Читать и слушать книги
Между ними не любовь, между ними большее, вопреки, назло, по зову души и тела. Смотрит в чёрные омуты, словно непроглядная тьма окутывает сознание и готова реветь.
- Богдан, если ты мне хоть раз изменишь, я клянусь, убью тебя, - сузив глаза, заговорила грозно Алекса. - Ещё раз этого не переживу, не смогу больше. Клянусь, убью тебя.
Слёзы предательски блестят, взгляд не отрывает, голос жалко дрожит, каждое слово далось с трудом. Богдан улыбнулся и шагнул к ней, отступила.
- Ты слышишь меня? Я серьёзно говорю, даже разбираться не буду, просто убью, сама.
Преодолев сопротивление, схватил, прижимая к себе до боли, хрупкое, желанное тело.
- Повтори ещё раз, - зашептал горячо.
Книга 3
- Богдан, если ты мне хоть раз изменишь, я клянусь, убью тебя, - сузив глаза, заговорила грозно Алекса. - Ещё раз этого не переживу, не смогу больше. Клянусь, убью тебя.
Слёзы предательски блестят, взгляд не отрывает, голос жалко дрожит, каждое слово далось с трудом. Богдан улыбнулся и шагнул к ней, отступила.
- Ты слышишь меня? Я серьёзно говорю, даже разбираться не буду, просто убью, сама.
Преодолев сопротивление, схватил, прижимая к себе до боли, хрупкое, желанное тело.
- Повтори ещё раз, - зашептал горячо.
Книга 3
— Ну привет, сосед, — сказала Аня, садясь рядом с ним без всякого смущения, будто это было самое обычное дело.
— Привет, — Максим постарался, чтобы голос прозвучал так же буднично, хотя внутри что-то сжалось от неожиданной близости — она сидела достаточно рядом, чтобы он уловил запах её волос, что-то простое, кажется, ромашковый шампунь, ничего общего с тяжёлыми парфюмами девушек из его прежней жизни.
— Привет, — Максим постарался, чтобы голос прозвучал так же буднично, хотя внутри что-то сжалось от неожиданной близости — она сидела достаточно рядом, чтобы он уловил запах её волос, что-то простое, кажется, ромашковый шампунь, ничего общего с тяжёлыми парфюмами девушек из его прежней жизни.
— А тебе не говорили, что одной ночью ходить — плохая идея? — хриплый голос незнакомца щекочет натянутые нервы. — Как благодарить будешь за спасение?
От этого вопроса коленки подгибаются.
— А, а что вы хотите? У меня есть двести рублей. Могу отдать.
Парень запрокидывает голову и начинает громко смеяться. И смех у него такой… до костей продирает.
— Двести рублей, — он склоняет голову к плечу. Сканирует меня взглядом. — Так дешево меня ещё не оценивали. Как насчет чего-то посерьезнее? Деньги меня не интересуют…
От этого вопроса коленки подгибаются.
— А, а что вы хотите? У меня есть двести рублей. Могу отдать.
Парень запрокидывает голову и начинает громко смеяться. И смех у него такой… до костей продирает.
— Двести рублей, — он склоняет голову к плечу. Сканирует меня взглядом. — Так дешево меня ещё не оценивали. Как насчет чего-то посерьезнее? Деньги меня не интересуют…
— Я выиграл, — прозвучал любимый голос. Я замерла на пороге. Не знаю, с кем говорил Макс, но неприятное предчувствие холодком побежало по позвоночнику.
— Доказательства? — я узнала голос Саши. Макс перестал общаться с ним, когда начал встречаться со мной. Или нет?..
— Лиза призналась мне в любви. Смотри.
— Смайлы и ваниль. Фу, как пошло, Азарт, — Саша усмехнулся.
Меня словно ударили в поддых. Макс показал мои сообщения! Как он мог? Почему я не заметила фальшь? Сердце учащённо забилось, в ушах застучала кровь. Стало невыносимо жарко и захотелось провалиться сквозь землю.
— Вы спорили на меня?
Я вошла в комнату. Макс судорожно вздохнул, на его лице заиграли желваки. В глазах Саши загорелся огонёк злорадства. Не нужны были слова, чтобы понять — ответ положительный.
Максим Азаров привык выигрывать споры, но он не учел, что в споре на любовь нет победителей.
— Доказательства? — я узнала голос Саши. Макс перестал общаться с ним, когда начал встречаться со мной. Или нет?..
— Лиза призналась мне в любви. Смотри.
— Смайлы и ваниль. Фу, как пошло, Азарт, — Саша усмехнулся.
Меня словно ударили в поддых. Макс показал мои сообщения! Как он мог? Почему я не заметила фальшь? Сердце учащённо забилось, в ушах застучала кровь. Стало невыносимо жарко и захотелось провалиться сквозь землю.
— Вы спорили на меня?
Я вошла в комнату. Макс судорожно вздохнул, на его лице заиграли желваки. В глазах Саши загорелся огонёк злорадства. Не нужны были слова, чтобы понять — ответ положительный.
Максим Азаров привык выигрывать споры, но он не учел, что в споре на любовь нет победителей.
Я только-только закончила школу. В своих мечтах я уже веселилась с друзьями и ждала свой первый поцелуй с крутым одноклассником.
Но, вопреки моему желанию, родители увезли меня из столицы в глухую деревню на целый июль. Расстроенная этим фактом, я не ждала от отдыха ничего хорошего.
Пока один загадочный парень по имени Ману не привлек мое внимание.
Он категорически отказывается со мной сближаться и все время твердит, чтобы я держалась подальше, не понимая, что тем самым только разогревает мой интерес.
Но, вопреки моему желанию, родители увезли меня из столицы в глухую деревню на целый июль. Расстроенная этим фактом, я не ждала от отдыха ничего хорошего.
Пока один загадочный парень по имени Ману не привлек мое внимание.
Он категорически отказывается со мной сближаться и все время твердит, чтобы я держалась подальше, не понимая, что тем самым только разогревает мой интерес.
– Да ты конченый, – практически перехожу на рык.
– Ты слишком мило злишься и это только подогревает, – ухмыляется, глядя на меня. – А, кстати, на вкус – ты топчик, – подмигивает, потирая уголок губ.
Закатываю глаза, поджимаю губы и выдыхаю через нос, чтобы не заорать.
– Тебя, походу, в детстве роняли, да? И не один раз.
– Многократно, – он улыбается шире, с какой-то мерзкой гордостью.
– Оно и видно. Головой, видимо, сильно приложился.
Я привыкла, что мир вращается вокруг меня: учеба, друзья, вечеринки. И вдруг появляется он, Рогачев Федя - грубый, прямой, с речью, как у дворового пацана. Он меня бесит, но каждая его выходка сводит с ума, оставляя мурашки по всему телу.
Сначала я думала о другом парне, хотела его, мечтала о нем, но Рогачев изменил все.
Мы - два мира, которые не должны пересекаться, но наше столкновение рождает пожар.
– Ты слишком мило злишься и это только подогревает, – ухмыляется, глядя на меня. – А, кстати, на вкус – ты топчик, – подмигивает, потирая уголок губ.
Закатываю глаза, поджимаю губы и выдыхаю через нос, чтобы не заорать.
– Тебя, походу, в детстве роняли, да? И не один раз.
– Многократно, – он улыбается шире, с какой-то мерзкой гордостью.
– Оно и видно. Головой, видимо, сильно приложился.
Я привыкла, что мир вращается вокруг меня: учеба, друзья, вечеринки. И вдруг появляется он, Рогачев Федя - грубый, прямой, с речью, как у дворового пацана. Он меня бесит, но каждая его выходка сводит с ума, оставляя мурашки по всему телу.
Сначала я думала о другом парне, хотела его, мечтала о нем, но Рогачев изменил все.
Мы - два мира, которые не должны пересекаться, но наше столкновение рождает пожар.
- Мы разводимся.
Отступив, Зацепин смеется.
- Детка, тебе надо успокоиться. Какой развод?
- Мы женаты две, - для наглядности я показываю на пальцах, - две недели! А ты уже спишь с какой-то бабой! Ты вообще нормальный?! Я не буду жить с мужчиной, который меня не уважает и не любит!
Зацепин посмеивается в явном удивлении.
- Любовь? - переспрашивает меня. - Мы с твоим отцом договорились. Наш брак - это взаимовыгодный союз, объединение капиталов. Тебе ведь понравилось жить, ни в чем себе не отказывая? Так перестань строить из себя обиженную невинность. Ты моя жена, но это не значит, что я собираюсь хранить тебе верность.
Вот так, значит? Ну держись, Зацепин, ты сам будешь молить меня о разводе.
Отступив, Зацепин смеется.
- Детка, тебе надо успокоиться. Какой развод?
- Мы женаты две, - для наглядности я показываю на пальцах, - две недели! А ты уже спишь с какой-то бабой! Ты вообще нормальный?! Я не буду жить с мужчиной, который меня не уважает и не любит!
Зацепин посмеивается в явном удивлении.
- Любовь? - переспрашивает меня. - Мы с твоим отцом договорились. Наш брак - это взаимовыгодный союз, объединение капиталов. Тебе ведь понравилось жить, ни в чем себе не отказывая? Так перестань строить из себя обиженную невинность. Ты моя жена, но это не значит, что я собираюсь хранить тебе верность.
Вот так, значит? Ну держись, Зацепин, ты сам будешь молить меня о разводе.
У меня есть ровно месяц, чтобы получить предложение от бизнес-партнёра отца. Иначе он окончательно спишет меня со счетов.
Но все планы рушатся, когда отец женится во второй раз, и этажом ниже поселяется сын его новой жены. Мой сводный брат.
Подпольные бои без правил. Шрамы, наколки, запах моторного масла. Для собственной матери он пятно на репутации. Но именно его руки застёгивают на мне платье перед встречей с другим. Именно он зовёт меня Бабочкой и смотрит так, что забываются все правила.
А когда отец вышвыривает меня на улицу, дверь открывает тоже он.
Единственный приют или опасная ловушка?
⚠️ Осторожно: вынужденная близость, запретные чувства, плохой парень с ключами от гаража и героиня, которую он учит кусаться в ответ.
❤️ Нежная, щемящая история о любви и выборе
Но все планы рушатся, когда отец женится во второй раз, и этажом ниже поселяется сын его новой жены. Мой сводный брат.
Подпольные бои без правил. Шрамы, наколки, запах моторного масла. Для собственной матери он пятно на репутации. Но именно его руки застёгивают на мне платье перед встречей с другим. Именно он зовёт меня Бабочкой и смотрит так, что забываются все правила.
А когда отец вышвыривает меня на улицу, дверь открывает тоже он.
Единственный приют или опасная ловушка?
⚠️ Осторожно: вынужденная близость, запретные чувства, плохой парень с ключами от гаража и героиня, которую он учит кусаться в ответ.
❤️ Нежная, щемящая история о любви и выборе
— Слушай сюда, новенькая. — И меня передёргивает от его интонации. Что успело случиться за выходные, что он ведет себя как мудак? — Между нами ничего не было.
— Почему?
— Что почему? — с ленцой переспрашивает, а после ухмыляется и смотрит на меня сверху вниз, словно увидел букашку. — Забудь, что было в пятницу.
— Но...
— Никаких “но”, чернявая! Даже не смотри в мою сторону! — Перебрасывает рюкзак через плечо и спешит покинуть уединённый закуток коридора.
— Но поцелуй? — тихо договариваю в пустоту.
Вливаться в новый коллектив всегда сложно, а еще сложнее это сделать в 11 классе среди учебного года. Еще до первого учебного дня я познакомилась с ним. Ярославом Королёвым. Я думала, что между нами пробежала искра. Но в первый же учебный день я узнала, что у него есть девушка и он не желает со мной общаться. А его девушка сделает все, чтобы моя жизнь в классе не казалась сладкой.
Теперь в моей жизни были - запретная любовь, буллинг и тайный поклонник…
Все как в драме по классике
— Почему?
— Что почему? — с ленцой переспрашивает, а после ухмыляется и смотрит на меня сверху вниз, словно увидел букашку. — Забудь, что было в пятницу.
— Но...
— Никаких “но”, чернявая! Даже не смотри в мою сторону! — Перебрасывает рюкзак через плечо и спешит покинуть уединённый закуток коридора.
— Но поцелуй? — тихо договариваю в пустоту.
Вливаться в новый коллектив всегда сложно, а еще сложнее это сделать в 11 классе среди учебного года. Еще до первого учебного дня я познакомилась с ним. Ярославом Королёвым. Я думала, что между нами пробежала искра. Но в первый же учебный день я узнала, что у него есть девушка и он не желает со мной общаться. А его девушка сделает все, чтобы моя жизнь в классе не казалась сладкой.
Теперь в моей жизни были - запретная любовь, буллинг и тайный поклонник…
Все как в драме по классике
— Попала ты, девочка, по-крупному. — Его голос — глухой, угрожающий, но… развлекающийся.
Как будто я — его новая игрушка.
— Я… я не специально! — тараторю, пятясь назад, но Чернов не сводит с меня ледяных глаз. — Это… это был рефлекс! Я испугалась!
— Хочешь исправить свою вину?
— В-в каком смысле? — сглатываю, чувствуя, как в горле встает ком.
Максим расплывается в дерзкой, самоуверенной улыбке.
— Через пять минут. В моей спальне. — Он выпрямляется, стирая кровь с виска, и кидает мне почти небрежно: — Второй этаж. Первая дверь слева.
***
Макс Чернов - парень, которого лучше обходить стороной. Не то чтобы это знание мне помогло, учитывая, что я врезала ему тарелкой по башке, а потом, кхм, добавила еще перчинки. Он - дьявол. И он обещал превратить мою жизнь в ад. А я… Я просто Элла Серебрянская - бюджетница первокурсница.
Как будто я — его новая игрушка.
— Я… я не специально! — тараторю, пятясь назад, но Чернов не сводит с меня ледяных глаз. — Это… это был рефлекс! Я испугалась!
— Хочешь исправить свою вину?
— В-в каком смысле? — сглатываю, чувствуя, как в горле встает ком.
Максим расплывается в дерзкой, самоуверенной улыбке.
— Через пять минут. В моей спальне. — Он выпрямляется, стирая кровь с виска, и кидает мне почти небрежно: — Второй этаж. Первая дверь слева.
***
Макс Чернов - парень, которого лучше обходить стороной. Не то чтобы это знание мне помогло, учитывая, что я врезала ему тарелкой по башке, а потом, кхм, добавила еще перчинки. Он - дьявол. И он обещал превратить мою жизнь в ад. А я… Я просто Элла Серебрянская - бюджетница первокурсница.
Выберите полку для книги