Книги в жанре «Остросюжетный любовный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»

😈Она — следователь, для которой закон незыблем.
😈Он — человек из криминального мира, чья улыбка заставляет сердце сбиваться с ритма.
😈Кто из них ведёт игру, а кто вот‑вот потеряет голову?

🖤❤🖤

— Поверьте мне на слово.
— На слово? Вам? Иван Глебович, вы меня за дуру держите? — не выдерживаю я, поднимаюсь зло смотрю на него. — Покиньте мой кабинет! Жду Игоря Марковича на допрос.
— А меня ждёте?
— Что? — теряюсь я.
— На допрос. Я приду к вам, Олеся Алексеевна. Только позовите, — тоже поднимается он.

🖤❤🖤

Одна роковая ночь в покере и жизнь Есении летит под откос. Муж ставит на кон свою жену. И проигрывает. Три месяца в качестве живой расплаты и долг будет забыт. Но когда её привозят в огромный дом, она понимает, что это не случайность. Это ловушка, расставленная Саидом. Мужчиной из её прошлого, которого она когда-то любила до безумия и от которого она когда-то сбежала. У него есть три месяца, чтобы заставить ее вспомнить каждую секунду их прошлого и заплатить за предательство.


Тонкая граница между лютой ненавистью и всепоглощающей страстью.

В элитном британском колледже, куда допускают только избранных, появляется новый студент — харизматичный, опасный, загадочный Макс Родин. Он пришёл сюда не за дипломом. Он ищет дочь женщины, которая как две капли воды похожа на свою мать чьё лицо он видел лишь в своих снах. Ему с детства внушали: «Ты должен найти её. И уничтожить».
Лана Лемман — скромная сирота, живущая прошлым, которого не помнит. Сны преследуют её: подвал, цепи, плач ребёнка… и розовое платье, горящее в огне. Она не знает, что эти видения — обрывки реальности. Что пятнадцать лет назад она спасла мальчика из ада. Что этот мальчик — теперь мужчина, стоящий перед ней в коридоре колледжа.
Они влюбляются, не зная, что их связывает не только страсть, но и трагедия, в которой он был жертвой, а её мать палачом.
Когда правда всплывёт, их любовь окажется на лезвии ножа.
Потому что месть не прощает.
А память не всегда возвращается.

— Я сейчас опущу руку, а ты не будешь орать. Поняла?
Согласно киваю, не в силах оторвать взгляд от мужчины в черном.
– Кто ты? — от его тона вдоль позвоночника несутся мурашки.
Мысли мечутся в панике.
Грабитель? Убийца? Маньяк?
Враги отца! Хотят получить выкуп за дочь депутата!
— Я... — голос предательски дрожит. — Я просто горничная…
Его бровь скептически приподнимается.
— Горничная? С сумкой от Шанель?...
***
Пряталась от парня-изменника, а попала в лапы к опасному бандиту, который пробрался в наш загородный дом накануне Нового года!

— Ну, здравствуй, Муська! Тоже молочком лакомилась?
Снежный зверь в своей душегрейке, с темными глазами и наглой ухмылкой, сидит передо мной, пока я лежу на куче денег.
— Не ожидал тебя здесь увидеть. Ты немного до кровати не дошла.
Что?!
— Обалдел либо? — шиплю на него снизу вверх. — В мой дом заявился и не ожидал увидеть?!
В два шага доходит и одним рывком ставит меня на ноги, а сам такой здоровый, что пугаюсь его как в первую встречу.
— Мне затаиться на время нужно. Будем греть друг друга пока на дворе вьюга.

Под Новый год в мой дом детства заявился снежный зверь – мой муж. Упертый, уверенный в себе брутал, как и метель, что разыгралась за окном, связывая вновь нас обстоятельствами.

- Мне очень нужны деньги, - выдавливаю из себя, опускаю взгляд в пол.
Ради спасения сына готова наступить на свою гордость.
- Хочешь, чтобы я, как Санта, снова исполнил твою мечту? А говорила, что не продаешься, - хмыкает Барсов.
- Я не продаюсь. Я прошу деньги в долг, - поднимаю на Ярослава взгляд и судорожно сглатываю.
- Ты знаешь мои условия. Я исполню твое желание, а за это ты будешь принадлежать мне пять дней. И я буду делать с тобой все, что захочу, - рычит он и прожигает меня взглядом.
- Я согласна на твое условие, - шепчу еле слышно и дрожу от страха.
- Раздевайся, - он отдает мне приказ, а я готова в обморок упасть от стыда.
Я должна спасти своего малыша любым способом! И Барсов не должен узнать о том, кто отец моего сына. Ведь если узнает, он отнимет у меня ребенка.

- Ты, кажется, хотел поговорить с мамой Мирьям, - напомнила Зарина.

- Хотел, но ты же меня отвлекла. Зазвала к себе в комнату, я думал, за этим. А бутоньерка предлог.

Фарах грубо оттолкнул её от себя.

- Ты вся горишь в этом месте, но всё равно стои́шь на своём. На своих глупых принципах, как будто ты и вправду часть этого старого замшелого дома. Твой жар передаётся мне. Тогда уж лучше буду от тебя подальше. Не то не удержусь и возьму тебя силой. Или нежностью, как в ту ночь, когда ты была посговорчивее. Ты ещё совсем юная, Зарина, но повадки у тебя, как у взрослой, опытной женщины. Ты прекрасно умеешь завлечь и в последний момент отступить. Не думаю, что ты научилась этому с Камилем. В тебе это просто заложено.

Фарах пошел к двери, но у порога обернулся и добавил:

- Учти, что я терплю это только до свадьбы. Потом мне не нужно будет твоё приглашение. Я буду ногой открывать дверь в твою комнату. И брать тебя сколько и когда захочу.

– У тебя очень длинный язык, – подцепил ее за щеку, и она тут же вырвалась, крутанув головой, – как тебя зовут?
– Решил нажаловаться на меня, козел? Попросишь приват в качестве моральной компенсации за свой же мужской тупизм?
Она привстала на носочки, потому что я ростом метр девяносто пять, а она…окинул ее взглядом, примерно, метр шестьдесят три.
– Я привык сам решать проблемы, – обхватил ее за талию и затянул в любимую тьму, – и я уже знаю, что сделаю с тобой...

Джамал заносит меня в дом, бросает на кровать.
- Сама разденешься, или помочь?
- Не трогай меня... - я отползаю подальше, встаю в «дикую кошку». - Я не дамся просто так...
- А если так? - Джамал снимает футболку. - Наслаждайся.
Внутри меня опять просыпается самка. Тело Джамала - настоящее произведение искусства. Взгляд сам прилипает к мощным рельефным мускулам без капли жира, они завораживают.
Плечи, кубики пресса, бицепсы, грудь, татуировка китайского дракона - переползающего с руки - на плечо и грудь - всё идеально.
У меня снова начинает тянуть внизу живота. В крови проскакивают электрические разряды - несильные, очень приятные.
Я хочу закрыть глаза, но самка заставляет смотреть, подталкивает к этому мужчине.
Требует гладить его, прижиматься покрепче, касаться губами кожи...

- Крис, подожди! Давай всё обсудим! - голос Макса звучит где-то позади, но я уже не оборачиваюсь.
- Что, Макс? Что обсуждать? - голос срывается на крик, хотя я изо всех сил стараюсь держать себя в руках.
Прижимаю к груди маленькую дочку.
- Ты… Вы… - Макс запинается, и я вижу краем глаза, как он проводит рукой по лицу, пытаясь прийти в себя. Волосы взъерошены, рубашка расстёгнута, на шее… Господи, на шее след от губной помады.
- Что, не должны были вернуться? - выплёвываю. - И увидеть ЭТО?
Я обвожу взглядом то, что ещё два месяца назад было моим домом. Моим уютным, чистым, наполненным любовью гнёздышком. А сейчас… все разрушено окончательно.