Читать и слушать книги

Аннотация:

Первая встреча с Адэмом Берком стала для меня, семнадцатилетней девочки, настоящим потрясением. С тех пор он засел в моей голове, вызывая неизвестные мне ранее чувства. Будоража фантазии, которые пугали и завораживали меня одновременно. Он стал моей тёмной стороной. Был олицетворением похоти и порока. Я старалась бежать от него. Толкнула себя в объятия другого мужчины, так непохожего на него.

Но от себя и судьбы не убежишь. Жизнь снова сталкивает меня с ним. Только теперь, Адэм меня ненавидит. А я больше не хочу сопротивляться своим чувствам к нему.

- Я - мама, ты - папа. Классный у нас малыш получился. Нашего сына должны растить мы оба.
- Заткнись! - оборвал муж мою...сестру.

Она недавно вернулась на родину, явилась ко мне в гости. И сломала мой мир.

Целый год я была счастлива.
Воспитывала приемного сынишку. Заботилась и любила.
А сегодня узнала, что мальчик, которого мы усыновили - родной сын моего мужа.
Его ребенок от моей сестры.

— Когда-то ты любил меня. А сейчас? Любишь?
— Люблю… — обречённо ответил Кирилл.
— Тогда поцелуй меня!
Слёзы душили. Обида так глубоко засела в сердце, что я не понимала, о чём просила.
— Яна, у тебя есть муж…
— Плевать! — ненавистно процедила сквозь зубы. — Мне теперь на него плевать! На всё плевать!
Кирилл опешил. Часто дышал, словно сдерживал себя до последнего.
— Чего ты ждёшь?
И он сорвался. Неистово целовал меня, не давал вырваться и сделать глоток воздуха. Руками обнимал моё лицо, кусал губы, будто ждал этого всю жизнь.
В его объятиях я пыталась забыться, унять свою боль. Но становилось только хуже. «Это всё ради мести!» — убеждала себя. Муж изменил мне. И я отомщу. Он будет страдать, жалеть, кусать локти. Я сделаю ему больно! Как он сделал мне! Не просто же так говорят: «Клин клином вышибают».

- Ты…ты ненормальная! - вопит супруг, - после двадцати лет брака ты лишила меня всего! Я ведь верил тебе всегда, как ты могла?! Ты обманула меня!
- Я тоже тебе верила, Игнат, - отвечаю ему в тон, - как ты мог?
- Это…это другое…- теряется Игнат.
- Конечно! Ребенок от любовницы это совсем другое. Ну так у тебя же любовь, а с милой рай и в шалаше, вот и проваливай в свой шалаш! - я выталкиваю изумленного супруга за порог и захлопываю дверь.
Ты еще пожалеешь, милый, что вытер об меня ноги!

– Крылова, чёрт побери, – шепчет мне в губы главный хирург, попутно срывая белоснежный халат с моих плеч, – Моя запретная девочка, что ты со мной делаешь?
– Владислав Игоревич, неужели вы хотите, чтобы я ушла? – мурлычу в губы этому двухметровому и темноволосому красавцу, стягивая с него хирургический костюм.
– С чего ты взяла, что я тебя отпущу? – умелые руки доктора бесстыже блуждают по моему телу. От их прикосновений я едва ли не теряю рассудок от накатывающих волн удовольствия.
С губ срывается тихий стон и мой рот тут же закрывается сильной и крепкой мужской ладонью.
– Тише, девочка, – шепчет Гурский мне на ухо, – Нас могут услышать.
Раздаётся звук расстёгивающейся ширинки.
Да, да, да!
Пусть на глазах у всего отделения мы практически враги, но когда мы остаёмся наедине – между нами происходит необъяснимо дикая химия, противиться которой мы не в силах.
Стук в дверь.
– Владислав Игоревич, к нам экстренно везут больных после автокатастрофы. Без вас не справимся...

— И чем же тебе Диана не угодила? — слышу насмешливый и очень знакомый женский голос. Я замираю.
— Всем. Я и женился на ней… Считай из жалости. Знаешь, она была такая трогательная, несчастная. Я ее можно сказать спас!
А этот голос я уже ни с чем не перепутаю. Муж! Как здорово. Узнать бы еще от чего он меня спасал. Мне становится тяжело дышать. Как он может вообще говорить такое?
— Жалел ее годами, а теперь решил меня осчастливить? — смешок.
Что?
— Я тебя люблю! — вскрикивает муж, а я замираю как статуя. Любит? В смысле?! И кого?

- Эй! Отпусти! - дергаю ручку, пытаясь выйти из бентли.
Рус садится за руль и смотрит на меня плотоядно.
- Куда ты меня везешь?
- К себе, - он рычит, и губы его хищно дергаются. - Буду твоим первым...
От его наглости на меня нападает оторопь.
- Серьезно?! Не, так не пройдет! Первый должен мне нравиться.
- Поверь, Аги, я тебе очень понравлюсь…Потом оторваться от меня не сможешь…
Мой любимый вдребезги разбил мне сердце и душу.
Ему я хотела отдать себя всю. Но…Он отказался...
Зато другой взял то, что предназначалось не ему.
И теперь шантажом требует от меня близости…

- Катерина, брось биту! Не делай этого-го-о…
Крик мужа тонет в визге сигнализации ренджа.
Из окна ванной второго этажа раздается отборный русский мат.
- Ты тронулась умом! - орёт муж. - Прекрати крушить машину.
Показываю Петьке средний палец.
- Ну, зараза, ты у меня ещё поплачешь, - грозит кулаком голый муж.
- А вот это видал, - сгибаю руку в локте и поверх кладу биту. - Блондинки не плачут! Они мстят!
- Катюша, давай поговорим, как взрослые люди…
- Петюня, как взрослые люди мы встретимся в суде, - говоря, кидаю спичку на дорожку разлитого бензина рядом с мерседесом любовницы мужа.
Пока огненная змейка бежит к её авто, я выхожу из двора моего бывшего семейного гнездышка.
Сажусь в свой поршак и с мыслью: “В 45-ть жизнь только начинается!” - врубаю Рамштайн и вжимаю педаль газа в полик.

– Моя девочка. – проговаривал мой муж.
А моё сердце стучало рваным ритмом. Казалось, на время и вовсе замирало. Потому что обращался он не ко мне.
– Янис… я люблю тебя. – прокричала сестра.
Я до крови закусила щеку. Смотрела на экран, где транслировалось видео.
На секунду задумалась о том, что, может, это галлюцинации. Может, это просто кто-то похожий на моего мужа?
Но, нет. Мой муж мне изменил.

На годовщину свадьбы, сестра преподнесла нам подарок прямо в ресторане. Сюрпризом он стал для меня, но никак не для мужа. Ещё минуту назад он говорил, как сильно любит меня, а сейчас я смотрю видео, где он изменяет мне с моей сестрой.
"Памятный" вышел подарок...

Дочки на площадке нет.
Воспитатель, испуганно оглядываясь, ищет её, пытается припомнить, не пошла ли Руслана в туалет.
Но я раньше, чем Агния Петровна, вижу рыжие хвостики своей малютки. Она стоит рядом с двумя мужчинами в деловых костюмах, сидящими на скамейке чуть в стороне.
Тут же спешу к ним. Руслана замечает меня, но ведет себя так, словно уходить с площадки – норма.
— Мам, — кричит она. — Этот дядя согласился построить садик по моему проекту.
Только пытаюсь объяснить дочери, что разговаривать с чужими нельзя, собеседники Русланы оборачиваются, и я теряю дар речи. Одного мужчину я не знаю, да и не смотрю на него. Внимание примагничивает к другому.
Передо мной Дорохов Руслан Викторович – отец моей дочери.
В голове вихрем проносится масса вопросов:
Как он, едва приехав в Москву, оказался в садике, который посещает Руслана?
Неужели он знает о ней?
Чем это может обернуться для меня?