Книги в жанре «Драма» по тегу «predatelstvo»
– Это что, твоя жена? – тихо спросила девушка, испуганно посмотрев на меня.
– Машуль, подожди меня у машины, я сейчас приду.
Подтолкнув девушку в сторону парковки и дождавшись, когда она уйдёт, Марк недовольно и зло нахмурился. Но, судя по тому, что он опустил взгляд, злился он на себя.
– И как это понимать? Зачем отослал Машулю?
– Марина, не начинай!
– Ну давай, поведай мне о своей неземной любви к этой девушке, против которой ты не смог устоять. А заодно расскажи, почему ты продолжаешь жить со мной, когда...
– Я от тебя ухожу, – перебил меня Марк, ещё и тяжко вздохнул, мол, это решение далось ему с трудом.
– Машуль, подожди меня у машины, я сейчас приду.
Подтолкнув девушку в сторону парковки и дождавшись, когда она уйдёт, Марк недовольно и зло нахмурился. Но, судя по тому, что он опустил взгляд, злился он на себя.
– И как это понимать? Зачем отослал Машулю?
– Марина, не начинай!
– Ну давай, поведай мне о своей неземной любви к этой девушке, против которой ты не смог устоять. А заодно расскажи, почему ты продолжаешь жить со мной, когда...
– Я от тебя ухожу, – перебил меня Марк, ещё и тяжко вздохнул, мол, это решение далось ему с трудом.
Он купил меня на год. Я подарила ему навсегда.
«Выйди за меня замуж», — сказал незнакомец на скамейке в парке. Это было пари. Глупое, мужское. А для меня — шанс выжить. Я стала женой по контракту в его мире хрустальных люстр и холодных взглядов. Я должна была играть роль. Но как играть, когда каждый его взгляд обжигает, а нежность заставляет забыть о договоре?
Я родила его ребенка в одиночестве. Он ничего не знал. Наша случайная встреча в больнице шокировала его. В его глазах я увидела боль, шок и то самое «ёкнуло», о котором когда-то мечтала. Но я больше не та наивная девушка. Простит ли мое сердце того, кто однажды предал его? И сможет ли он доказать, что наша любовь — не часть контракта?
«Выйди за меня замуж», — сказал незнакомец на скамейке в парке. Это было пари. Глупое, мужское. А для меня — шанс выжить. Я стала женой по контракту в его мире хрустальных люстр и холодных взглядов. Я должна была играть роль. Но как играть, когда каждый его взгляд обжигает, а нежность заставляет забыть о договоре?
Я родила его ребенка в одиночестве. Он ничего не знал. Наша случайная встреча в больнице шокировала его. В его глазах я увидела боль, шок и то самое «ёкнуло», о котором когда-то мечтала. Но я больше не та наивная девушка. Простит ли мое сердце того, кто однажды предал его? И сможет ли он доказать, что наша любовь — не часть контракта?
Я уже собираюсь пройти на кухню, как слышу из плотно закрытой двери спальни звук, которого там не должно было быть.
Смех. Женский, приглушённый, томный.
Я застываю. Рука сама тянется к ручке, хотя понимаю: пожалею.
И всё же толкаю дверь. Как пловец перед нырянием в ледяную воду.
Разве что не зажмуриваюсь. Предпочитаю не прятаться.
Они замечают меня не сразу.
Зато я заметила. Его и её.
Алина, моя секретарша, лежит на спине.
Её рыжие волосы раскиданы по моей подушке.
Гриша, мой муж...
Смех. Женский, приглушённый, томный.
Я застываю. Рука сама тянется к ручке, хотя понимаю: пожалею.
И всё же толкаю дверь. Как пловец перед нырянием в ледяную воду.
Разве что не зажмуриваюсь. Предпочитаю не прятаться.
Они замечают меня не сразу.
Зато я заметила. Его и её.
Алина, моя секретарша, лежит на спине.
Её рыжие волосы раскиданы по моей подушке.
Гриша, мой муж...
— Диан, а ты чего так рано?
Слышу возню в спальне.
— Кто там?
Муж нервно чешет затылок.
— Да мы просто это…
Мы…
Значит, он был там не один?
Толкаю мужа в грудь и врываюсь в комнату.
Она сидит на моей кровати, прикрыв наготу одеялом.
— Привет… мам…
Слышу возню в спальне.
— Кто там?
Муж нервно чешет затылок.
— Да мы просто это…
Мы…
Значит, он был там не один?
Толкаю мужа в грудь и врываюсь в комнату.
Она сидит на моей кровати, прикрыв наготу одеялом.
— Привет… мам…
– Ты все же изменил мне? – новость шокирует настолько, что я в бессилии опускаюсь на пол. – И вы все это время были вместе?
– Это было год назад. Нечего вспоминать.
– Но она же моя лучшая подруга… Как ты только мог?
– Хватит! – муж взрывается гневом. – Прекрати ворошить прошлое!
– Но… зачем ты это сделал?
– Потому что ты как обычно была занята!
– Богдан… – слезы застилают глаза, нет сил смотреть на него. – Год назад я была в роддоме…
На дне рождения нашей дочери узнала о предательстве мужа. Двое детей, пятнадцать лет брака и "новое обстоятельство", которое он заставляет меня принять.
– Это было год назад. Нечего вспоминать.
– Но она же моя лучшая подруга… Как ты только мог?
– Хватит! – муж взрывается гневом. – Прекрати ворошить прошлое!
– Но… зачем ты это сделал?
– Потому что ты как обычно была занята!
– Богдан… – слезы застилают глаза, нет сил смотреть на него. – Год назад я была в роддоме…
На дне рождения нашей дочери узнала о предательстве мужа. Двое детей, пятнадцать лет брака и "новое обстоятельство", которое он заставляет меня принять.
Рассказ. Закончен
— Что это? — спрашиваю я, еле сдерживая рыдания.
— Посмотри сама, — его тон холоден и безразличен.
Дрожащими руками открываю папку и не верю своим глазам. Мои подписи, одна за одной, на документах, которые я, похоже, сама же и подписала. Но… Что это значит?
— Это договор, Лена. Ты сама его подписала, — Виктор смотрит на меня жестко, с презрением. — Внимательно посмотри на условия. В случае нашего развода тебе не достается ничего. Ни компании, ни дома, ни денег. Вообще ничего. Ты останешься у разбитого корыта.
— Это невозможно… Я не могла такое подписать! — шепчу я, чувствуя, как земля уходит из-под ног, а разум отказывается воспринимать происходящее. — Ты меня обманул!
— Я тебя не обманывал. Ты просто была слишком доверчива, дорогая, — он цинично усмехается и чуть пожимает плечами. — Ты никогда не читала, что подписываешь. Тебе было плевать, пока ты была моей женой и чувствовала себя в безопасности.
— Что это? — спрашиваю я, еле сдерживая рыдания.
— Посмотри сама, — его тон холоден и безразличен.
Дрожащими руками открываю папку и не верю своим глазам. Мои подписи, одна за одной, на документах, которые я, похоже, сама же и подписала. Но… Что это значит?
— Это договор, Лена. Ты сама его подписала, — Виктор смотрит на меня жестко, с презрением. — Внимательно посмотри на условия. В случае нашего развода тебе не достается ничего. Ни компании, ни дома, ни денег. Вообще ничего. Ты останешься у разбитого корыта.
— Это невозможно… Я не могла такое подписать! — шепчу я, чувствуя, как земля уходит из-под ног, а разум отказывается воспринимать происходящее. — Ты меня обманул!
— Я тебя не обманывал. Ты просто была слишком доверчива, дорогая, — он цинично усмехается и чуть пожимает плечами. — Ты никогда не читала, что подписываешь. Тебе было плевать, пока ты была моей женой и чувствовала себя в безопасности.
– Что здесь происходит? – вот так просто спросил Арсений.
– А меня тоже интересует ответ на этот вопрос. Почему ты спишь с ровесницами наших дочерей? Значит, как найти время на меня, так Алла отстань, я занят. А вот на любовницу ты время находишь.
– Но я не любовница, – решила так не вовремя вставить свои пять копеек Юля, – Я была на правах его женщины, ведь считала, что вы давно в разводе.
– Мне просто интересно, тебя что, не смутило наличие женских вещей и уходовых средств?
– Он говорил, что вы не успели забрать вещи.
– Как давно вы вместе? Месяц? Полгода? Год? И я всё ещё, по-твоему, просто не забрала вещи?
– Так, хватит! – грубо и властно произнёс Арсений, прямо как султан, успокаивающий свой расшумевшийся гарем. – Юля, уходи, мы с тобой потом поговорим. А ты, Алла, успокойся.
– А меня тоже интересует ответ на этот вопрос. Почему ты спишь с ровесницами наших дочерей? Значит, как найти время на меня, так Алла отстань, я занят. А вот на любовницу ты время находишь.
– Но я не любовница, – решила так не вовремя вставить свои пять копеек Юля, – Я была на правах его женщины, ведь считала, что вы давно в разводе.
– Мне просто интересно, тебя что, не смутило наличие женских вещей и уходовых средств?
– Он говорил, что вы не успели забрать вещи.
– Как давно вы вместе? Месяц? Полгода? Год? И я всё ещё, по-твоему, просто не забрала вещи?
– Так, хватит! – грубо и властно произнёс Арсений, прямо как султан, успокаивающий свой расшумевшийся гарем. – Юля, уходи, мы с тобой потом поговорим. А ты, Алла, успокойся.
— Извини, Артем, — спокойно начал Андрей. — Она выбрала меня.
Все произошло мгновенно.
Резкий взмах руки, и Андрей с глухим стуком рухнул на асфальт. Из его носа тут же хлынула алая струйка.
Я взвизгнула и бросилась к нему.
— Ты что творишь, ненормальный! — закричала я на Артема, прижимая платок к лицу Андрея.
Наши взгляды встретились — в его была буря боли и гнева, в моей — отчаяние и ужас.
— Любишь его? — прорычал он, не обращая внимания на окружающих.
— Ты ненормальный! — уже тише, почти шепотом, выдохнула я, не в силах выдержать его взгляд.
— Любишь его? — повторил он, и в этом вопросе звучала какая-то последняя надежда.
Пронзительная история любви и взросления, где загадочные письма переплетают судьбы, а разгадка скрывается в сердце.
Все произошло мгновенно.
Резкий взмах руки, и Андрей с глухим стуком рухнул на асфальт. Из его носа тут же хлынула алая струйка.
Я взвизгнула и бросилась к нему.
— Ты что творишь, ненормальный! — закричала я на Артема, прижимая платок к лицу Андрея.
Наши взгляды встретились — в его была буря боли и гнева, в моей — отчаяние и ужас.
— Любишь его? — прорычал он, не обращая внимания на окружающих.
— Ты ненормальный! — уже тише, почти шепотом, выдохнула я, не в силах выдержать его взгляд.
— Любишь его? — повторил он, и в этом вопросе звучала какая-то последняя надежда.
Пронзительная история любви и взросления, где загадочные письма переплетают судьбы, а разгадка скрывается в сердце.
Картина, которая предстала перед глазами, врезалась в сознание навсегда. На кровати, в смятом белье, в нашей спальне… лежали Олег и Алиса. Да, та самая Алиса – сестра моей подруги. Молчаливая, скромная, замкнутая.
Время будто замерло. Я чувствовала, как дрожат руки, как по спине пробегает холод. Но одновременно во мне просыпалась какая-то ледяная ясность.
– Ну что ж, – сказала я тихо, но каждое слово резало воздух, как нож. – Теперь я понимаю, почему ты, Алиса, ни с кем не знакомила своего мужчину.
Губы дрогнули, но я усмехнулась – горько, издевательски.
– Просто этот мужчина оказался моим мужем.
Я смотрела им в глаза, иронично, холодно, словно сама себе не верила, что произношу это вслух.
Время будто замерло. Я чувствовала, как дрожат руки, как по спине пробегает холод. Но одновременно во мне просыпалась какая-то ледяная ясность.
– Ну что ж, – сказала я тихо, но каждое слово резало воздух, как нож. – Теперь я понимаю, почему ты, Алиса, ни с кем не знакомила своего мужчину.
Губы дрогнули, но я усмехнулась – горько, издевательски.
– Просто этот мужчина оказался моим мужем.
Я смотрела им в глаза, иронично, холодно, словно сама себе не верила, что произношу это вслух.
Я, не успев сообразить, машинально опустила взгляд. На экране всплыло сообщение.
«Милый, я сегодня освобожусь пораньше. Сможешь меня забрать? Целую тебя, мой Лёшенька ❤️»
Я замерла. Сначала мозг отказался воспринимать смысл. Просто набор слов, чёрные буквы на белом фоне. Но потом холодная волна прошла по позвоночнику.
Я чувствовала, как дрожат пальцы. Экран потускнел, но я не могла отвести взгляд. Имя отправителя высветилось сверху. «Сервис».
Именно в этот момент послышался скрежет замка. Я вздрогнула. Дверь открылась.
Лёша стоял на пороге, с ключами в руке.
На секунду между нами повисла тишина, плотная, как стена. Я смотрела на него, он – на меня. Его глаза мгновенно изменились: из тёплых – в настороженные.
– Вера… – тихо произнёс он. Голос хриплый, натянутый. – Я… забыл телефон.
А я так и стояла, прижимая этот злосчастный телефон к груди.
«Милый, я сегодня освобожусь пораньше. Сможешь меня забрать? Целую тебя, мой Лёшенька ❤️»
Я замерла. Сначала мозг отказался воспринимать смысл. Просто набор слов, чёрные буквы на белом фоне. Но потом холодная волна прошла по позвоночнику.
Я чувствовала, как дрожат пальцы. Экран потускнел, но я не могла отвести взгляд. Имя отправителя высветилось сверху. «Сервис».
Именно в этот момент послышался скрежет замка. Я вздрогнула. Дверь открылась.
Лёша стоял на пороге, с ключами в руке.
На секунду между нами повисла тишина, плотная, как стена. Я смотрела на него, он – на меня. Его глаза мгновенно изменились: из тёплых – в настороженные.
– Вера… – тихо произнёс он. Голос хриплый, натянутый. – Я… забыл телефон.
А я так и стояла, прижимая этот злосчастный телефон к груди.
Подборка драм о предательстве
Выберите полку для книги