Читать и слушать книги
- Юля, - говорит сурово Дибров, - ты должна убедить всех, что у нас чувства, любовь, идиллия! Если не получится, сделке конец. И тогда ты не получишь новую работу и деньги.
Глаза щиплет от слёз, в горле застревает противный комок.
- Я стараюсь! Ты разве не видишь? Стараюсь изо всех сил!
На лице Диброва нет даже намёка на сочувствие или жалость.
- Старайся лучше, Юля. А ещё будет хорошо, если Кирюша начнёт называть меня папой...
Муж бросил меня, просто сбежал в мой первый день на новой работе.
Оставил одну, с маленьким ребёнком, с большими долгами.
А ещё я с первой секунды не понравилась своему новому боссу, красивому, успешному и властному миллиардеру.
Но скоро он сделает мне предложение, которое может спасти и мою жизнь, и его компанию...
Глаза щиплет от слёз, в горле застревает противный комок.
- Я стараюсь! Ты разве не видишь? Стараюсь изо всех сил!
На лице Диброва нет даже намёка на сочувствие или жалость.
- Старайся лучше, Юля. А ещё будет хорошо, если Кирюша начнёт называть меня папой...
Муж бросил меня, просто сбежал в мой первый день на новой работе.
Оставил одну, с маленьким ребёнком, с большими долгами.
А ещё я с первой секунды не понравилась своему новому боссу, красивому, успешному и властному миллиардеру.
Но скоро он сделает мне предложение, которое может спасти и мою жизнь, и его компанию...
Скучающая светская львица , покупая ресторан с готовым персоналом, надеялась, что ее жизнь изменится. Но она никак не могла предположить , что изменится именно так.
На кухню не заходить, там будет горячо.
*****
. Подойдя к двери кухни, она осторожно заглянула внутрь.
Сева в одних легких штанах колдовал над тестом. Эля не могла отвести взгляд от рельефных мышц, которые блестели от пота. Безумно захотелось провести по ним рукой, пробежать пальчиками по красивому телу, очерчивая каждый бицепс, погладить кубики пресса. В низу живота стало томно тянуть, в горле пересохло. Женщина глубоко вдохнула и закашлялась.
На кухню не заходить, там будет горячо.
*****
. Подойдя к двери кухни, она осторожно заглянула внутрь.
Сева в одних легких штанах колдовал над тестом. Эля не могла отвести взгляд от рельефных мышц, которые блестели от пота. Безумно захотелось провести по ним рукой, пробежать пальчиками по красивому телу, очерчивая каждый бицепс, погладить кубики пресса. В низу живота стало томно тянуть, в горле пересохло. Женщина глубоко вдохнула и закашлялась.
- Привет, это Надя, - сказала очень тихо, ведь горло сдавило от волнения.
- По какому вопросу? - стандартно вежливо уточнил Денис.
- Надя из универа. Третий курс. Мы ужинали, когда ты приезжал домой.
Денис простонал облегченно.
- А, черт. Прости, я не узнал. Как ты?
- Я… ничего, - ответила я трусливо, но собралась и выпалила. - Денис, прости, но…
Я снова запнулась. Зачем извиняюсь? Как будто я специально. Нужно просто сказать. Взять и сказать два слова. Но слезы душили, сжимали мне горло.
- Надя, ты в порядке? Что-то я волнуюсь.
Проглотив ком, я все-таки сказала:
- Я беременна.
Молчание на том конце провода сковало меня холодом. Через миллион бесконечных секунд Денис спросил:
- От меня?
- По какому вопросу? - стандартно вежливо уточнил Денис.
- Надя из универа. Третий курс. Мы ужинали, когда ты приезжал домой.
Денис простонал облегченно.
- А, черт. Прости, я не узнал. Как ты?
- Я… ничего, - ответила я трусливо, но собралась и выпалила. - Денис, прости, но…
Я снова запнулась. Зачем извиняюсь? Как будто я специально. Нужно просто сказать. Взять и сказать два слова. Но слезы душили, сжимали мне горло.
- Надя, ты в порядке? Что-то я волнуюсь.
Проглотив ком, я все-таки сказала:
- Я беременна.
Молчание на том конце провода сковало меня холодом. Через миллион бесконечных секунд Денис спросил:
- От меня?
— Я не могу работать на вас больше, Павел Андреевич! — говорю твердо, но дрожь в голосе все равно слышна.
— Это почему же? — осведомляется оскорбленно. Рычит. Я отступаю. Я так старалась сдержаться, но предательские слезы все же задрожали на ресницах. А потом очертили дорожки на моих щеках. — Журавлева?
— Я беременна, — произношу сбивчиво, и тут же готова язык себе откусить за это. Но слово не воробей, поэтому я испуганно застываю, глядя полными слез глазами на Суворова. — Беременна от вас, Павел Андреевич…
— Это почему же? — осведомляется оскорбленно. Рычит. Я отступаю. Я так старалась сдержаться, но предательские слезы все же задрожали на ресницах. А потом очертили дорожки на моих щеках. — Журавлева?
— Я беременна, — произношу сбивчиво, и тут же готова язык себе откусить за это. Но слово не воробей, поэтому я испуганно застываю, глядя полными слез глазами на Суворова. — Беременна от вас, Павел Андреевич…
ЭКСКЛЮЗИВНО НА ЛИТМАРКЕТ
— А вы кто, Мила?
— Она носит нашего ребёнка.
— Что?
— Полина, присядь, — произносит муж. Насквозь прожигает меня взглядом.
— Андрей, что происходит? — хриплю. — Ты нашёл суррогатную мать? Ты же был против ЭКО…
— И сейчас против, — отвечает, как отрезает, Андрей. — Мой ребёнок появится на свет без этих сомнительных «вспомогательных технологий».
— В таком случае я не понимаю, причём здесь эта девушка?
— Сядь! — отрубает муж. — Полина, Бога ради, не строй из себя дуру! Ты же умная женщина.
— Всё просто, Полина Николаевна, — произносит Мила. — Андрей просто не хочет вас ранить. Я беременна от вашего мужа.
— А вы кто, Мила?
— Она носит нашего ребёнка.
— Что?
— Полина, присядь, — произносит муж. Насквозь прожигает меня взглядом.
— Андрей, что происходит? — хриплю. — Ты нашёл суррогатную мать? Ты же был против ЭКО…
— И сейчас против, — отвечает, как отрезает, Андрей. — Мой ребёнок появится на свет без этих сомнительных «вспомогательных технологий».
— В таком случае я не понимаю, причём здесь эта девушка?
— Сядь! — отрубает муж. — Полина, Бога ради, не строй из себя дуру! Ты же умная женщина.
— Всё просто, Полина Николаевна, — произносит Мила. — Андрей просто не хочет вас ранить. Я беременна от вашего мужа.
-Виталий Викторович, можно?
-Входи, Настя. Что-то случилось?
-Скажите я же у вас в помощницах уже три года и никогда же вас не подводила?
-Не нравится мне этот разговор. Но да ты меня не подводила.
-Понимаете, у меня сейчас сложная ситуация и нужна крупная сумма денег. Банки в связи с отсутствием кредитной истории не дают. Не могли бы вы мне дать ссуду?
-Давай так. Поможем друг другу?
-Что вы имеете в виду?
-У меня срывается крупный контракт из-за того, что я не женат. Заключаем фиктивный брак. Я получаю контракт, ты нужную тебе сумму и без возврата. Плюс все расходы пока мы в браке беру на себя.
-У меня нет варианта. Я согласна, только сумма мне нужна максимум через неделю.
-Будет...
-Входи, Настя. Что-то случилось?
-Скажите я же у вас в помощницах уже три года и никогда же вас не подводила?
-Не нравится мне этот разговор. Но да ты меня не подводила.
-Понимаете, у меня сейчас сложная ситуация и нужна крупная сумма денег. Банки в связи с отсутствием кредитной истории не дают. Не могли бы вы мне дать ссуду?
-Давай так. Поможем друг другу?
-Что вы имеете в виду?
-У меня срывается крупный контракт из-за того, что я не женат. Заключаем фиктивный брак. Я получаю контракт, ты нужную тебе сумму и без возврата. Плюс все расходы пока мы в браке беру на себя.
-У меня нет варианта. Я согласна, только сумма мне нужна максимум через неделю.
-Будет...
Кьяра - замечательная мать и жена, всю свою жизнь отдавшая мужу и детям. После двадцати лет брака она застает своего мужа с начальницей. Теперь у нее нет работы, любимого человека и надежды на светлое будущее. Сможет ли она выжить и стать счастливой?
— Я ухожу! — громко крикнул муж из прихожей, позвякивая связкой ключей в замочной скважине.
Куда это он на ночь глядя? Вроде бы не предупреждал, что куда-то собирается…
— Ты надолго? — тоже прокричала я, не отходя от плиты на кухне: на сковороде жарились котлеты, не хотелось, чтобы они подгорели. — Ужин почти готов!
— Навсегда. Я больше к тебе не вернусь, — неотвратимым приговором прозвучали его слова.
Я подхватила сковороду в руки и, переворачивая на ходу лопаткой котлеты, поспешила в прихожую.
— Шутишь?.. — с сомнением посмотрела я на него.
— Нет, не шучу, — сказал он твёрдо и даже с вызовом. — Ухожу навсегда… Прощай…
Сталью резанули серые глаза. Ни любви, ни тепла, ни сострадания. Одна пустота.
Когда за ним с шумом захлопнулась дверь, сковорода выскользнула из моих рук и заплясала под ногами в бешеном танце, а сама я тихонько поползла вниз по стене, пока тяжело не осела на пол рядом с так и недожаренными котлетами.
Готовить ужин было больше не для кого…
Куда это он на ночь глядя? Вроде бы не предупреждал, что куда-то собирается…
— Ты надолго? — тоже прокричала я, не отходя от плиты на кухне: на сковороде жарились котлеты, не хотелось, чтобы они подгорели. — Ужин почти готов!
— Навсегда. Я больше к тебе не вернусь, — неотвратимым приговором прозвучали его слова.
Я подхватила сковороду в руки и, переворачивая на ходу лопаткой котлеты, поспешила в прихожую.
— Шутишь?.. — с сомнением посмотрела я на него.
— Нет, не шучу, — сказал он твёрдо и даже с вызовом. — Ухожу навсегда… Прощай…
Сталью резанули серые глаза. Ни любви, ни тепла, ни сострадания. Одна пустота.
Когда за ним с шумом захлопнулась дверь, сковорода выскользнула из моих рук и заплясала под ногами в бешеном танце, а сама я тихонько поползла вниз по стене, пока тяжело не осела на пол рядом с так и недожаренными котлетами.
Готовить ужин было больше не для кого…
— Мам, я папу привела! — радостно сообщила девочка, не отпуская мою руку.
— Ч-что ты такое говоришь? — её голос дрогнул. — Он не твой папа.
Маша быстро подошла к Полине и завела дочь в дом, закрывая дверь.
— Не знал, что ты уже стала матерью. Но поздравляю, — внутри что-то кольнуло и стало неприятно. — Только вот не понимаю, почему твоя дочь считает меня своим отцом. Объяснишь?
Маша опустила взгляд, нервно руками теребя кончик рубашки.
— Лёш… — робко произнесла моё имя и посмотрела в глаза. Видел, что она хочет что-то мне сказать, но сдерживает себя. — Извини. Полина просто всё не так поняла.
Смешно. Да девочка полностью уверена в том, что я её отец. Неспроста же это.
— Ч-что ты такое говоришь? — её голос дрогнул. — Он не твой папа.
Маша быстро подошла к Полине и завела дочь в дом, закрывая дверь.
— Не знал, что ты уже стала матерью. Но поздравляю, — внутри что-то кольнуло и стало неприятно. — Только вот не понимаю, почему твоя дочь считает меня своим отцом. Объяснишь?
Маша опустила взгляд, нервно руками теребя кончик рубашки.
— Лёш… — робко произнесла моё имя и посмотрела в глаза. Видел, что она хочет что-то мне сказать, но сдерживает себя. — Извини. Полина просто всё не так поняла.
Смешно. Да девочка полностью уверена в том, что я её отец. Неспроста же это.
- Сергей, - в ужасе шепчу, не веря собственным глазам, - как же так? Ты... с ней? Но ведь у нас же...
- Это "у нас же" - ребёнок, дочка, Светочка! - торжествующе приподнимается в кровати бывшая жена моего мужа. – Ещё и сына родим! А ты что думала - всех обдуришь? Никакого ЭКО не было, ты всё подстроила по блату с врачами, подкупила, разыграла; Галина Николаевна сделала тест - у Светочки с твоей шавкой ничего общего, вот и вали к её отцу!
***
Свекровь тайком отдала образцы на тест - и он показал, что долгожданная выстраданная Ульяна не имеет с моим мужем никакого родства. Но мы делали ЭКО в самой надёжной клинике! Сергей, независимо перепроверив материал, получает тот же результат и подаёт на развод, воссоединяясь с прежней семьёй.
В самый тяжёлый момент появляется отец мужа, который изначально был против меня. У него есть свои соображения насчёт произошедшего - и мне приходится объединиться с этим влиятельным и пугающим человеком для самостоятельного расследования.
- Это "у нас же" - ребёнок, дочка, Светочка! - торжествующе приподнимается в кровати бывшая жена моего мужа. – Ещё и сына родим! А ты что думала - всех обдуришь? Никакого ЭКО не было, ты всё подстроила по блату с врачами, подкупила, разыграла; Галина Николаевна сделала тест - у Светочки с твоей шавкой ничего общего, вот и вали к её отцу!
***
Свекровь тайком отдала образцы на тест - и он показал, что долгожданная выстраданная Ульяна не имеет с моим мужем никакого родства. Но мы делали ЭКО в самой надёжной клинике! Сергей, независимо перепроверив материал, получает тот же результат и подаёт на развод, воссоединяясь с прежней семьёй.
В самый тяжёлый момент появляется отец мужа, который изначально был против меня. У него есть свои соображения насчёт произошедшего - и мне приходится объединиться с этим влиятельным и пугающим человеком для самостоятельного расследования.
Выберите полку для книги