Книги в жанре «Современный любовный роман»
Я смотрела на него и не верила.
Нет, не в то, что он мне изменил — это я уже поняла. Я не верила в то, что этот человек передо мной — мой муж. Тот самый, с кем мы прожили двадцать лет.
— Ты правда думаешь, что я это стерплю? — мой голос дрожал, но я держалась. Еще чуть-чуть, и все, к черту слезы. Они ему только в радость.
— Ты зря драматизируешь, Лена. Да, я был с ней. Но она лёгкая такая. Без этого… груза.
— Груза? — переспросила одними губами, потому что в горле пересохло. — Это ты про меня? Про нашу семью? Про наших детей?!
Он пожал плечами.
—Я хочу настоящего чего-то. И мне плевать, что ты там себе напридумывала.
Настоящего? Интересно, а когда именно у нас с ним все превратилось в прошлое? Вчера? Месяц назад? Или все эти годы были просто затянувшейся паузой перед его новой жизнью?
— Кстати, — он усмехнулся. — Я не собираюсь делить имущество из-за твоих эмоций.
А вот тут я резко пришла в себя.
— А если я скажу, что выгоняю тебя отсюда к чертовой матери?
Нет, не в то, что он мне изменил — это я уже поняла. Я не верила в то, что этот человек передо мной — мой муж. Тот самый, с кем мы прожили двадцать лет.
— Ты правда думаешь, что я это стерплю? — мой голос дрожал, но я держалась. Еще чуть-чуть, и все, к черту слезы. Они ему только в радость.
— Ты зря драматизируешь, Лена. Да, я был с ней. Но она лёгкая такая. Без этого… груза.
— Груза? — переспросила одними губами, потому что в горле пересохло. — Это ты про меня? Про нашу семью? Про наших детей?!
Он пожал плечами.
—Я хочу настоящего чего-то. И мне плевать, что ты там себе напридумывала.
Настоящего? Интересно, а когда именно у нас с ним все превратилось в прошлое? Вчера? Месяц назад? Или все эти годы были просто затянувшейся паузой перед его новой жизнью?
— Кстати, — он усмехнулся. — Я не собираюсь делить имущество из-за твоих эмоций.
А вот тут я резко пришла в себя.
— А если я скажу, что выгоняю тебя отсюда к чертовой матери?
— Лера, ты что, следишь за мной? — грубо бросает муж.
— Ты сейчас серьезно? — произношу изумленно. — Ни “извини”, ни “это не то, о чем ты подумала”. Никакого раскаяния, что я увидела тебя с другой?! Зато обвинить меня в слежке — пожалуйста.
— Успокойся и езжай домой, — Егор пытается взять меня за руку, не позволяю. — Мы обо всем поговорим позже. Ты же хорошая девочка и поймешь меня.
— Если я хорошая девочка, то думаешь, я прощу тебе измену? — говорю тихо. — Сколько… сколько раз ты с ней уже спал? — киваю в сторону любовницы мужа.
— Тебя это не касается, — тон Егора меняется, становится циничным, жестким. — Я тебе что сказал? Ты сейчас же едешь домой и ждешь меня там, пока я здесь… доделаю дела. А уже после ты выслушаешь меня и поймешь, как была неправа. Потом еще сама извиняться будешь.
— Ты сейчас серьезно? — произношу изумленно. — Ни “извини”, ни “это не то, о чем ты подумала”. Никакого раскаяния, что я увидела тебя с другой?! Зато обвинить меня в слежке — пожалуйста.
— Успокойся и езжай домой, — Егор пытается взять меня за руку, не позволяю. — Мы обо всем поговорим позже. Ты же хорошая девочка и поймешь меня.
— Если я хорошая девочка, то думаешь, я прощу тебе измену? — говорю тихо. — Сколько… сколько раз ты с ней уже спал? — киваю в сторону любовницы мужа.
— Тебя это не касается, — тон Егора меняется, становится циничным, жестким. — Я тебе что сказал? Ты сейчас же едешь домой и ждешь меня там, пока я здесь… доделаю дела. А уже после ты выслушаешь меня и поймешь, как была неправа. Потом еще сама извиняться будешь.
— Ну что ты не сбрасываешь, Марат? — говорю, сладко, как будто всё нормально. Но голос дрожит. Не от страха. От ярости. От тупой обиды, которая давит, как глыба льда на грудной клетке.
— Возьми. Девочка, наверное, соскучилась. Или волнуется, не умер ли ты тут, у бывшей, от переизбытка чувств.
Он молчит. И меня это бесит. Почему он молчит? Лучше бы соврал. Сказал бы, что Илона — это… я не знаю, сантехник в гетрах. Я бы хоть посмеялась. Но он просто смотрит. Молча. С глазами «позволь мне что-нибудь тебе соврать». Нет, зайка. Уже не надо. Я не хочу этих слов. Не хочу, чтобы он что-то говорил. Потому что я всё знаю. Он смотрит на меня, но в его глазах нет того, что я хотела бы увидеть. И это ещё больнее.
Я встаю. Простыня — как щит. Заворачиваюсь в неё, будто в броню. Голая, уязвимая, но с выражением лица «отвали». А внутри мне так больно, что хочется кричать, разбить всё, что вокруг. Но я не буду.
— Возьми. Девочка, наверное, соскучилась. Или волнуется, не умер ли ты тут, у бывшей, от переизбытка чувств.
Он молчит. И меня это бесит. Почему он молчит? Лучше бы соврал. Сказал бы, что Илона — это… я не знаю, сантехник в гетрах. Я бы хоть посмеялась. Но он просто смотрит. Молча. С глазами «позволь мне что-нибудь тебе соврать». Нет, зайка. Уже не надо. Я не хочу этих слов. Не хочу, чтобы он что-то говорил. Потому что я всё знаю. Он смотрит на меня, но в его глазах нет того, что я хотела бы увидеть. И это ещё больнее.
Я встаю. Простыня — как щит. Заворачиваюсь в неё, будто в броню. Голая, уязвимая, но с выражением лица «отвали». А внутри мне так больно, что хочется кричать, разбить всё, что вокруг. Но я не буду.
— Демид... В этой своей командировке совершил огромную глупость. С женщиной. Да, с секретаршей своей, — свекровь драматично закатывает глаза.
— Что?
— Мужчина он ведь что в Африке мужчина, что в Дубаях. Физиология. Потребности.
— Что вы такое говорите?
— Ты ему позвони да спроси, если не веришь. Не расстраивайся только, милая. Всё к лучшему. Ты найдёшь себе мужчину попроще. Не такого занятого. Не такого... Амбициозного.
Четыре года счастливого брака. Тест с двумя полосками. Надежды на светлое будущее…
Демид всё перечеркнул своей изменой. Собрав вещи и подав на развод, я начала строить жизнь с нуля.
Мы с дочкой были счастливы ровно до тех пор, пока в квартиру напротив не въехал мой бывший муж. И он жаждет знать, от кого же моя дочь, чьи глаза так похожи на его.
— Что?
— Мужчина он ведь что в Африке мужчина, что в Дубаях. Физиология. Потребности.
— Что вы такое говорите?
— Ты ему позвони да спроси, если не веришь. Не расстраивайся только, милая. Всё к лучшему. Ты найдёшь себе мужчину попроще. Не такого занятого. Не такого... Амбициозного.
Четыре года счастливого брака. Тест с двумя полосками. Надежды на светлое будущее…
Демид всё перечеркнул своей изменой. Собрав вещи и подав на развод, я начала строить жизнь с нуля.
Мы с дочкой были счастливы ровно до тех пор, пока в квартиру напротив не въехал мой бывший муж. И он жаждет знать, от кого же моя дочь, чьи глаза так похожи на его.
- Что я делала не так? Нафиг вас, мужиков, все вы изменщики! - Я немного нетвёрдо стояла на ногах, и с вызовом смотрела на нового бесящего соседа, которого ещё с утра ненавидела.
Но он оказался единственным, кто открыл мне глаза на "верность" моего парня. А ведь все знали.
- Эй, мадам Пирожкова, ты ничего не попутала? Чего припёрлась вообще? Вали к себе давай.
Её сосед только что пережил болезненный развод, и не планировал жениться когда-то вновь.
Она узнала об изменах своего парня, с которым собиралась прожить всю жизнь, и теперь больше не верила мужчинам. На отношения она больше не подпишется.
Одна случайная ночь, которую они провели вместе. И как быть дальше?
Может оставить всё, как есть? Вроде бы классно получилось.
Главное, соблюдать строгие правила, чтобы снова не обжечься, и не сделать себе больно:
* Договариваться о встречах заранее, и не приходить без предупреждения
* Не оставаться спать вместе, каждый ночует у себя
* И главное НЕ ВЛЮБЛЯТЬСЯ
Но он оказался единственным, кто открыл мне глаза на "верность" моего парня. А ведь все знали.
- Эй, мадам Пирожкова, ты ничего не попутала? Чего припёрлась вообще? Вали к себе давай.
Её сосед только что пережил болезненный развод, и не планировал жениться когда-то вновь.
Она узнала об изменах своего парня, с которым собиралась прожить всю жизнь, и теперь больше не верила мужчинам. На отношения она больше не подпишется.
Одна случайная ночь, которую они провели вместе. И как быть дальше?
Может оставить всё, как есть? Вроде бы классно получилось.
Главное, соблюдать строгие правила, чтобы снова не обжечься, и не сделать себе больно:
* Договариваться о встречах заранее, и не приходить без предупреждения
* Не оставаться спать вместе, каждый ночует у себя
* И главное НЕ ВЛЮБЛЯТЬСЯ
Двойное предательство кого угодно выбьет из колеи. Но это не про меня.
Сколько тайн и секретов скрывают лжецы и негодяи мне лишь предстоит узнать.
Беру судьбу в свои руки и пусть предатели знают, что после измены — только месть.
***
— У нее такие же духи, как у меня?
— О чем ты, Юль? Устал. Не до загадок.
— Оля. О чем же еще? — Откладываю папку. Подхожу к нему. Останавливаюсь в метре. — Или ты спишь не только с моей лучшей подругой, но и с моим парфюмером?
Супруг фыркает, резко отворачивается, хватается за графин с крепким напитком. Рука чуть дрожит.
— Бред!
— Достаю из кармана кардигана свой планшет. Открываю его. Экран светится в полумраке. — Я видела вашу переписку.
Сколько тайн и секретов скрывают лжецы и негодяи мне лишь предстоит узнать.
Беру судьбу в свои руки и пусть предатели знают, что после измены — только месть.
***
— У нее такие же духи, как у меня?
— О чем ты, Юль? Устал. Не до загадок.
— Оля. О чем же еще? — Откладываю папку. Подхожу к нему. Останавливаюсь в метре. — Или ты спишь не только с моей лучшей подругой, но и с моим парфюмером?
Супруг фыркает, резко отворачивается, хватается за графин с крепким напитком. Рука чуть дрожит.
— Бред!
— Достаю из кармана кардигана свой планшет. Открываю его. Экран светится в полумраке. — Я видела вашу переписку.
— Кто эта тварь, что разрушила нашу семью?
— Не смей так о ней говорить! — взрывается муж. — Ты ее не знаешь! Она не разрушила! — кричит он. — Она показала мне, что такое настоящие чувства! Что такое любовь!
— Любовь? — смеюсь сквозь слезы. — Ты называешь любовью интим с чужой бабой?
— Не смей! — он делает шаг ко мне, лицо красное от злости. — Ты не понимаешь, что говоришь!
— Понимаю! Понимаю, что мой муж думает тем, что в штанах!
— Заткнись! — рявкает он.
И всё, что мне приходится - это заткнуться и отпустить человека, с которым нас связывают не только печати в паспорте, но и двое детей.
Что ж. Он еще пожалеет.
— Не смей так о ней говорить! — взрывается муж. — Ты ее не знаешь! Она не разрушила! — кричит он. — Она показала мне, что такое настоящие чувства! Что такое любовь!
— Любовь? — смеюсь сквозь слезы. — Ты называешь любовью интим с чужой бабой?
— Не смей! — он делает шаг ко мне, лицо красное от злости. — Ты не понимаешь, что говоришь!
— Понимаю! Понимаю, что мой муж думает тем, что в штанах!
— Заткнись! — рявкает он.
И всё, что мне приходится - это заткнуться и отпустить человека, с которым нас связывают не только печати в паспорте, но и двое детей.
Что ж. Он еще пожалеет.
Я думал, что справлюсь. Думал, что смогу держать дистанцию, что хватит воли не смотреть на неё дольше положенного. Не задерживать взгляд на шее, когда она убирает волосы, не вдыхать её запах, когда проходит мимо.
Я был уверен, если не подпускать слишком близко чувства сдохнут, но они стали только сильнее.
София смеялась с моим сыном, а я чувствовал, как во мне что-то трескается, прямо под рёбрами, как будто кто-то неосторожно наступил на лёд, под которым пульсировало то, что я давно считал мёртвым.
Я не имел права на неё. Она была дочерью моей женщины. Почти. Почти дочерью. Почти женщиной. Почти запретной. Почти моей.
Я был уверен, если не подпускать слишком близко чувства сдохнут, но они стали только сильнее.
София смеялась с моим сыном, а я чувствовал, как во мне что-то трескается, прямо под рёбрами, как будто кто-то неосторожно наступил на лёд, под которым пульсировало то, что я давно считал мёртвым.
Я не имел права на неё. Она была дочерью моей женщины. Почти. Почти дочерью. Почти женщиной. Почти запретной. Почти моей.
- Там такие бабешки. Одна мне даже успела свой номер телефона дать. Так что жен оставляем, а сами едем тусить на денек в Поляну.
Это говорит мой муж.
Тот человек, с которым мы прожили семь лет.
От него я родила двойняшек, которых мы оба любим до безумия.
- Влад, это как в анекдоте, что ли? Когда кольцо в такую жару даже надевать не хочется? - гогочет его приятель.
- Именно, - бахвалится супруг. - На сутки мы - не женатики. Ну а дальше вернемся обратно к благоверным.
Я могла выйти в тот момент и сказать, что слышала все до единой буквы. Однако мы с девочками решили по-другому.
Кольца в такую жару не станем надевать уже мы.
Ну а дальше посмотрим, кому из нас свободная жизнь понравится больше.
Это говорит мой муж.
Тот человек, с которым мы прожили семь лет.
От него я родила двойняшек, которых мы оба любим до безумия.
- Влад, это как в анекдоте, что ли? Когда кольцо в такую жару даже надевать не хочется? - гогочет его приятель.
- Именно, - бахвалится супруг. - На сутки мы - не женатики. Ну а дальше вернемся обратно к благоверным.
Я могла выйти в тот момент и сказать, что слышала все до единой буквы. Однако мы с девочками решили по-другому.
Кольца в такую жару не станем надевать уже мы.
Ну а дальше посмотрим, кому из нас свободная жизнь понравится больше.
— Я изменил тебе, Арина.
Его слова разъедают моё сердце как яд.
Мучительно больно. Без капли жалости.
— У меня есть другая женщина. Я часто с ней встречаюсь, провожу время... Но мои чувства к тебе ещё не остыли.
Вытираю слезы и снимаю с пальца обручальное кольцо.
— Когда в суд? Завтра? Или прямо сейчас...
Мирон хмыкает. Смотрит на меня ледяными глазами.
— И это все, что ты мне хочешь сказать? Я удивлен, Арина. А как же "за любовь нужно бороться"? Будь я на твоём месте, я бы не позволил конкурентке увести мужа из семьи. Ты меня разочаровала... Не звони мне и помощи не проси.
Хлопает дверь. Это конец.
Накрываю ладонью живот и рыдаю в агонии.
***
Он ушел. А я только что узнала, что жду малыша.
Год без него. До сих пор больно, обидно, одиноко. Живу, кое как справляюсь.
А потом вдруг случается это...
На мои колени ложится огромный букет красных роз, и позади раздается голос, от которого бросает в дрожь.
— Я вернулся, Арина. Надеюсь, ты мудрая женщина и всё поймёшь...
Его слова разъедают моё сердце как яд.
Мучительно больно. Без капли жалости.
— У меня есть другая женщина. Я часто с ней встречаюсь, провожу время... Но мои чувства к тебе ещё не остыли.
Вытираю слезы и снимаю с пальца обручальное кольцо.
— Когда в суд? Завтра? Или прямо сейчас...
Мирон хмыкает. Смотрит на меня ледяными глазами.
— И это все, что ты мне хочешь сказать? Я удивлен, Арина. А как же "за любовь нужно бороться"? Будь я на твоём месте, я бы не позволил конкурентке увести мужа из семьи. Ты меня разочаровала... Не звони мне и помощи не проси.
Хлопает дверь. Это конец.
Накрываю ладонью живот и рыдаю в агонии.
***
Он ушел. А я только что узнала, что жду малыша.
Год без него. До сих пор больно, обидно, одиноко. Живу, кое как справляюсь.
А потом вдруг случается это...
На мои колени ложится огромный букет красных роз, и позади раздается голос, от которого бросает в дрожь.
— Я вернулся, Арина. Надеюсь, ты мудрая женщина и всё поймёшь...
Выберите полку для книги