Читать и слушать книги
Мой босс — ублюдок, каких поискать!
Мизантроп и женоненавистник.
Ему срочно понадобилась жена, и он решил, что я подхожу!
Увы, тирану есть, чем меня шантажировать! Придется согласиться на его условия.
Только он даже не представляет всей правды обо мне…
***
— Мне нужна жена. Ты ею станешь.
— Простите?
— Жена мне нужна! ЖЕ-НА! Что неясного?
— Две недели под одной крышей с вами?! — ужасаюсь, услышав условия босса.
— Все намного серьезнее. И в одной постели! Тебе понравится! — говорит уверенно.
— Ни за что.
— Соглашайся! Или отправишься за решетку...
Мизантроп и женоненавистник.
Ему срочно понадобилась жена, и он решил, что я подхожу!
Увы, тирану есть, чем меня шантажировать! Придется согласиться на его условия.
Только он даже не представляет всей правды обо мне…
***
— Мне нужна жена. Ты ею станешь.
— Простите?
— Жена мне нужна! ЖЕ-НА! Что неясного?
— Две недели под одной крышей с вами?! — ужасаюсь, услышав условия босса.
— Все намного серьезнее. И в одной постели! Тебе понравится! — говорит уверенно.
— Ни за что.
— Соглашайся! Или отправишься за решетку...
- Ратмир? - огромные голубые глаза пристально смотрят на меня. Она все понимает, но боится признаться сама себе.
Закрываю дверь и поворачиваю ключ в замке. Женя отступает на шаг и упирается спиной в стену.
Я приближаюсь, нависаю и не отпускаю ее взгляд. Медленно веду рукой по оголенному плечу. Ниже. И чувствую, как она замирает. Перестает дышать.
Губы Жени пересохли, но облизать их она боится.
Стоит и дрожит.
- Отпусти, – слабо дергается, но в ответ я лишь сильнее впечатываюсь в нее. Прижимаюсь к дрожащему телу.
Взгляд опять опускается на пересохшие губы и, когда она приоткрывает их, я, не в силах больше бороться с собой, наклоняюсь и впиваюсь в нее.
Она стала моим наваждением, запретным плодом. И ради ее спасения я предал брата. Но она об этом даже не догадывается.
Очень непростая и эмоциональная история запретной любви. Будет волнительно и очень горячо!
Закрываю дверь и поворачиваю ключ в замке. Женя отступает на шаг и упирается спиной в стену.
Я приближаюсь, нависаю и не отпускаю ее взгляд. Медленно веду рукой по оголенному плечу. Ниже. И чувствую, как она замирает. Перестает дышать.
Губы Жени пересохли, но облизать их она боится.
Стоит и дрожит.
- Отпусти, – слабо дергается, но в ответ я лишь сильнее впечатываюсь в нее. Прижимаюсь к дрожащему телу.
Взгляд опять опускается на пересохшие губы и, когда она приоткрывает их, я, не в силах больше бороться с собой, наклоняюсь и впиваюсь в нее.
Она стала моим наваждением, запретным плодом. И ради ее спасения я предал брата. Но она об этом даже не догадывается.
Очень непростая и эмоциональная история запретной любви. Будет волнительно и очень горячо!
"На первом свидании не подаю и не даю", - звучит в ушах на реверсе…
Ирина открывает глаза с ощущением человека, сбитого поездом. Ещё время лежит. Пытается понять: жива или нет…Пошевелив пальчиками ног, чувствует - все же жива. Вернее, душа жива, а вот тело однако сбито товарняком.
"Вонючий случай, это кто?" - думает женщина, упершись локтем в чье-то горячее тело. Второй рукой она ощупывает себя. "Очешуеть! Я - голая! Готдемет, нет, не может быть, - в мозгу пролетают мысли. - Не могла я дать незнакомому мне мужику. Со мной такого в жизни не случалось."
Потрогав развилку ног и ощутив в ней липкость и некоторую болезненность, Ириха поняла, что ещё как дала…
Ирина открывает глаза с ощущением человека, сбитого поездом. Ещё время лежит. Пытается понять: жива или нет…Пошевелив пальчиками ног, чувствует - все же жива. Вернее, душа жива, а вот тело однако сбито товарняком.
"Вонючий случай, это кто?" - думает женщина, упершись локтем в чье-то горячее тело. Второй рукой она ощупывает себя. "Очешуеть! Я - голая! Готдемет, нет, не может быть, - в мозгу пролетают мысли. - Не могла я дать незнакомому мне мужику. Со мной такого в жизни не случалось."
Потрогав развилку ног и ощутив в ней липкость и некоторую болезненность, Ириха поняла, что ещё как дала…
— Ох, Богдан… Тебе нравится как я двигаюсь?
— Безусловно, детка, ты самая лучшая!
Доносились весёлые голоса из нашей спальни.
Заглянув в неё, я обомлела, увидев своего мужа в обнимку с соседкой.
Это что? Моё бельё на ней?! Я на него несколько месяцев копила! Даже ещё бирочку не срезала, а эта корова скачет в нём сверху на моём муже без стыда и совести.
— Как моё бельишко?
— Отпад!
— Спасибо, дорогой, берегла специально для тебя.
Пакеты с продуктами падают из моих рук, раздаётся грохот, сладкая парочка оборачивается.
— Настя?! Я это… Я всё объясню! Мы просто разыграть тебя хотели!
Наклоняюсь, подбираю яйца из пластикового контейнера, которые не разбились, и бросаю их прямо в бесстыжую рожу предателя.
***
Я с трудом переживала измену мужа, поэтому подруга вытащила меня на курорт в Италию. Во время вечеринки в клубе случилась потасовка и меня неожиданно взял в заложники он! Опасный, горячий незнакомец...
— Безусловно, детка, ты самая лучшая!
Доносились весёлые голоса из нашей спальни.
Заглянув в неё, я обомлела, увидев своего мужа в обнимку с соседкой.
Это что? Моё бельё на ней?! Я на него несколько месяцев копила! Даже ещё бирочку не срезала, а эта корова скачет в нём сверху на моём муже без стыда и совести.
— Как моё бельишко?
— Отпад!
— Спасибо, дорогой, берегла специально для тебя.
Пакеты с продуктами падают из моих рук, раздаётся грохот, сладкая парочка оборачивается.
— Настя?! Я это… Я всё объясню! Мы просто разыграть тебя хотели!
Наклоняюсь, подбираю яйца из пластикового контейнера, которые не разбились, и бросаю их прямо в бесстыжую рожу предателя.
***
Я с трудом переживала измену мужа, поэтому подруга вытащила меня на курорт в Италию. Во время вечеринки в клубе случилась потасовка и меня неожиданно взял в заложники он! Опасный, горячий незнакомец...
У меня был любимый жених и счастливое, безоблачное будущее с ним.
Всё изменилось в тот день, когда мой отец связался с Русланом Мироновым – самым опасным, жестоким и могущественным бандитом в нашем городе. Теперь папа должен ему денег. Много денег. А меня он увёз из родного дома в качестве залога, чтобы держать в постоянном страхе своего должника.
Теперь я во власти Руслана. Я его собственность, трофей. От одного его взгляда сердце останавливается. Что же он сделает со мной, если отец не рассчитается с ним в срок?
Всё изменилось в тот день, когда мой отец связался с Русланом Мироновым – самым опасным, жестоким и могущественным бандитом в нашем городе. Теперь папа должен ему денег. Много денег. А меня он увёз из родного дома в качестве залога, чтобы держать в постоянном страхе своего должника.
Теперь я во власти Руслана. Я его собственность, трофей. От одного его взгляда сердце останавливается. Что же он сделает со мной, если отец не рассчитается с ним в срок?
- Тебя уже никто не ждет,- бесстрастно и негромко бросает Хан.- Клуб давно закрыт. Кто ты? С кем ты была, и кто вам меня заказал?
- Что значит, заказал?- теряюсь я.- Я вас даже не знаю! Я в клубе была с подругой. Мы просто пришли потанцевать!
- Не лечи меня, врачонок! Ненатурально врешь,- прорычал вдруг он.
---
Я обычный врач. И я оказалась не в том месте и не в то время. И это может стать моим приговором. Я в руках Хана. Даже его взгляд внушает ужас. Я не виновна, но ему плевать, он не отпустит меня. А причин этому несколько…
- Что значит, заказал?- теряюсь я.- Я вас даже не знаю! Я в клубе была с подругой. Мы просто пришли потанцевать!
- Не лечи меня, врачонок! Ненатурально врешь,- прорычал вдруг он.
---
Я обычный врач. И я оказалась не в том месте и не в то время. И это может стать моим приговором. Я в руках Хана. Даже его взгляд внушает ужас. Я не виновна, но ему плевать, он не отпустит меня. А причин этому несколько…
– А я все думал, почему у моего сына два только по твоему предмету? – уверенный мужской голос застает врасплох.
Едва успеваю прикрыть обнаженное тело полотенцем.
От шока не могу даже вскрикнуть.
– А как тут учиться, когда только на твою задницу и смотришь? – скупо усмехается незнакомец, не сводя с меня цепкого взгляда.
– Вы… вы как сюда попали? Это женская раздевалка!
Усмехается.
– Если подойдете ближе – я закричу.
Ему хватает шага, чтобы остановиться вплотную.
– Ну?! Кричи, малышка. Ты обещала.
– Что вам нужно? – взяв себя в руки, спрашиваю.
– Ясно что. Не зря же я сам к тебе приехал.
Он неожиданно протягивает ко мне руку и резко срывает полотенце.
Я простая учительница. Он – отец ученика. Богатый и властный. И ему плевать на правила и приличия. Он может позволить себе… все. Даже меня.
Едва успеваю прикрыть обнаженное тело полотенцем.
От шока не могу даже вскрикнуть.
– А как тут учиться, когда только на твою задницу и смотришь? – скупо усмехается незнакомец, не сводя с меня цепкого взгляда.
– Вы… вы как сюда попали? Это женская раздевалка!
Усмехается.
– Если подойдете ближе – я закричу.
Ему хватает шага, чтобы остановиться вплотную.
– Ну?! Кричи, малышка. Ты обещала.
– Что вам нужно? – взяв себя в руки, спрашиваю.
– Ясно что. Не зря же я сам к тебе приехал.
Он неожиданно протягивает ко мне руку и резко срывает полотенце.
Я простая учительница. Он – отец ученика. Богатый и властный. И ему плевать на правила и приличия. Он может позволить себе… все. Даже меня.
— Вы меня убьёте? — мой голос звучит глухо, сдавленно. Братья стоят полукругом. Родные люди, те, кто должен был защищать, а не ломать меня.
— Ты опозорила семью. Мы смоем позор кровью.
Удар. Я падаю в грязь, и с разбитых губ срывается стон. Моё свадебное платье рваное, испачканное кровью. Я больше не надеюсь, не прошу. Просто закрываю глаза и жду конца.
Но вдруг резкий голос разрезает ночь:
— Что здесь происходит?!
Я вздрагиваю и открываю глаза. Передо мной он: высокий, хищный, совершенно чужой.
— Она позор семьи, — произносит кто-то из братьев.
— Вы её убиваете.
— Мы имеем на это право.
Он усмехается, качая головой:
— К чёрту ваш позор.
А потом его взгляд задерживается на мне:
— Ты хочешь жить?
Я не знаю, что ответить. Губы дрожат, голос едва не срывается:
— Да…
Он медленно сжимает кулаки.
— Тогда ты моя.
Пятеро мужчин против одного. Шансов нет. Но он их не считает. Он просто бросается в бой.
— Ты опозорила семью. Мы смоем позор кровью.
Удар. Я падаю в грязь, и с разбитых губ срывается стон. Моё свадебное платье рваное, испачканное кровью. Я больше не надеюсь, не прошу. Просто закрываю глаза и жду конца.
Но вдруг резкий голос разрезает ночь:
— Что здесь происходит?!
Я вздрагиваю и открываю глаза. Передо мной он: высокий, хищный, совершенно чужой.
— Она позор семьи, — произносит кто-то из братьев.
— Вы её убиваете.
— Мы имеем на это право.
Он усмехается, качая головой:
— К чёрту ваш позор.
А потом его взгляд задерживается на мне:
— Ты хочешь жить?
Я не знаю, что ответить. Губы дрожат, голос едва не срывается:
— Да…
Он медленно сжимает кулаки.
— Тогда ты моя.
Пятеро мужчин против одного. Шансов нет. Но он их не считает. Он просто бросается в бой.
– Разденься. Хочу на тебя посмотреть, – властный спокойный голос заставляет мое тело сжаться от волнения.
Обнимаю себя руками, чтобы закрыться еще сильнее.
Страх клокочет в горле, а внизу живота собирается напряжение.
Захар Громов не из тех людей, кому отказывают.
И ему достаточно лишь пары шагов, чтобы оказаться ко мне вплотную и забрать весь воздух.
– Ты моя будущая жена, Катя. Твое тело теперь принадлежит мне. И сейчас я хочу насладиться своим…
Обнимаю себя руками, чтобы закрыться еще сильнее.
Страх клокочет в горле, а внизу живота собирается напряжение.
Захар Громов не из тех людей, кому отказывают.
И ему достаточно лишь пары шагов, чтобы оказаться ко мне вплотную и забрать весь воздух.
– Ты моя будущая жена, Катя. Твое тело теперь принадлежит мне. И сейчас я хочу насладиться своим…
- Вон пошла. Быстро. Никаких контактов с моей семьёй, поняла? Узнаю – мало не покажется. Чтобы я больше тебя не видел. Нигде. Никогда.
- Это моя страна, и мой город. Не хочешь меня видеть – вали в свой аул, горец! Захочу – завтра вся столица будет в моих плакатах. Придётся кому-то выколоть глаза!
- Что ты сказала?
- Что слышал, Тагир. Я тебя не боюсь. Я тебя презираю. Ты для меня никто.
Я ушла. Гордо. Волосы назад.
Ушла и унесла тайну, о которой он не должен был узнать.
Я родила двойню, мальчика и девочку, но мальчик умер в роддоме. Я еле оправилась от жуткой трагедии, жила ради своей малышки.
Не думала, что когда-нибудь мне придётся встретиться с её отцом и узнать страшную правду.
- Мой Адам – твой сын…
- Это моя страна, и мой город. Не хочешь меня видеть – вали в свой аул, горец! Захочу – завтра вся столица будет в моих плакатах. Придётся кому-то выколоть глаза!
- Что ты сказала?
- Что слышал, Тагир. Я тебя не боюсь. Я тебя презираю. Ты для меня никто.
Я ушла. Гордо. Волосы назад.
Ушла и унесла тайну, о которой он не должен был узнать.
Я родила двойню, мальчика и девочку, но мальчик умер в роддоме. Я еле оправилась от жуткой трагедии, жила ради своей малышки.
Не думала, что когда-нибудь мне придётся встретиться с её отцом и узнать страшную правду.
- Мой Адам – твой сын…
Выберите полку для книги