Читать и слушать книги
— Грёбаный диспетчер! За что я плачу такие деньги! — взревел незнакомец и в отчаянии ударился лбом о стену. Потом ударил по кнопке ещё раз, уже спокойнее, смиряясь с невезением, и замер, прожигая взглядом электронное табло, в котором так и не появлялось лицо диспетчера.
Застрять в лифте с таким красавчиком — неплохо. Но он снова со стоном приложился лбом о металлическую панель и тихо зарычал на безмолвное табло. Наверняка сейчас он опаздывает на заключение какого-нибудь контракта, который принесёт ему такую прибыль, что можно будет купить ещё одну квартиру в этом доме — эдак квадратов двести. Но судьба решила иначе.
Я бросила мельком взгляд на его упругую задницу, обтянутую чёрной тканью брюк, и усмехнулась. Мужчина вдруг повернулся ко мне — наконец-то заметил, что он в лифте не один, — и посмотрел со скепсисом.
— Вы откуда тут взялись? — спросил незнакомец, чем рассмешил меня ещё больше.
Застрять в лифте с таким красавчиком — неплохо. Но он снова со стоном приложился лбом о металлическую панель и тихо зарычал на безмолвное табло. Наверняка сейчас он опаздывает на заключение какого-нибудь контракта, который принесёт ему такую прибыль, что можно будет купить ещё одну квартиру в этом доме — эдак квадратов двести. Но судьба решила иначе.
Я бросила мельком взгляд на его упругую задницу, обтянутую чёрной тканью брюк, и усмехнулась. Мужчина вдруг повернулся ко мне — наконец-то заметил, что он в лифте не один, — и посмотрел со скепсисом.
— Вы откуда тут взялись? — спросил незнакомец, чем рассмешил меня ещё больше.
— Зачем ты сделал это? — говорю уже громче, желая показать ему, что не боюсь.
— Надоело, что ты бегаешь от меня, — наклоняет голову набок и продолжает с усмешкой рассматривать меня.
Его цепкий, раздирающий в клочья взгляд словно срывает с меня одежду. Мне неуютно. Кожа вспыхивает то тут, то там.
И не успеваю отскочить, когда Дан резко оказывается рядом и буквально вжимает меня в дверь. Нависает, пугая и одновременно наполняя воспоминаниями.
— Ромашка… — зажмуривается на мгновение, но потом резко распахивает глаза и обжигает меня опасным блеском своих глаз. — Я мог бы быть ласковым… — медленно ведёт указательным пальцем по моей скуле и вдруг грубо обхватывает подбородок.
Сжимает так, что больно становится. Тихо стону.
— Но раз не первый, то…
Быстро облизывает свои губы, подаётся вперёд и больно впивается в мой рот.
— Надоело, что ты бегаешь от меня, — наклоняет голову набок и продолжает с усмешкой рассматривать меня.
Его цепкий, раздирающий в клочья взгляд словно срывает с меня одежду. Мне неуютно. Кожа вспыхивает то тут, то там.
И не успеваю отскочить, когда Дан резко оказывается рядом и буквально вжимает меня в дверь. Нависает, пугая и одновременно наполняя воспоминаниями.
— Ромашка… — зажмуривается на мгновение, но потом резко распахивает глаза и обжигает меня опасным блеском своих глаз. — Я мог бы быть ласковым… — медленно ведёт указательным пальцем по моей скуле и вдруг грубо обхватывает подбородок.
Сжимает так, что больно становится. Тихо стону.
— Но раз не первый, то…
Быстро облизывает свои губы, подаётся вперёд и больно впивается в мой рот.
Цикл "Опасные боссы". Книга первая. История Лизы и Артура. Он – жёсткий, самовлюблённый, считающий, что женщину, словно вещь, можно купить, а затем, как надоест, выкинуть. Купить можно, но очень дорого, да и цена не деньги, а сердце, про убытки в виде потерянных нервов он даже не догадывался. Она – скрывающаяся от своего отчима в маленьком городке и ненавидящая всеми фибрами души богатеев. Не любила, но придётся, не хочешь – заставят. За оскорбление его сиятельства ей придётся дорого заплатить. Ей предстоят тяжёлые испытания, теперь она – дичь, на которую открыл охоту не знающий поражения хищник.
От той девчонки со взглядом испуганной лани не осталось и следа. Время напрочь стёрло с её лица все признаки наивности, невинности и неопытности. Передо мной стояла стерва с горящими огнём ненависти глазами.
– Что, Скуратов, набил себе на спине купола? – произносит спокойно, с издёвкой, а я слышу шипение дикой кошки, способной выцарапать мне глаза.
– Только твоё лицо, чтобы помнить суку, которая меня посадила.
Ульяна – девочка из образцово-показательной семьи, и всем окружающим кажется, что её холят, лелеют и любят.
Богдан – переступил закон, испачкав руки кровью, чтобы заплатить по чужим долгам.
Но мало кто знает, что она заложница в собственной семье без права голоса, где слово её отца – закон, а он – защищал близких ему людей.
Их жизнь разделена на черное и белое, где он – преступник, а она – всего лишь… дочь мента.
– Что, Скуратов, набил себе на спине купола? – произносит спокойно, с издёвкой, а я слышу шипение дикой кошки, способной выцарапать мне глаза.
– Только твоё лицо, чтобы помнить суку, которая меня посадила.
Ульяна – девочка из образцово-показательной семьи, и всем окружающим кажется, что её холят, лелеют и любят.
Богдан – переступил закон, испачкав руки кровью, чтобы заплатить по чужим долгам.
Но мало кто знает, что она заложница в собственной семье без права голоса, где слово её отца – закон, а он – защищал близких ему людей.
Их жизнь разделена на черное и белое, где он – преступник, а она – всего лишь… дочь мента.
Нам по двадцать пять, мы оба хороши собой и богаты настолько, что можем позволить себе все, что угодно. А еще у нас с братом есть слабость – мы обожаем девственниц. На этот раз выбор пал на Яну. Эта рыжеволосая бестия, лицо которой украшают веснушки, буквально свела с ума нас обоих.
Та ночь была фантастической, а на утро мы проснулись втроем – я, Яна и мой брат-близнец. На продолжение истории можно даже не надеяться – девушка, осознав, что ее обвели вокруг пальца избалованные мажоры, сразу же попыталась исчезнуть. Но не тут-то было. В ту ночь мы даже и не думали предохраняться. И теперь Яна беременна! Но кто отец – я или мой братец? И что нам теперь со всем этим делать?
МЖМ в книге нет! Героиня останется с одним парнем!
Та ночь была фантастической, а на утро мы проснулись втроем – я, Яна и мой брат-близнец. На продолжение истории можно даже не надеяться – девушка, осознав, что ее обвели вокруг пальца избалованные мажоры, сразу же попыталась исчезнуть. Но не тут-то было. В ту ночь мы даже и не думали предохраняться. И теперь Яна беременна! Но кто отец – я или мой братец? И что нам теперь со всем этим делать?
МЖМ в книге нет! Героиня останется с одним парнем!
— Как ты посмела! — мать встряхивает сестру за плечи. — Ты больше не девственница! Господин Айдаров тебя замуж не возьмет! Условие было — невеста невинна.
— Прости... — ревет моя сестра близняшка. — Так получилось. Я в другого влюбилась.
— Мы разорены. В куче долгов! Одной ногой все в могиле! Они придут за нами…
— Что теперь делать?
— Рустам Айдаров был нашим единственным шансом спастись от бандитов и мы его не упустим. Мия, — мать грозно обращается ко мне. — Переодевайся!
— Что? — я шокирована.
— Живо надела платье сестры! Пойдешь в спальню к господину Айдарову после свадьбы, притворишься сестрой и отдашь ему свою невинность.
— Прости... — ревет моя сестра близняшка. — Так получилось. Я в другого влюбилась.
— Мы разорены. В куче долгов! Одной ногой все в могиле! Они придут за нами…
— Что теперь делать?
— Рустам Айдаров был нашим единственным шансом спастись от бандитов и мы его не упустим. Мия, — мать грозно обращается ко мне. — Переодевайся!
— Что? — я шокирована.
— Живо надела платье сестры! Пойдешь в спальню к господину Айдарову после свадьбы, притворишься сестрой и отдашь ему свою невинность.
Красивая жизнь такова только снаружи. Внутри она уродлива и несчастна…
Мы всегда видим то, что хотим. Идем к призрачным целям, не замечая обратной стороны. Крах моей призрачной мечты начался с ошеломительной иллюзии.
Однажды я поняла, что все, к чему стремилась и о чем мечтала - просто иллюзия.
Нельзя доверять иллюзиям, за них приходится расплачиваться самым дорогим- собственной душой.
ХЭ!
Мы всегда видим то, что хотим. Идем к призрачным целям, не замечая обратной стороны. Крах моей призрачной мечты начался с ошеломительной иллюзии.
Однажды я поняла, что все, к чему стремилась и о чем мечтала - просто иллюзия.
Нельзя доверять иллюзиям, за них приходится расплачиваться самым дорогим- собственной душой.
ХЭ!
— Я заплатил твой должок. Теперь ты — моя. На месяц! — добавил с нехорошей ухмылкой.
Хам захотел спросить с меня за вынужденное воздержание и все попытки избежать контакта.
— Отрабатывать начнешь прямо сейчас! — нагло расстегнул ширинку.
— Ни за что! Весь долг я тебе отдам.
— Как?
— Я… Я кредит возьму!
— Ты безработная и без жилья. Тебе кредит не дадут.
— Тогда я почку продам! Но не пойду к тебе в постель.
— Поздно! — загнал меня в угол, сдавив ладонями талию. — Тебе не сбежать.
— Я… Я буду сопротивляться!
— Очень на это надеюсь, меня такое заводит…
Хам захотел спросить с меня за вынужденное воздержание и все попытки избежать контакта.
— Отрабатывать начнешь прямо сейчас! — нагло расстегнул ширинку.
— Ни за что! Весь долг я тебе отдам.
— Как?
— Я… Я кредит возьму!
— Ты безработная и без жилья. Тебе кредит не дадут.
— Тогда я почку продам! Но не пойду к тебе в постель.
— Поздно! — загнал меня в угол, сдавив ладонями талию. — Тебе не сбежать.
— Я… Я буду сопротивляться!
— Очень на это надеюсь, меня такое заводит…
Он - глава "русского квартала" в Ванкувере.
Его называют Лекс. Свои обожают, а враги люто ненавидят.
Она - простая девушка, которая попала в беду, и не знала к кому обратиться за помощью.
Классическая история о Золушке и принце?
Не совсем.
Думаете, он купит ее невинность и сделает своей вопреки воле?
А вот это можно узнать только прочитав :)
Его называют Лекс. Свои обожают, а враги люто ненавидят.
Она - простая девушка, которая попала в беду, и не знала к кому обратиться за помощью.
Классическая история о Золушке и принце?
Не совсем.
Думаете, он купит ее невинность и сделает своей вопреки воле?
А вот это можно узнать только прочитав :)
– Я не могу выбросить её из головы, Олег. Как пацан какой-то, честное слово. Крыша едет уже.
– Кто она? – деловито интересуется друг.
Достаю из кармана телефон и показываю ему фото.
– Красивая... И будто юная совсем?
– Не совсем. Ей двадцать два почти.
– Она в курсе твоей симпатии?
– Думаю, догадывается.
– Как реагирует?
– Да никак. Смотрит на меня своими глазищами огромными, как будто я монстр какой-то.
Олег усмехается.
– Как это знакомо. Знаешь, друг, ещё год назад я бы дал тебе другой совет. Но сейчас скажу так: если эта девушка настолько тебе нравится, сделай её своей.
– А если она не захочет?
– Костя, мы с тобой будто местами поменялись. Теперь я тебя не узнаю. Не захочет – убеди. Ты это как никто другой умеешь.
– Кто она? – деловито интересуется друг.
Достаю из кармана телефон и показываю ему фото.
– Красивая... И будто юная совсем?
– Не совсем. Ей двадцать два почти.
– Она в курсе твоей симпатии?
– Думаю, догадывается.
– Как реагирует?
– Да никак. Смотрит на меня своими глазищами огромными, как будто я монстр какой-то.
Олег усмехается.
– Как это знакомо. Знаешь, друг, ещё год назад я бы дал тебе другой совет. Но сейчас скажу так: если эта девушка настолько тебе нравится, сделай её своей.
– А если она не захочет?
– Костя, мы с тобой будто местами поменялись. Теперь я тебя не узнаю. Не захочет – убеди. Ты это как никто другой умеешь.
Выберите полку для книги