Книги в жанре «Dark romance» по тегу «vlastnyy-geroy»
Всё началось довольно невинно. Она увидела его в окне напротив и… Нет, не влюбилась, а захотела. Сексуальный сосед настырно проник в её сны и желания. Света всё чаще наблюдала за ним, пользуясь тем, что он никогда не задергивает шторы на окнах. Мечтала, представляла, но не смела приблизиться. Но её всё равно рассекретили. Сосед всё же заметил слежку и затеял игру, в которой нет правил…
Меня похитили. Прямо из собственной квартиры.
Незнакомец с голубыми глазами. Властный, дерзкий, опасный.
Он сказал, что я — подарок его брату. Что мне суждено стать женой человека, от которого меня тошнит.
Но по пути в его руках я узнала страх, стыд… и запретное желание.
Он стал моим мучителем и моей единственной защитой.
⋅───⊱༺ ♰ ༻⊰───⋅
Кричи громче.
Он всё равно не остановится.
⋅───⊱༺ ♰ ༻⊰───⋅
Горячий, дерзкий роуд-муви. Дарк романс с запретными чувствами и неизбежным хэппи-эндом.
История участвует в литмобе — "Жаркий попутчик" https://litmarket.ru/selections/zharkiy-poputchik
Незнакомец с голубыми глазами. Властный, дерзкий, опасный.
Он сказал, что я — подарок его брату. Что мне суждено стать женой человека, от которого меня тошнит.
Но по пути в его руках я узнала страх, стыд… и запретное желание.
Он стал моим мучителем и моей единственной защитой.
⋅───⊱༺ ♰ ༻⊰───⋅
Кричи громче.
Он всё равно не остановится.
⋅───⊱༺ ♰ ༻⊰───⋅
Горячий, дерзкий роуд-муви. Дарк романс с запретными чувствами и неизбежным хэппи-эндом.
История участвует в литмобе — "Жаркий попутчик" https://litmarket.ru/selections/zharkiy-poputchik
— Рита, что ты задумала? — в его голосе явно прослеживалась паника.
Она подняла на него глаза. В них проглядывала бархатная тьма.
— Ты был очень плохим мальчиком, Даниил, — протянула Марго сладким, как патока, голосом, — а плохие мальчики должны быть наказаны.
— Нет, — он стал брыкаться, но привязали его крепко, — нет. Не делай этого!
— Не беспокойся, — холодно улыбнулась Марго, — тебе понравиться! Можешь кричать, всё равно никто не услышит. Тут замечательная звукоизоляция.
Она подняла на него глаза. В них проглядывала бархатная тьма.
— Ты был очень плохим мальчиком, Даниил, — протянула Марго сладким, как патока, голосом, — а плохие мальчики должны быть наказаны.
— Нет, — он стал брыкаться, но привязали его крепко, — нет. Не делай этого!
— Не беспокойся, — холодно улыбнулась Марго, — тебе понравиться! Можешь кричать, всё равно никто не услышит. Тут замечательная звукоизоляция.
Строго 18+🔥 Он назвал меня своим праздничным букетом. Шёлковая лента вместо цепей, она стягивала запястья и не давала мне пошевелиться. Цветы в волосах вместо короны. Он смотрел на меня как на искусство. В тот момент я почти поверила, что это и есть любовь.
Я здесь, чтобы ждать его. Ждать, когда он войдёт без стука, когда вновь прикоснётся к коже, под которой каждый нерв напряжён в сладостном предвкушении. Когда он разрешит мне снова стать человеком.
Но проблема в том, что с каждым днём всё меньше хочется быть человеком. Ведь быть чьей-то вещью иногда гораздо приятнее...
Я здесь, чтобы ждать его. Ждать, когда он войдёт без стука, когда вновь прикоснётся к коже, под которой каждый нерв напряжён в сладостном предвкушении. Когда он разрешит мне снова стать человеком.
Но проблема в том, что с каждым днём всё меньше хочется быть человеком. Ведь быть чьей-то вещью иногда гораздо приятнее...
Мачеха и сводная сестра отправили меня за решётку за преступление которого я не совершала. Они сделали так, чтобы я сгнила в самой жестокой тюрьме страны. Тогда я ещё не знала, что настоящий приговор ждёт меня вовсе не в зале суда. Он ждал меня здесь — среди людей, которые давно забыли, что такое сострадание. В этом месте не существовало законов, кроме права сильного. Здесь не было жалости к слабым, не было справедливости, не было второго шанса. Здесь дрались за еду, а иногда — просто потому, что кому-то стало скучно. И именно здесь судьба столкнула меня с мужчиной, которого боялись даже самые жестокие заключённые. Я боялась его не меньше остальных, потому что в его холодных глазах не было ничего человеческого. Но именно к нему меня тянуло сильнее всего. К мужчине, которому не нужна была обуза. К мужчине, который скорее позволил бы мне погибнуть, чем признался бы, что я ему нужна.
Он — владелец самого закрытого клуба в городе. Холодный. Властный. Опасный.
Я — сломанная девочка, которая разучилась чувствовать. У меня нет денег, нет выхода, и я подписываю контракт на тридцать дней. Моё тело в его власти. Мои желания — под запретом.
Он обещал вернуть мне вкус к жизни. Вместо этого — вскрыл все мои страхи и заставил кричать от удовольствия. Я не должна была влюбляться. Но его сталь обернулась бархатом, а моё сердце перестало мне подчиняться.
Теперь я хочу не просто его прикосновений. Я хочу его целиком.
Но у него свои демоны. И когда он отталкивает меня, я понимаю: любовь может быть больнее, чем подчинение.
P.S.: Он думал, что сломает меня. А сломался сам.
Я — сломанная девочка, которая разучилась чувствовать. У меня нет денег, нет выхода, и я подписываю контракт на тридцать дней. Моё тело в его власти. Мои желания — под запретом.
Он обещал вернуть мне вкус к жизни. Вместо этого — вскрыл все мои страхи и заставил кричать от удовольствия. Я не должна была влюбляться. Но его сталь обернулась бархатом, а моё сердце перестало мне подчиняться.
Теперь я хочу не просто его прикосновений. Я хочу его целиком.
Но у него свои демоны. И когда он отталкивает меня, я понимаю: любовь может быть больнее, чем подчинение.
P.S.: Он думал, что сломает меня. А сломался сам.
Её купили на аукционе.
Он – генерал, чудовище, захватчик.
Она – человек, который должен его ненавидеть.
В мире, где люди стали скотом, Кира спасается лишь благодаря поддельной медицинской карте. Но когда её продают самому генералу Варгану, начинается нечто более опасное, чем трудовая повинность.
Он держит её в клетке, но не прикасается к ней. Он наказывает её хлыстом, но не ломает. Он ждёт, когда страх превратится в доверие, а ненависть – в нечто, чему нет имени на его языке.
Кира не должна хотеть его. Но её тело говорит громче разума, а в его чёрных глазах она видит не только хищника, но и защитника.
Когда главнокомандующая призывает их обоих, Кира понимает: она больше не пленница. Она – его выбор. И он – её.
Он – генерал, чудовище, захватчик.
Она – человек, который должен его ненавидеть.
В мире, где люди стали скотом, Кира спасается лишь благодаря поддельной медицинской карте. Но когда её продают самому генералу Варгану, начинается нечто более опасное, чем трудовая повинность.
Он держит её в клетке, но не прикасается к ней. Он наказывает её хлыстом, но не ломает. Он ждёт, когда страх превратится в доверие, а ненависть – в нечто, чему нет имени на его языке.
Кира не должна хотеть его. Но её тело говорит громче разума, а в его чёрных глазах она видит не только хищника, но и защитника.
Когда главнокомандующая призывает их обоих, Кира понимает: она больше не пленница. Она – его выбор. И он – её.
Для простого бойца без денег и связей пропуск в закрытый университетский орден — единственный шанс вырваться на вершину. Но цена билета — тайный, порочный ритуал за стенами таинственного отеля «Дезириум». Повязка на глазах, сладкий дурман и три изощренных испытания. Итану придется доказать стальную выдержку: выдержать невыносимый натиск искушения и не капитулировать там, где любой другой уже давно потерял бы рассудок.
В этом испытании смешались разврат элиты, две искушенные девушки, одна из которых — дочь ректора, и нарастающая животная одержимость той, чья близость нарушает любые правила чужой игры. Итан пройдет этот ад, доказав, что даже ради мечты он не станет послушной игрушкой. Но ритуал закончится, а первобытный голод — нет.
В этом испытании смешались разврат элиты, две искушенные девушки, одна из которых — дочь ректора, и нарастающая животная одержимость той, чья близость нарушает любые правила чужой игры. Итан пройдет этот ад, доказав, что даже ради мечты он не станет послушной игрушкой. Но ритуал закончится, а первобытный голод — нет.
Миша был милым славным парнем. Верящим в идеалы, дружбу и любовь.
Но идеалы рухнули. Славных парней никто не любит...
Друг и бывшая девушка предали его, оставив наедине с болью и осознанием, что он был наивным дураком... третьим лишним.
Топовый айтишник, высококлассный специалист, теперь он согласился стать частью бизнеса отца... Миша вернулся в Питер другим: холодным, циничным, расчётливым. Словно Ангел, которому обломали крылья и сбросили с небес, заставив принять тьму...
И решил, что теперь это он будет разбивать чужие сердца... чтобы не чувствовать своего, покрывшегося ледяной коркой.
Как кстати под прицел попадает дочь врага его отца, которую, как трофей, готовят к выгодному браку...
"Высокомерная элитная девочка - идеальная жертва для начала..."
Миша уже предвкушает игру. Но он не знает, что она не такая, какой кажется. Она девочка, которая выжила... И она тоже умеет играть.
#2 ТОМ история Миши
Можно читать отдельно, но лучше, после первого тома)
Но идеалы рухнули. Славных парней никто не любит...
Друг и бывшая девушка предали его, оставив наедине с болью и осознанием, что он был наивным дураком... третьим лишним.
Топовый айтишник, высококлассный специалист, теперь он согласился стать частью бизнеса отца... Миша вернулся в Питер другим: холодным, циничным, расчётливым. Словно Ангел, которому обломали крылья и сбросили с небес, заставив принять тьму...
И решил, что теперь это он будет разбивать чужие сердца... чтобы не чувствовать своего, покрывшегося ледяной коркой.
Как кстати под прицел попадает дочь врага его отца, которую, как трофей, готовят к выгодному браку...
"Высокомерная элитная девочка - идеальная жертва для начала..."
Миша уже предвкушает игру. Но он не знает, что она не такая, какой кажется. Она девочка, которая выжила... И она тоже умеет играть.
#2 ТОМ история Миши
Можно читать отдельно, но лучше, после первого тома)
ЗАВЕРШЕН
Мне 45, по бумаге я ее опекун.
Она живет в моем доме на ощупь: по голосу, по шагам, по теплу чужой ладони.
Не видит возраста. Не видит запрета.
Произносит мое имя так спокойно, словно оно всегда принадлежало ей.
Шесть месяцев – и по закону я должен отпустит ее.
Но до этого я должен удержать дистанцию,
Но пока я только удерживаю дыхание каждый раз, когда она проходит мимо.
Грех уже живет со мной под одной крышей.
Она – стала моим грехом, а я – ее опекун.
Мне 45, по бумаге я ее опекун.
Она живет в моем доме на ощупь: по голосу, по шагам, по теплу чужой ладони.
Не видит возраста. Не видит запрета.
Произносит мое имя так спокойно, словно оно всегда принадлежало ей.
Шесть месяцев – и по закону я должен отпустит ее.
Но до этого я должен удержать дистанцию,
Но пока я только удерживаю дыхание каждый раз, когда она проходит мимо.
Грех уже живет со мной под одной крышей.
Она – стала моим грехом, а я – ее опекун.
Подборка Dark romance с властным героем
Выберите полку для книги