Читать и слушать книги

Яркий холодный свет заставляет силуэты замереть. Женский вскрик звучит как выстрел. Мой муж и дочь моей тёти, которая наконец встретила «мужчину своей мечты»…или моей?

— Нет, — голос дрожит, а я отступаю на шаг. — Это неправда…

Леша судорожно дёргает рубашку, прячет взгляд и делает шаг ко мне.

— Соня, пожалуйста…

— Не подходи! Не смей ко мне приближаться! Как ты мог?! В мой день рождения! С ней… с Алиной?!

Она тихо всхлипывает. Я перевожу на неё взгляд, и что‑то внутри меня хрустит и ломается. Шок отходит, уступая место ледяной пустоте.

— Ты сделал свой выбор, и потерял женщину, которая верила в тебя, — разворачиваюсь, бросая через плечо: — И да, Алина, теперь ты действительно «похожа» на меня. Жаль, что не тем, чем следовало.

Иду к выходу, спина неестественно прямая, а шаги твёрдые, несмотря на дрожь в коленях.

Мой праздник, мой муж, моя сестра…моя жизнь.

Позади зовёт Леша, но я стремительно вылетаю в зал.

На воздух.
Мне нужен чистый воздух.

— Я принес заявление, — говорит он. — И хочу, чтобы ты заверила свое согласие на развод, или как это называется, чтобы я мог без твоего присутствия подать на развод. Сегодня.
— Прости, — говорю я. — Я хочу уточнить, что именно сейчас вижу. Ты приводишь ко мне свою любовницу, сажаешь ее в моем кабинете, выкладываешь документы на развод и всерьез рассчитываешь, что я нотариально удостоверю свою подпись? У себя? Для тебя? При этой... декоративной группе поддержки?
Любовница вспыхивает.
— Можно без оскорблений?
— Можно было бы, если бы ты не была такой тупой. Но почему-то не сложилось.
— Не надо делать из этого драму. Это формальность.
— Формальность, Артем, это когда клиент забывает СНИЛС. А когда муж приходит к жене с любовницей заверять развод у самой жены, это уже клинический случай.
— Ты нотариус. Это твоя работа.

Одно дело узнать, что твой муж изменяет, другое - с кем. Я поймала на измене мужа с женщиной, которую он называл «просто лучшей подругой детства», а затем сообщил, что я сама в этом виновата.

Я развелась. Продала ему свою долю. Думала, что больнее уже не будет.

Но сидя в машине у ЗАГСа, случайно услышала:
- Аркаш, я так рада, что это наконец-то закончилось! Я до сих пор не понимаю, как можно было спрятать такие деньги. Там же почти семьдесят процентов прибыли…

– Ром, ну как? Что врач сказал?.. – в нетерпении бросаюсь к мужу.
– Чисто, – коротко сообщает Рома. – Очагов больше нет. Я… здоров!
– Господи... Это лучшая новость в мире! Мы справились, Ром! Теперь всё будет как прежде…
Я тянусь к мужу, желая обнять, но он почему-то отступает.
– Ром? – я замираю, так и не коснувшись его. – Что-то не так? Врачи что-то еще сказали? Возможен рецидив?
– Нет, Марго. Просто как прежде уже не будет. Пока я болел, понял одну важную вещь. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её впустую.
– О чем ты говоришь? – мой голос дрожит. – Мы же только что получили второй шанс!
– Я получил, – отрезает он. – И я собираюсь прожить эту новую жизнь по-своему. Без тебя. Ты права, Марго, я справился! Но я сделал это не ради нас. Я мечтал поскорее начать новую жизнь с другой. А тебе, дорогая, пора в утиль…
– Ром, ну сколько можно? Я уже устала ждать… – раздается до боли знакомый голос. – Мы ведь хотели отметить твоё выздоровление…

— Здравствуйте, Ева Андреевна. Вы к супругу?
— Да, — я улыбаюсь в ответ. — Сюрприз хочу сделать.
Я поднимаюсь на третий этаж. В приемной пусто. Прижимаюсь спиной к стене и слушаю.
— Саш, перестань, я серьезно! А если кто-то зайдет?
— У всех обед. Ассистентку я отпустил. Мы одни.
— Подожди, дай хоть туфли сниму.
— Снимай. И юбку тоже.
Я делаю два шага вперед и заглядываю в щель между дверью и косяком.
Саша стоит между колен моей подруги.
— Весь день только о тебе и думал.
— Тогда уходи от нее. Я ведь тебе не игрушка, и Ева — моя подруга, между прочим.
Он смеется.
— Подруга? Серьезно? Ты сейчас про подругу вспомнила?
— Ну а что? — она хмурится. — Мне тоже тяжело, понятно? Я вижу ее почти каждый день. Она мне звонит, рассказывает про детей, про тебя. А я молчу и улыбаюсь. Думаешь, мне легко?
И следом раздается это:
— Ох, Саша... — выдыхает она. — Я хочу тебя. Сейчас.

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ

— Ты просто не хочешь меня понять! Ты всегда, всегда против меня! Ты — дура! — орет дочь. — Ты задолбала! Я уйду жить к папе!
Нужно дышать ровно, спокойно, не показывать, как глубоко под кожу ушло это ее «дура».
— Ты, бунтарка, немедленно в свою комнату, — выговариваю я по слогам, — Папа живет здесь! Куда ты уйдешь? К нему в кабинет, на диван?
Полина резко дергается назад.
Лицо у нее пошло пятнами, глаза дикие, блестящие от ярости и подросткового, безжалостного отчаяния.
— Ты вообще слепая?! — ее голос срывается на пронзительный визг. — Папа с Ангелиной! Он скоро с тобой разведется, и я буду жить с ним!
Ангелина.
Жена его брата. Моя подруга. Крестная Польки.
Сначала я не поверила дочери, решила, что она на эмоциях наговорила лишнего.
Совсем скоро я узнаю, что она не врала и что сын Ангелины на самом деле от моего мужа.

Через неделю у нас семейный ужин и, кажется, у меня для него будет особое блюдо.
Ни один предатель не останется без "награды".

— Выйди, Ксения, — бросает мне муж, когда я застаю его в объятиях тренера нашей дочери, неторопливо одеваясь. Спокойно так. Ледяным тоном, от которого мороз по коже продирает сильнее, чем от катка. — Подожди в коридоре. Нам с Алисой Юрьевной нужно закончить обсуждение... спортивного будущего нашей дочери.

Двадцать лет брака, годы доверия, и я застаю мужа за изменой с другой. И теперь муж хочет, чтобы я проглотила это. Закрыла глаза и жила дальше, будто ничего не случилось. Но у меня на все другие планы.

Я стою под дверью квартиры номер пятнадцать. Из-за старой обшитой дерматином двери доносится смех моей дочери — молодой, до боли знакомый.
— Ваня, ну хватит! Ты меня сейчас уронишь!
— Не уроню. Ты легкая, как перышко.
Я нажимаю звонок. Голос Люды звучит настороженно:
— Кто там?
— Доставка суши, — отвечаю я ровно. — Ваш заказ, квартира пятнадцать. Распишитесь, пожалуйста.
Дверь открывается. На пороге — дочь. На ней короткий шелковый халатик — тот самый, который я подарила ей на восемнадцатилетие, и который теперь кажется мне насмешкой. На шее золотой кулон. Она бледнеет, глаза расширяются.
Из глубины выходит Ваня — ее отчим и мой муж, бледный, на ходу застегивает рубашку. Я обвожу взглядом эту убогую квартиру, скомканную постель, разбитую чашку.
— Мама?.. Ты?.. Как ты здесь?..
Я поднимаю руку. Ладонь звонко впечатывается в щеку. Люда отшатывается назад, хватаясь за дверной косяк, и ее глаза наполняются слезами.
— Как ты могла? Ты же моя дочь!

— Это вопрос жены или детектива?
— Жену вы уже сегодня разозлили. Детектив пока с вами повежливее.
— Мы не так давно, как вы думаете.
— Серьезно? А мне кажется достаточно давно, ведь вы ему поправляете воротник и целуете, так как будто имеете на это право.
— А вы быстро делаете выводы.
— Это буквально моя работа.
— Вам стоит поговорить с мужем.
— Неужели? А я собиралась написать благодарственное письмо в отель и забыть.
— Не про наши отношения.
— А про что?
Я приезжаю в отель по работе и случайно застаю своего мужа в объятиях незнакомой девицы.
Вместо того, чтобы устроить публичный скандал, я начинаю свою работу, ведь я лучший детектив в городе. И скоро мой муж поймет, что изменять женщине с камерами, диктофонами и доступом к базам — плохая идея.

— Ты умница, но без меня ты никто. И ты это знаешь. — Цинично произносит мой муж.
— Спасибо, любимый.
— За что? — Ухмыляется он.
— За честность. За все восемь лет ты впервые был честен со мной. — Делаю небольшую паузу. — Завтра ты получишь документы от моего адвоката. Подпишешь?
— Какие документы?
— На развод.
***
В свой выходной я планировала провести дома, но кто же мог подумать, что мне придется принимать любовницу мужа на работе. И какие только последствия это принесет в мою жизнь, я и не догадывалась, ведь после развода мы с бывшим встретимся вновь…