Книги в жанре «Драма» по тегу «predatelstvo»
— …Ну, и как успехи с увольнением твоей драгоценной половинки? — насмешливый, ядовитый голос подруги делит мою жизнь, как повар делит белок и желток.
До — я успешный ресторатор, повар, любимая и любящая жена.
После — брошенка, у которой хотят не просто отобрать всё, которую хотят унизить и уничтожить.
Нет, мои бисквитные. Такого кулинарного удовольствия я вам недоставлю.
Говорят месть — блюдо, которое подают холодным?
Моя будет жгучей, как Каролинский жнец — самый острый перец в мире.
Я покажу вам, что такое аль денте.
И не надейтесь, что сможете победить меня в этой войне.
Мои ягодки вам не сорвать!
До — я успешный ресторатор, повар, любимая и любящая жена.
После — брошенка, у которой хотят не просто отобрать всё, которую хотят унизить и уничтожить.
Нет, мои бисквитные. Такого кулинарного удовольствия я вам недоставлю.
Говорят месть — блюдо, которое подают холодным?
Моя будет жгучей, как Каролинский жнец — самый острый перец в мире.
Я покажу вам, что такое аль денте.
И не надейтесь, что сможете победить меня в этой войне.
Мои ягодки вам не сорвать!
Голоса становились всё отчётливее, различимее, и каждое слово, будто ножом, резало мне по сердцу.
– Даже не представляешь, как сильно я тебя люблю, – раздался женский голос.
Я услышала ответ. Голос, который знал каждый изгиб моей души. Голос моего мужа.
– А я хочу тебя. Сейчас.
Меня обдало жаром, будто кто-то плеснул на меня кипяток. Я вцепилась в дверную ручку, ногти больно впились в ладонь.
– Она же всегда в своей работе, – продолжала девушка. – Всё отчёты да клиенты. Какая жена из неё? Ты заслуживаешь женщину, которая будет рядом. Всегда. Как я. Потому что я тебя люблю. А она?.. Да она даже не знает, что это такое.
– Не хочу сейчас говорить о ней, – лениво отозвался Илья. – Мы ведь не для этого ушли с праздника. А чтобы заняться делом.
– О, да, – протянула она с довольным смешком.
Я закрыла глаза. Комната поплыла передо мной, пол под ногами будто провалился. То, что я слышала, не укладывалось в голове.
«Неужели всё это время любила только я?» – пронеслось в голове.
– Даже не представляешь, как сильно я тебя люблю, – раздался женский голос.
Я услышала ответ. Голос, который знал каждый изгиб моей души. Голос моего мужа.
– А я хочу тебя. Сейчас.
Меня обдало жаром, будто кто-то плеснул на меня кипяток. Я вцепилась в дверную ручку, ногти больно впились в ладонь.
– Она же всегда в своей работе, – продолжала девушка. – Всё отчёты да клиенты. Какая жена из неё? Ты заслуживаешь женщину, которая будет рядом. Всегда. Как я. Потому что я тебя люблю. А она?.. Да она даже не знает, что это такое.
– Не хочу сейчас говорить о ней, – лениво отозвался Илья. – Мы ведь не для этого ушли с праздника. А чтобы заняться делом.
– О, да, – протянула она с довольным смешком.
Я закрыла глаза. Комната поплыла передо мной, пол под ногами будто провалился. То, что я слышала, не укладывалось в голове.
«Неужели всё это время любила только я?» – пронеслось в голове.
Ольга страдает генетическим заболеванием, которое можно держать под контролем только с помощью дорогого лекарства. Но муж, устав от ее проблем, сообщает о разводе. Оля готова сдаться, но тут на ее пути появляется неравнодушный врач... Однако зачем она ему - особенно теперь, когда беременна от бывшего?..
ПРОДЫ КАЖДЫЙ ДЕНЬ! ЦЕНА В ПРОЦЕССЕ МИНИМАЛЬНАЯ!
ПРОДЫ КАЖДЫЙ ДЕНЬ! ЦЕНА В ПРОЦЕССЕ МИНИМАЛЬНАЯ!
– Нет, – произнес мой муж, а его студентка словно вздрогнула. – Я люблю жену. Всё это… – он махнул рукой, будто отгоняя её чувства, – всё это было ошибкой.
– Ошибкой?! Полгода, Кирилл! Полгода мы тайно встречались, спали вместе, ждали этих встреч как безумные. Сексом занимались как дикие. И ты называешь это ошибкой?
Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Пульс долбил буквально в висках.
– Возьми себя в руки! Ты не понимаешь, что говоришь.
– Не понимаю? – её лицо исказилось от злости. – Я люблю тебя, Кирилл! Слышишь? Я люблю! И если ты осмелишься бросить меня, я расскажу всё твоей жене. Всё до последней детали.
Я толкнула дверь так резко, что она ударилась о стену.
В кабинете воцарилась гробовая тишина. Они оба обернулись на меня.
– Не утруждай себя, дорогая. Жене не нужно ничего рассказывать. Жена и сама всё прекрасно слышала. – произнесла я, не узнавая собственный голос.
– Ошибкой?! Полгода, Кирилл! Полгода мы тайно встречались, спали вместе, ждали этих встреч как безумные. Сексом занимались как дикие. И ты называешь это ошибкой?
Я сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Пульс долбил буквально в висках.
– Возьми себя в руки! Ты не понимаешь, что говоришь.
– Не понимаю? – её лицо исказилось от злости. – Я люблю тебя, Кирилл! Слышишь? Я люблю! И если ты осмелишься бросить меня, я расскажу всё твоей жене. Всё до последней детали.
Я толкнула дверь так резко, что она ударилась о стену.
В кабинете воцарилась гробовая тишина. Они оба обернулись на меня.
– Не утруждай себя, дорогая. Жене не нужно ничего рассказывать. Жена и сама всё прекрасно слышала. – произнесла я, не узнавая собственный голос.
Помню, как мать умоляла меня не выходить за этого козла замуж. А я, ослепленная любовью, не послушалась, дура! Выскочила тайком, ослушалась материнского совета. Счастливая была, наивная. Да только счастье мое длилось недолго. Едва родился сын, муж загулял с моей лучшей подругой. С духом собиралась, хотела уйти, но в тот вечер, увидев собранные чемоданы, он силой взял меня, унизил, сломил волю. И я, к своему несчастью и стыду, забеременела. Дочку родила. Свекровь, старая лицемерка, уговорила тогда сразу не расходиться, умоляла, давила на жалость. Стерпела. Не ушла. Как только дети выросли я наконец-то сбежала из дома. Подала на развод и ушла в квартиру родителей. Сменила замки, чтобы муж не отравлял мою жизнь. Думала, вздохну с облегчением, почувствую вкус свободы, но не тут-то было.
С уходом от мужа испытания в моей жизни только начались…
С уходом от мужа испытания в моей жизни только начались…
РАССКАЗ. САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
— Аня… — его голос звучит тихо, почти шёпотом.
— Замолчи, — обрываю я его резко, чувствуя, как злость смешивается с горечью. — Даже не начинай, Андрей.
Он делает шаг ко мне, и я отшатываюсь назад, как будто его прикосновение может обжечь.
— Дай мне объяснить… — в его глазах отчаяние.
— Что объяснить? — почти кричу я, голос срывается на истерику. — Что ты обманул меня? Что ты записал это на видео и прислал мне? Что именно ты хочешь мне объяснить, Андрей?!
Его лицо становится ещё бледнее, я понимаю, что ему больно. Но что мне до этого, когда меня саму просто рвет на части!
— Я ничего не помню… я был пьян.
— Аня… — его голос звучит тихо, почти шёпотом.
— Замолчи, — обрываю я его резко, чувствуя, как злость смешивается с горечью. — Даже не начинай, Андрей.
Он делает шаг ко мне, и я отшатываюсь назад, как будто его прикосновение может обжечь.
— Дай мне объяснить… — в его глазах отчаяние.
— Что объяснить? — почти кричу я, голос срывается на истерику. — Что ты обманул меня? Что ты записал это на видео и прислал мне? Что именно ты хочешь мне объяснить, Андрей?!
Его лицо становится ещё бледнее, я понимаю, что ему больно. Но что мне до этого, когда меня саму просто рвет на части!
— Я ничего не помню… я был пьян.
— А где твой муж? — хохочет Кирилл, с ленцой откидываясь в кресле, — Что, тот худощавый тебя бросил? С ребёнком на руках?
А мне просто хочется исчезнуть. Главное — чтобы он не догадался, чтобы не понял, что это его дочь.
— Кирилл, не твоё дело. Не переживай, я всё равно не собираюсь здесь работать.
Я поворачиваюсь к двери, хватаю сумку. Сердце стучит так, что отдается в висках.
— Подожди-ка… — бормочет он. Поднимается с кресла: — В анкете ты написала, что девочке полтора года… беременность… — Его голос становится тише. — Всё сходится. Так это что — моя дочь?!
— Нет! — срываюсь чуть громче. — Не твоя! Мне пора!
— А глаза-то как у меня… — звучит за спиной. — Копия. Прямо я, когда был маленький. Ты ведь знаешь, что есть такая штука… ДНК.
Я замираю на пороге. Поворачиваюсь и вижу, как он рассматривает что-то в телефоне… И поворачивает ко мне фото Маши…
Да, я скрыла беременность. После того предательства я не могла иначе…
А мне просто хочется исчезнуть. Главное — чтобы он не догадался, чтобы не понял, что это его дочь.
— Кирилл, не твоё дело. Не переживай, я всё равно не собираюсь здесь работать.
Я поворачиваюсь к двери, хватаю сумку. Сердце стучит так, что отдается в висках.
— Подожди-ка… — бормочет он. Поднимается с кресла: — В анкете ты написала, что девочке полтора года… беременность… — Его голос становится тише. — Всё сходится. Так это что — моя дочь?!
— Нет! — срываюсь чуть громче. — Не твоя! Мне пора!
— А глаза-то как у меня… — звучит за спиной. — Копия. Прямо я, когда был маленький. Ты ведь знаешь, что есть такая штука… ДНК.
Я замираю на пороге. Поворачиваюсь и вижу, как он рассматривает что-то в телефоне… И поворачивает ко мне фото Маши…
Да, я скрыла беременность. После того предательства я не могла иначе…
– За нас, – звонко произнесла девушка, поднимая бокал. – За нашу годовщину. За этот незабываемый год вместе. Я так люблю тебя, Олег.
Я сжала зубы. Год. Год он жил на две семьи. Год он врал мне, глядя в глаза, прижимая к себе по вечерам. Год.
– И я тебя люблю. С ума схожу от тебя, дурочка моя. Это был лучший год в моей жизни. – произнес мой муж…
Обращаясь правда совсем не ко мне…
– А что жена? – кокетливо поинтересовалась она. – Не заподозрит?
– Да перестань, – легко ответил он. – Я сказал, что в командировке. Несколько дней мы сможем спокойно провести время вдвоём.
Я закрыла глаза. Всё. Последняя ниточка, которая могла бы удержать меня от падения, оборвалась.
Я встала. Спокойно, без спешки. Сделала шаг, другой. И вот я уже стояла рядом. За его спиной.
– Годовщина, говорите? – добавила я тихо. – Поздравляю. Очень символично: один год счастья у вас, и один год лжи у меня.
Я сжала зубы. Год. Год он жил на две семьи. Год он врал мне, глядя в глаза, прижимая к себе по вечерам. Год.
– И я тебя люблю. С ума схожу от тебя, дурочка моя. Это был лучший год в моей жизни. – произнес мой муж…
Обращаясь правда совсем не ко мне…
– А что жена? – кокетливо поинтересовалась она. – Не заподозрит?
– Да перестань, – легко ответил он. – Я сказал, что в командировке. Несколько дней мы сможем спокойно провести время вдвоём.
Я закрыла глаза. Всё. Последняя ниточка, которая могла бы удержать меня от падения, оборвалась.
Я встала. Спокойно, без спешки. Сделала шаг, другой. И вот я уже стояла рядом. За его спиной.
– Годовщина, говорите? – добавила я тихо. – Поздравляю. Очень символично: один год счастья у вас, и один год лжи у меня.
«Кажется, твой котик гуляет сам по себе, и ему теплее в моей постельке, чем на ваших холодных простынях» - гласило сообщение от подруги.
Вика тут же открыла фото.
Ее муж спит в чужой постели, рядом улыбающаяся Марина.
Вика застыла, не в силах поверить своим глазам, руки задрожали так, что телефон выскользнул и со стуком упал на пол.
И горькое осознание: пока ее избивали до полусмерти, пока она корчилась от боли, теряя их долгожданного ребенка..., муж просто в это время развлекался с другой...
«Не прощу. Никогда не прощу. Я не позволю построить вам свое счастье на моем горе...» - все, что успела пообещать себе Вика, прежде, чем отключиться на больничной койке.
Долгожданная беременность казалась подарком, но вместо счастья Виктория получила удары — от судьбы, от чужих рук… и самое страшное — от собственного мужа.
Вика тут же открыла фото.
Ее муж спит в чужой постели, рядом улыбающаяся Марина.
Вика застыла, не в силах поверить своим глазам, руки задрожали так, что телефон выскользнул и со стуком упал на пол.
И горькое осознание: пока ее избивали до полусмерти, пока она корчилась от боли, теряя их долгожданного ребенка..., муж просто в это время развлекался с другой...
«Не прощу. Никогда не прощу. Я не позволю построить вам свое счастье на моем горе...» - все, что успела пообещать себе Вика, прежде, чем отключиться на больничной койке.
Долгожданная беременность казалась подарком, но вместо счастья Виктория получила удары — от судьбы, от чужих рук… и самое страшное — от собственного мужа.
– Я… я очень рада за тебя, Варя, – голос подруги дрожал, но звучал неожиданно громко в зале, наполненном замершими людьми. – Ты сегодня вышла замуж за такого замечательного мужчину.
Она продолжала, медленно, с каким-то странным нажимом:
– Ведь я, как никто, знаю, какой он на самом деле.
Я нахмурилась, а в груди неприятно кольнуло. Я перевела взгляд на Максима и вдруг заметила – он напрягся.
Она словно почувствовав, что привлекла внимание, подняла подбородок и шагнула ближе.
– Варя, – сказала она твёрдо, и теперь её голос звучал иначе – я понимаю, что ты счастлива. Но всё это время, пока ты строила планы, верила ему, любила его, он не хранил тебе верность. – Она чуть улыбнулась, но в этой улыбке не было радости. – Он был и с тобой, и со мной. Не веришь? Посмотри сама.
Настя раскрыла конверт и высыпала фотографии прямо на скатерть перед нами.
Я опустила взгляд и тут же почувствовала, как по коже пробежал холод.
На снимках были они. Максим и Настя.
Она продолжала, медленно, с каким-то странным нажимом:
– Ведь я, как никто, знаю, какой он на самом деле.
Я нахмурилась, а в груди неприятно кольнуло. Я перевела взгляд на Максима и вдруг заметила – он напрягся.
Она словно почувствовав, что привлекла внимание, подняла подбородок и шагнула ближе.
– Варя, – сказала она твёрдо, и теперь её голос звучал иначе – я понимаю, что ты счастлива. Но всё это время, пока ты строила планы, верила ему, любила его, он не хранил тебе верность. – Она чуть улыбнулась, но в этой улыбке не было радости. – Он был и с тобой, и со мной. Не веришь? Посмотри сама.
Настя раскрыла конверт и высыпала фотографии прямо на скатерть перед нами.
Я опустила взгляд и тут же почувствовала, как по коже пробежал холод.
На снимках были они. Максим и Настя.
Подборка драм о предательстве
Выберите полку для книги