ловящая каждое его слово. Он задался целью узнать о моей жизни все, но главный свой секрет я сохраню любой ценой.
Купленные тогда таблетки не сработали. Я забеременела и родила сына.
С тех пор прошло три года. Он по-прежнему сказочно богат, красив и меняет моделей, как перчатки.
А я больше не влюбленная дурочка, ловящая каждое его слово. Он задался целью узнать о моей жизни все, но главный свой секрет я сохраню любой ценой.
Купленные тогда таблетки не сработали. Я забеременела и родила сына.
Выберите полку для книги