Книги в жанре «Драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
Теперь я знаю как пахнет мечта - морским ветром, солнцем и свободой. Я знаю, где возможно счастье - на Кубе. Здесь оно осязаемо. Его можно потрогать, понюхать, лизнуть.
Я вскидываю руки и кружусь, утопая в песке. Кричу во весь голос:
-Господи, как хорошо! Боженька, спасибо тебе!
И здесь нет никаких рабовладельцев. Я некстати вспоминаю своего бывшего начальника. Брысь из моих мыслей, Кирилл Евгеньевич. Брысь! Не смейте мне портить отдых.
Тут за спиной раздается до боли знакомый голос:
-Поторопилась ты, Танечка, Бога благодарить.
Я медленно оборачиваюсь, надеясь, что мне показалось.
Но нет.
Передо мной стоит мой босс. Злющий как тысяча чертей.
Я вскидываю руки и кружусь, утопая в песке. Кричу во весь голос:
-Господи, как хорошо! Боженька, спасибо тебе!
И здесь нет никаких рабовладельцев. Я некстати вспоминаю своего бывшего начальника. Брысь из моих мыслей, Кирилл Евгеньевич. Брысь! Не смейте мне портить отдых.
Тут за спиной раздается до боли знакомый голос:
-Поторопилась ты, Танечка, Бога благодарить.
Я медленно оборачиваюсь, надеясь, что мне показалось.
Но нет.
Передо мной стоит мой босс. Злющий как тысяча чертей.
Рассчитывая на человеческую помощь, не забывай и о жадности. Ища поддержки у состоятельных людей, не забывай о цене, которую могут попросить взамен.
Все эти уроки я вынесла из жизни. Когда просто пыталась спасти маленького племянника.
Я уже не надеялась на чудо, но оно все же случилось!
Так ли это? Или меня настиг очередной жизненный урок?
Все эти уроки я вынесла из жизни. Когда просто пыталась спасти маленького племянника.
Я уже не надеялась на чудо, но оно все же случилось!
Так ли это? Или меня настиг очередной жизненный урок?
Трудная жизнь заставляет Лизу уехать из города и податься в столицу, чтобы заработать деньги. Она приходит за помощью к человеку, который совсем её не помнит и конечно даже не догадывается, какой его ждёт сюрприз.
Она выбралась. Поднялась. Отомстила.
Но на вершине — холодно. А прошлое всегда находит тех, кто пытается его забыть.
Джоан Алексис уже не та хрупкая женщина, которой когда-то воспользовались. Теперь она — символ силы и соблазна. Её боятся, ей завидуют, её хотят уничтожить.
Но в мире, где любовь — это контроль, а преданность — валюта, выживает не самая красивая, а самая беспощадная.
Смогут ли чувства спасти душу, когда сердце давно стало оружием?
И стоит ли свобода такой цены?
Продолжение истории, где страсть опаснее пули, а правда страшнее лжи.
Но на вершине — холодно. А прошлое всегда находит тех, кто пытается его забыть.
Джоан Алексис уже не та хрупкая женщина, которой когда-то воспользовались. Теперь она — символ силы и соблазна. Её боятся, ей завидуют, её хотят уничтожить.
Но в мире, где любовь — это контроль, а преданность — валюта, выживает не самая красивая, а самая беспощадная.
Смогут ли чувства спасти душу, когда сердце давно стало оружием?
И стоит ли свобода такой цены?
Продолжение истории, где страсть опаснее пули, а правда страшнее лжи.
Вера – чистая и искренняя, послушная дочь обеспеченных родителей. Она никогда не попадает в неприятности и ведёт себя правильно. Соколов – жесткий и конкретный, он решает свои и чужие проблемы, а Вера становится для него глотком свежего воздуха в мире полном проблем. Смогут ли они сохранить чувства и быть вместе, когда их реальности столкнуться, а интриги недоброжелателей добавят проблем?
Открываю глаза.
Больно. Свет бьет наотмашь. Жмурюсь и продолжаю лежать. Жива, но это сейчас не особо радует. Мне бы выйти отсюда побыстрее, чтобы разгрести то, что от моей счастливой жизни осталось.
Развод. Первое, что я сделаю — это подам на развод. Жить с этим предателем больше не буду, ни дня. Пусть идет к своей Олесе! Имя-то какое дурацкое, Леся, Олеся, Лесенька. Интересно, как он ее называет? Нет, стоп, неинтересно. Тьфу, мерзость.
- Ммм — срывается с губ, когда пытаюсь пошевелиться.
Резкая боль скручивает низ живота. Что же так больно? Неужели не могут обезболить, это же средневековые пытки какие-то?! Обезбольте меня еще на денек, пожалуйста!
Больно. Свет бьет наотмашь. Жмурюсь и продолжаю лежать. Жива, но это сейчас не особо радует. Мне бы выйти отсюда побыстрее, чтобы разгрести то, что от моей счастливой жизни осталось.
Развод. Первое, что я сделаю — это подам на развод. Жить с этим предателем больше не буду, ни дня. Пусть идет к своей Олесе! Имя-то какое дурацкое, Леся, Олеся, Лесенька. Интересно, как он ее называет? Нет, стоп, неинтересно. Тьфу, мерзость.
- Ммм — срывается с губ, когда пытаюсь пошевелиться.
Резкая боль скручивает низ живота. Что же так больно? Неужели не могут обезболить, это же средневековые пытки какие-то?! Обезбольте меня еще на денек, пожалуйста!
— Не выдумывай, Вита, — муж злится все сильнее. — Что ты видела?
— Все, — дышать едва получается, рыдания глушат голос до шепота. — Я видела все…
Долго и счастливо превратилось в мои слезы и его равнодушие. Когда-то я таяла от одного взгляда этого мужчины, считала, что мне невероятно повезло, а теперь мечтаю, чтобы «мы» никогда не случались.
В детстве девочкам не рассказывают о том, что бывает после пышной свадьбы с принцем и переезда в его замок. Я оказалась не готова к жестокой черной реальности.
У моего мужа другая. А мне достались лишь разбитые розовые очки и разрывающееся от боли сердце.
— Все, — дышать едва получается, рыдания глушат голос до шепота. — Я видела все…
Долго и счастливо превратилось в мои слезы и его равнодушие. Когда-то я таяла от одного взгляда этого мужчины, считала, что мне невероятно повезло, а теперь мечтаю, чтобы «мы» никогда не случались.
В детстве девочкам не рассказывают о том, что бывает после пышной свадьбы с принцем и переезда в его замок. Я оказалась не готова к жестокой черной реальности.
У моего мужа другая. А мне достались лишь разбитые розовые очки и разрывающееся от боли сердце.
– Отпусти, поставь меня, – потребовала Катя, придя в себя.
– Хорошо, только ты в обморок от радости не падай, – улыбнулся мужчина, ставя ее на пол.
– Если и потеряю сознание при виде тебя, то точно не от радости, – огрызнулась Катя, отступая.
Катино сердце трепыхалось, словно пойманная в сачок бабочка. Страшно было до дрожи в коленях. Неожиданное появление Алика могло означать лишь одно: ему что-то потребовалось от Кати. Она боялась, что он попытается отнять у нее самое дорогое: дочь.
Первое путешествие, первая любовь – все это случается в жизни Кати одновременно, когда она в вагоне поезда случайно знакомится с петербуржцем Аликом. Спустя пару дней он называет ее невестой, но можно ли ему верить?
Первые годы брака напоминают идиллию, но спустя несколько лет Катя узнает об измене.
Алик пропадает на два года, и его внезапное возвращение пугает Катю. Что ему нужно? Квартира, дочь, сама Катя или все сразу? Сможет ли Катя простить предателя или найдет счастье с другим?
– Хорошо, только ты в обморок от радости не падай, – улыбнулся мужчина, ставя ее на пол.
– Если и потеряю сознание при виде тебя, то точно не от радости, – огрызнулась Катя, отступая.
Катино сердце трепыхалось, словно пойманная в сачок бабочка. Страшно было до дрожи в коленях. Неожиданное появление Алика могло означать лишь одно: ему что-то потребовалось от Кати. Она боялась, что он попытается отнять у нее самое дорогое: дочь.
Первое путешествие, первая любовь – все это случается в жизни Кати одновременно, когда она в вагоне поезда случайно знакомится с петербуржцем Аликом. Спустя пару дней он называет ее невестой, но можно ли ему верить?
Первые годы брака напоминают идиллию, но спустя несколько лет Катя узнает об измене.
Алик пропадает на два года, и его внезапное возвращение пугает Катю. Что ему нужно? Квартира, дочь, сама Катя или все сразу? Сможет ли Катя простить предателя или найдет счастье с другим?
— Даааа... Ви ты неподражаема.... Дааа. — Я осторожно подхожу к двери, вслушиваясь в сладкие стоны мужа, и пытаюсь сдержать нескончаемый поток слез.
— Да, Гер, даааа. — К нему присоединяется нежный женский голос, а я тихо умираю.
Врываюсь в кабинет, чтобы лично убедиться, как любимый мужчина в одночасье становится чужим.
Любимый муж оказался предателем, он забрал мое сердце, растоптал душу и подарил бесценное сокровище, его крохотное сердечко уже бьется во мне. Я обязана научиться жить заново, ради своего ребенка, даже если однажды, в мою дверь постучится призрак из прошлого.
— Да, Гер, даааа. — К нему присоединяется нежный женский голос, а я тихо умираю.
Врываюсь в кабинет, чтобы лично убедиться, как любимый мужчина в одночасье становится чужим.
Любимый муж оказался предателем, он забрал мое сердце, растоптал душу и подарил бесценное сокровище, его крохотное сердечко уже бьется во мне. Я обязана научиться жить заново, ради своего ребенка, даже если однажды, в мою дверь постучится призрак из прошлого.
- Оксана! Я не отказываюсь от своих детей, но вот все эти алименты для репутации мне не нужны!
Я прищурилась.
- А, как с госпожей Тютчевой роман, для репутации не вреден? Известный меценат Казимир Нагорный оставил жену и двоих детей ради младшей сестры жены Вальки Навозной, с псевдонимом Тютчева! Звучный то какой!
Казимир выругался.
- Хватит, Оксана того что ты паясничаешь! Так вышло! Смирись! Я и так всё оставляю вам!
- Какое великодушие! Подождите, господин, сейчас сделаю вам книксен!
Казимир ещё сильнее выругался и вошёл в офис, а я осталась стоять на улице пытаясь прийти в себя, если бы он только знал с каким трудом даётся мне этот сарказм и эта отчаянная дерзость.
Я прищурилась.
- А, как с госпожей Тютчевой роман, для репутации не вреден? Известный меценат Казимир Нагорный оставил жену и двоих детей ради младшей сестры жены Вальки Навозной, с псевдонимом Тютчева! Звучный то какой!
Казимир выругался.
- Хватит, Оксана того что ты паясничаешь! Так вышло! Смирись! Я и так всё оставляю вам!
- Какое великодушие! Подождите, господин, сейчас сделаю вам книксен!
Казимир ещё сильнее выругался и вошёл в офис, а я осталась стоять на улице пытаясь прийти в себя, если бы он только знал с каким трудом даётся мне этот сарказм и эта отчаянная дерзость.
Подборка эмоциональных драм
Выберите полку для книги