Книги в жанре «Драма» по тегу «predatelstvo»

— Ты всё равно вернёшься, Вер. Ты всегда возвращаешься.

Он говорит это ласково, почти нежно. Как человек, который знает обо мне больше, чем я сама.

Я не кричу и не хлопаю дверью. Учу дочь жить между папиным домом и маминым, вожу её подушку туда и обратно, потому что новая, говорит она, будет «не такая». Работаю ночами. Отвечаю «хорошо» и «справлюсь», и его это пугает сильнее любого скандала.

А потом он начинает меняться. Не словами, слова он всегда умел. Поступками, от которых у меня дрожат руки. И я перестаю понимать, где кончается любовь и начинается привычка, которую тело помнит лучше головы.

Рядом человек, с которым ничего не нужно проверять. Он не торопит и ни разу не пытается меня спасти. А за спиной всё, что было только нашим и что он однажды уже отдал другой.

Можно ли вернуться туда, где тебя раздали по частям?

В тексте: измена мужа, развод, сильная героиня, дочь между мамой и папой, мучительный выбор, эмоции на разрыв, ХЭ.

– Я папе сказала: помоги. – Она смотрит на меня прямо. – Да, помоги. Я не стыжусь. Я Сережу в командировки вытащила, я его в списки поставила. Я за полгода сделала его командиром экипажа, ему скоро дадут подполковника! А вы восемь лет рядом просидели, и он как был майором, так и…

Она обрывает себя. Отводит глаза. Ей, кажется, всё-таки неловко.

– Вы держали его в этой дыре восемь лет, – говорит она тише. – Я его люблю. А вы просто были рядом.
___

Избалованная дочка генерала увела моего мужа.

Через полтора года у ее папы уже не было должности, а мой бывший муж оказался в дыре вместо Академии. А у меня – карьера в Москве, и полковник, который полюбил меня так, как муж не умел никогда.

Мой муж не разговаривает до первой чашки кофе, читает инструкции до последней строчки и врезал в дверь моей комнаты замок. Ключ от него есть только у меня.

Он ни разу не назвал меня красивой. Зато заметил, что родинка над моей левой бровью поднимается, когда я спорю. Мне этого хватило, чтобы испугаться.

Мы поженились не по любви и не делали вид, что по любви. Раздельные комнаты, ужины по расписанию, свекровь, у которой больше нет ключа от нашей двери. И одно правило: никогда не решать за другого.

Я была уверена, что хуже всего — жить под одной крышей с почти незнакомым человеком.

Хуже оказалось другое: однажды вечером поймать себя на том, что прислушиваешься к его шагам в коридоре и покупаешь по дороге с работы его хлеб. А фотография мужа, которого я похоронила, стоит на полке, повешенной другим, — и полка держит.

Любовь в наш договор не входила. Мы оба это подписали.

Только никто не предупредил меня, что больнее всего бывает не от чужих, а от тех, кто хотел как лучше

– Она моя сестра.

– Ну и что мне теперь, не жить что ли?

– Ей двадцать четыре.

– И что?

– Она моя сестра, Рома! – Я всё-таки повышаю голос, и он тут же оглядывается по сторонам – не слышит ли кто. Вот что его волнует. – Она приезжала к нам на Новый год. Она спала в нашей комнате! Мы ей на диване стелили!

– Диана, тише.

– Ты её «сестрёнкой» звал!

– Диана!

Я замолкаю. Он переступает с ноги на ногу. И произносит – спокойно, буднично, как что-то само собой разумеющееся:

– Ну вот что ты хочешь, чтобы я сказал? Что виноват? Ну виноват. Только знаешь... – Он поднимает на меня глаза. – Лиза хотя бы может родить нормально. А ты врач, ты свой диагноз лучше меня знаешь.
___

Я ехала к мужу через полстраны, чтобы сказать: у нас будет ребёнок.
Вместо этого мне привезли на стол его беременную любовницу.
Мою родную сестру.
Восемь часов операции. Я спасла обеих.
А потом он сказал: «Лиза хотя бы может родить нормально».

– Я сплю с твоим женихом уже три года! – злорадно произносит моя лучшая подруга, склонившаяся надо мной. – Пока ты варила щи-борщи, твой ненаглядный Громов был со мной!
По щекам льются слёзы, а низ живота сковывает боль.
– Вот так в жизни бывает! Живёшь себе, веришь в счастливое будущее рядом с любимым, а он бросает тебя беременную и уходит к твоей лучшей подруге за три месяца до свадьбы!
Я бы не поверила словам мерзавки, но… Я видела измену любимого своими глазами! Приехала к нему на работу в больницу, зашла к нему в кабинет и… Они горячо целовались и жадно обнимали друг друга!
– Думаешь, я буду бороться за предателя? – хриплю я. – Нет, подруга, не буду. Однажды тебя так же бросят, запомни это!

Прошло двадцать пять лет. Я родила дочь, но так и не смогла построить личного счастья. В день, когда моя дочь-ординатор полезла под завалы спасать людей, её жизнь оказалась на волоске. И спасти её может только он – мой бывший предатель, который не знает о дочери…

Мальчик спрятался за его ногой и с любопытством выглянул.
— Ты кто?
Хороший вопрос.
Жена мужчины, которого ты называешь папой? Женщина, которая четыре года ходит с ним по врачам? Или просто дура, не заметившая целую вторую жизнь собственного мужа?
— Вера, — произнёс Артём.
Всего лишь моё имя.
Светловолосая женщина скрестила руки на груди.
— Артём, может, ты наконец ей всё объяснишь?
Не «простите». Не «вы неправильно поняли». Она говорила со мной так, будто это я неожиданно приехала туда, где мне не рады.
— Что именно он должен объяснить? — спросила я. — Сколько лет вашему сыну?
Она усмехнулась:
— Сейчас не лучшее время для концерта.
Я даже растерялась.
— Концерта?!
— Вера, хватит, — жёстко сказал Артём.
Женщина осталась рядом с ним. Рядом с ребёнком. На своём месте.
А лишней почему-то чувствовала себя я.

– Я, наконец-то, подал на развод! – заявляет муж, оглядывая наших гостей. – Мне пятьдесят, и я понял, что пора! Знакомьтесь, это моя любимая Алиса! Она самая лучшая женщина на земле!
Ч-что?...
Я организовала для мужа юбилей, он благодарил меня за то, что я сделала ему такой праздник.
А он прямо сейчас представляет нашей семье свою любовницу, она ему в дочери годится!
Господи…
– Лена, – мерзавец обращается ко мне. – Ны только не истери, ладно? Не надо устраивать концерты. Наш брак давно изжил себя. Артёму восемнадцать лет, он уже не нуждается в полноценной семье. Нас ничто не держит рядом друг с другом! Любовь живёт три года, наша удивительным образом сумела протянуть дольше.
Мы были в браке почти тридцать лет.
– Ты мне больше не отец! – кричит сын и выбегает из-за стола.

Несколько дней спустя любовница моего мужа приехала ко мне на работу. Я сказала ей, что знаю все её грязные тайны, а она в отместку сбила моего сына на дороге… Сейчас он в реанимации...

Тринадцать лет брака. Тринадцать лет ада.
Анна знала: если муж ударит — надо молчать. Если муж злится — надо просить прощения.
Иначе будет хуже, иначе пострадает дочка.
Но однажды она совершила непростительную ошибку — снова забеременела.
Виктор Броневицкий не хотел второго ребенка. И его кулаки, нацеленные в живот, ясно дали понять, что он против беременности.
Анна выжила чудом.
И поняла, что если не сбежит, то в следующий раз, после следующих побоев уже не выживет.

– Вы отец ребёнка? – спрашивает врач моего мужа.
Я останавливаюсь в трёх шагах от двери палаты.
Наверное, ослышалась.
Другого объяснения просто нет.
– Да. Я отец.
В коридоре становится невыносимо тихо.
Даже колёса каталки, которую везут мимо нас, перестают скрипеть.
Или это у меня от шока закладывает уши.
– Простите… – Голос звучит чужим и сиплым. – Отец кого?
Врач поправляет очки и переводит недоумённый взгляд с меня на Рому.
– Ребёнка вашей сестры. Судя по сроку, сейчас примерно восьмая неделя.