Читать и слушать книги
- Отвечай, Алиса. Два года назад ты скрыла от меня беременность? - прожигал меня взглядом.
- Я от тебя ничего не скрывала! Ты дал денег на аборт, считай, что я его сделала и живи дальше, как жил. - хотелось выкрикнуть эти слова ему в лицо, но держала эмоции в себе.
- Олеся моя дочь? - надвигался на меня, полосуя взглядом.
- Она моя дочь. А ты для нас посторонний и чужой. - протолкнула сквозь ком в горле.
Два года назад он пропал из моей жизни. Оставил о себе лишь воспоминания и две полоски на тесте. А сейчас судьба нас вновь свела. И я не хочу, чтоб он узнал о дочери.
Но, кажется, уже слишком поздно...
- Я от тебя ничего не скрывала! Ты дал денег на аборт, считай, что я его сделала и живи дальше, как жил. - хотелось выкрикнуть эти слова ему в лицо, но держала эмоции в себе.
- Олеся моя дочь? - надвигался на меня, полосуя взглядом.
- Она моя дочь. А ты для нас посторонний и чужой. - протолкнула сквозь ком в горле.
Два года назад он пропал из моей жизни. Оставил о себе лишь воспоминания и две полоски на тесте. А сейчас судьба нас вновь свела. И я не хочу, чтоб он узнал о дочери.
Но, кажется, уже слишком поздно...
Он – первенец во втором поколении знаменитых музыкантов. Достойный сын и гордость своих родителей. Серьезный молодой человек, ведущий хирург одного из престижных госпиталей, все свое время отдающий любимой работе. Человек, невероятные руки которого застрахованы не на один миллион вон.
Она – туристка, попавшая в беду в чужой стране. А у себя на родине – цирковая из известной династии, девушка, вся сознательная жизнь которой прошла на манеже. Девушка, чье тело ценно не менее чем руки известного хирурга.
Что связывает этих двоих? Почему их пути пересеклись? К чему это приведет? Вопросы, вопросы, вопросы…
Она – туристка, попавшая в беду в чужой стране. А у себя на родине – цирковая из известной династии, девушка, вся сознательная жизнь которой прошла на манеже. Девушка, чье тело ценно не менее чем руки известного хирурга.
Что связывает этих двоих? Почему их пути пересеклись? К чему это приведет? Вопросы, вопросы, вопросы…
Подхожу к кухне и каменею от увиденного.
Мой муж, ритмично покачивает на обеденном столе нашу домработницу.
— Николай Евгеньевич, вам нравится? — тоненький голосок режет уши.
— Заткнись и получай удовольствие, — рычит муж, ускоряя движения.
Стою не в силах пошевелиться. Мерзко осознавать, что еще вчера мы вместе с мужем ели именно за этим столом, на котором он сейчас «распял» нашу домработницу. Эти двое так увлечены, что даже не замечают, что я стою прямо в проходе и наблюдаю за ними…
Мой муж, ритмично покачивает на обеденном столе нашу домработницу.
— Николай Евгеньевич, вам нравится? — тоненький голосок режет уши.
— Заткнись и получай удовольствие, — рычит муж, ускоряя движения.
Стою не в силах пошевелиться. Мерзко осознавать, что еще вчера мы вместе с мужем ели именно за этим столом, на котором он сейчас «распял» нашу домработницу. Эти двое так увлечены, что даже не замечают, что я стою прямо в проходе и наблюдаю за ними…
Что только не сделаешь, чтобы сохранить работу и свое доброе имя. Даже нянькой случайно наймешься к неприступному и очень закрытому красавцу миллиардеру. Точнее не к нему, а к его дочкам близнецам. Девочкам с ангельской внешностью и характером дьяволят, от которых сбежал уже десяток моих предшественниц. Но, подобраться к господину Метельскому для меня дело профессиональной чести. А малышки лишь средство достижения цели. Так я думала, пока не ощутила на своей шкуре испытания, подготовленные мне милашками подопечными. Но они еще не поняли, что их новая няня тоже когда-то была еще более изощренным трудным ребенком. И я не улечу с попутным ветром, пока буду им нужна.
Я упираюсь ладонями ему в грудь, заставляя отойти. Но он даже не шевелится.
— Ты совсем что ли?! — выдыхаю я.
— Ты же хочешь меня? Зачем нам отказывать друг другу.
— Потому что у тебя есть твоя моделька! А у меня тоже есть кто может мне помочь! — нагло вру я.
Герман наконец отходит, но взглядом пожирает меня.
— Смею напомнить тебе, что ты обещал моему отцу заботиться обо мне.
— Ты совсем что ли?! — выдыхаю я.
— Ты же хочешь меня? Зачем нам отказывать друг другу.
— Потому что у тебя есть твоя моделька! А у меня тоже есть кто может мне помочь! — нагло вру я.
Герман наконец отходит, но взглядом пожирает меня.
— Смею напомнить тебе, что ты обещал моему отцу заботиться обо мне.
Иногда наши желания с действительностью никак не связаны. Мы загадываем одно, мечтая о счастье, о семье, о детях, а взамен получаем совершенно другое. Я моем понимании, семья - это место, куда хочется возвращаться. Это дом, полный счастливого смеха детей. Это теплые и уютные вечера, это разговоры по душам…. Нет, я понимала, что проблемы есть везде, что мои представления далеко не радужные, но не до такой же степени!
С её появлением в моей жизни рухнуло всё. С её появлением всё обрело смысл.
Я жил, не подозревая о том, что может быть иначе. Острее. Чувственнее. Опаснее.
Чем сильнее я сопротивляюсь этим чарам, тем глубже меня затягивает.
Но кто она? Нежный ангел или дьявол во плоти?
Я жил, не подозревая о том, что может быть иначе. Острее. Чувственнее. Опаснее.
Чем сильнее я сопротивляюсь этим чарам, тем глубже меня затягивает.
Но кто она? Нежный ангел или дьявол во плоти?
Её мир рухнул. Прошлое умерло и осталось на той стороне. Теперь вокруг чужой берег и зимний лес, по которому рыщут только враги. Что дальше? Куда идти? Неужели её судьба погибнуть здесь в одиночестве?
Нет! Она будет бороться. Раздобудет еду и освоится в новом теле. И обязательно найдет своих, как завещал отец. Новая семья будет не идеальной, а жизнь на болотах не покажется сказкой. Но Бёрк будет искать, жить, любить и помнить…
Нет! Она будет бороться. Раздобудет еду и освоится в новом теле. И обязательно найдет своих, как завещал отец. Новая семья будет не идеальной, а жизнь на болотах не покажется сказкой. Но Бёрк будет искать, жить, любить и помнить…
– Соня, у девочки угроза выкидыша, – кидает мне Арина. – Иди поставь капельницу.
– Привет. Давай ручку, – надеваю перчатки и прощупываю ее венки. – Все будет хорошо. Сейчас прокапаем тебя, понаблюдаем.
– Ты Соня, да? – приподнимается на локте. – Жена Руса?
– Верно, – замираю с иглой в пальцах. – Мы вроде бы не встречались лично.
– Неа… Ты, Сонь, подожди с капельницей, – улыбается криво. – Нам поговорить надо. У него совести не хватает тебя бросить. Все тянет. Мучается.
– Это шутка какая-то? – невольно отшатываюсь от койки.
– Нет, это жизнь, Сонь, – Марина хлопает наращенными ресницами. – У меня страстный роман с твоим мужем. Давно. Уже почти год. И даже более того, ребенок его.
Их ребенок? А как же мой ребенок, о котором он еще не знает?
Выбегаю из палаты и натыкаюсь на Руслана.
– Сонечка, ты чего? – хватает меня за плечи.
Он же должен быть на дежурстве в другом корпусе. К любовнице пришел?
– Привет. Давай ручку, – надеваю перчатки и прощупываю ее венки. – Все будет хорошо. Сейчас прокапаем тебя, понаблюдаем.
– Ты Соня, да? – приподнимается на локте. – Жена Руса?
– Верно, – замираю с иглой в пальцах. – Мы вроде бы не встречались лично.
– Неа… Ты, Сонь, подожди с капельницей, – улыбается криво. – Нам поговорить надо. У него совести не хватает тебя бросить. Все тянет. Мучается.
– Это шутка какая-то? – невольно отшатываюсь от койки.
– Нет, это жизнь, Сонь, – Марина хлопает наращенными ресницами. – У меня страстный роман с твоим мужем. Давно. Уже почти год. И даже более того, ребенок его.
Их ребенок? А как же мой ребенок, о котором он еще не знает?
Выбегаю из палаты и натыкаюсь на Руслана.
– Сонечка, ты чего? – хватает меня за плечи.
Он же должен быть на дежурстве в другом корпусе. К любовнице пришел?
Отправляясь кататься на лыжах с друзьями, никогда не знаешь, кого встретишь на пути, и кем окажется странный незнакомец
Выберите полку для книги