Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»
💫ГОРЯЧИЙ ТЕКСТ ЦЕЛИКОМ💫
Любовник-капитан советовал мне похудеть, а когда космические пираты взяли лайнер на абордаж — трусливо спрятался за охраной.
Вот только похитителям понадобилась не моя фигура, а выращенная мной лунная лилия — редчайший и невероятно дорогой афродизиак. Цветок без меня не выживет, поэтому на пиратский корабль мы отправились все вместе.
Теперь я единственная женщина среди пяти опасных мужчин! Они думают, что похитили безобидного агронома... Но скоро узнают: своими цветами, драниками и телом распоряжаюсь только я.
И если уж судьба поселила Белоснежку среди пятерых космических пиратов, кто сказал, что она обязана выбрать лишь одного?
Любовник-капитан советовал мне похудеть, а когда космические пираты взяли лайнер на абордаж — трусливо спрятался за охраной.
Вот только похитителям понадобилась не моя фигура, а выращенная мной лунная лилия — редчайший и невероятно дорогой афродизиак. Цветок без меня не выживет, поэтому на пиратский корабль мы отправились все вместе.
Теперь я единственная женщина среди пяти опасных мужчин! Они думают, что похитили безобидного агронома... Но скоро узнают: своими цветами, драниками и телом распоряжаюсь только я.
И если уж судьба поселила Белоснежку среди пятерых космических пиратов, кто сказал, что она обязана выбрать лишь одного?
Как можно выбрать между двумя, если сердце тянется к обоим? А может вообще не выбирать, пустить все на самотек, и судьба сама предоставит такой шанс?
- Юля, милая, сладкая моя, - касаюсь рукой щечки девушки, лежащей на больничной койке.
- Кир, - едва слышно произносит Юля.
А я замираю, может мне показалось? Вглядываюсь в ее лицо, может проснулась? Но нет, она спит.
- Кир, - снова повторяет его имя, поражая в самое сердце наповал.
- Девочка моя, - провожу рукой по её волосам. - Я так хотел, чтоб ты была только моей. Делить тебя не с кем не хотел.
Я не ожидал такого. Нет, подозревал, просто отказывался в это верить. Мне так много хочется ей сказать, но все слова застревают в горле.
- Если ты выбрала его, я должен уважать твой выбор, даже если он мой друг, я не буду вам мешать быть вместе…
- Юля, милая, сладкая моя, - касаюсь рукой щечки девушки, лежащей на больничной койке.
- Кир, - едва слышно произносит Юля.
А я замираю, может мне показалось? Вглядываюсь в ее лицо, может проснулась? Но нет, она спит.
- Кир, - снова повторяет его имя, поражая в самое сердце наповал.
- Девочка моя, - провожу рукой по её волосам. - Я так хотел, чтоб ты была только моей. Делить тебя не с кем не хотел.
Я не ожидал такого. Нет, подозревал, просто отказывался в это верить. Мне так много хочется ей сказать, но все слова застревают в горле.
- Если ты выбрала его, я должен уважать твой выбор, даже если он мой друг, я не буду вам мешать быть вместе…
В день своего восемнадцатилетия она стала не именинницей, а расплатой. Отец отдал ее мужчине, который пришел мстить.
Он — чудовище для всех вокруг. Жестокий. Властный. Опасный. Мужчина, поклявшийся уничтожить дочь врага так же беспощадно, как когда-то ее отец надругался над его сестрой и убил ее.
Его план прост: сломать, унизить, втоптать в грязь и заставить отца смотреть на ее смерть.
Но что, если месть пойдет не по плану?
Что, если самая хрупкая девочка окажется его слабостью?
И что, если в том, кто должен был стать ее палачом, она вдруг увидит единственного, кто способен спасти ее от всех остальных?
Теперь вопрос не в том, выживет ли она.
Вопрос в том, кто из них первым сгорит в этой страшной, неправильной связи.
В книге:
— слишком светлая и невинная девочка для его темного мира
— слишком опасный мужчина для ее хрупкого сердца
— большая разница в возрасте
— физическое и моральное насилие
— нецензурная лексика
Строго 18+
Он — чудовище для всех вокруг. Жестокий. Властный. Опасный. Мужчина, поклявшийся уничтожить дочь врага так же беспощадно, как когда-то ее отец надругался над его сестрой и убил ее.
Его план прост: сломать, унизить, втоптать в грязь и заставить отца смотреть на ее смерть.
Но что, если месть пойдет не по плану?
Что, если самая хрупкая девочка окажется его слабостью?
И что, если в том, кто должен был стать ее палачом, она вдруг увидит единственного, кто способен спасти ее от всех остальных?
Теперь вопрос не в том, выживет ли она.
Вопрос в том, кто из них первым сгорит в этой страшной, неправильной связи.
В книге:
— слишком светлая и невинная девочка для его темного мира
— слишком опасный мужчина для ее хрупкого сердца
— большая разница в возрасте
— физическое и моральное насилие
— нецензурная лексика
Строго 18+
(Книга автора завершена и представляет собой цельное произведение)
— Я готова, можешь вызывать такси, — сказала я, усаживаясь на кровать и склонив голову на бок.
— Что такое такси?
— Машина, не притворяйся, что не знаешь.
— Что такое машина?
— Понятно, дай мне телефон, и я сама вызову.
— Что тебе дать?
Наш диалог явно не клеился.
— Господи, ты как людям звонишь?
Он взял с прикроватной тумбочки какое-то устройство, похожее на сферу, и показал мне.
— Красивая штука, но мне нужно позвонить, понимаешь? — перешла я на тон для душевнобольных, проговаривая каждое слово тихо и вкрадчиво.
Собеседник активировал сферу, и она засветилась у него в руках. Он что-то тыкнул, пока я рассматривала это чудо-устройство.
— Да, Зер, — произнёс другой мужской голос.
— Ты мне нужен, тут какая-то непонятная девушка.
— Не знаешь, что с ней делать? — раздался смех на том конце провода. — Веди её в спальню.
— Я готова, можешь вызывать такси, — сказала я, усаживаясь на кровать и склонив голову на бок.
— Что такое такси?
— Машина, не притворяйся, что не знаешь.
— Что такое машина?
— Понятно, дай мне телефон, и я сама вызову.
— Что тебе дать?
Наш диалог явно не клеился.
— Господи, ты как людям звонишь?
Он взял с прикроватной тумбочки какое-то устройство, похожее на сферу, и показал мне.
— Красивая штука, но мне нужно позвонить, понимаешь? — перешла я на тон для душевнобольных, проговаривая каждое слово тихо и вкрадчиво.
Собеседник активировал сферу, и она засветилась у него в руках. Он что-то тыкнул, пока я рассматривала это чудо-устройство.
— Да, Зер, — произнёс другой мужской голос.
— Ты мне нужен, тут какая-то непонятная девушка.
— Не знаешь, что с ней делать? — раздался смех на том конце провода. — Веди её в спальню.
Он — раб, закованный в цепи вечной тьмы, вынужденый скрываться во мгле и страшиться света. Я попала к нему случайно, и теперь он не отпустит, покуда живо тёмное проклятие.
Но, может, я и есть тот свет, которого он так долго ждал?
Но, может, я и есть тот свет, которого он так долго ждал?
(Книга автора завершена и представляет собой цельное произведение)
— Лар, у меня серьёзный вопрос к тебе, — начала издалека.
— Что-то случилось? У тебя рак? — взволнованно спросила подруга.
— Нет. Всё хорошо.
— Слава богу.
— Лар, я встретила мужчину...
— И-и-и?
— И он мне нравится...
— Но есть какое-то «но», верно? Лысый?
— Он сильно моложе меня.
— Ну насколько сильно?
— Как твой сын, такого возраста.
— Как Назар? Ему девятнадцать. У тебя парень девятнадцати лет?
— Плюс-минус год.
— Ну молодой слишком, конечно, — погрустнела подруга. — Ты влюбилась, да?
— Нет, просто вынуждена с ним встречаться.
— Не понимаю, он твой коллега или что?
— Лар, просто скажи, что я не сошла с ума.
— Ты не сошла с ума, он же совершеннолетний. Как он выглядит?
— Высокий, красивый, умный, наглый.
— Ну они все такие в этом возрасте, гормоны играют.
— Думаешь, он меня бросит?
— Лар, у меня серьёзный вопрос к тебе, — начала издалека.
— Что-то случилось? У тебя рак? — взволнованно спросила подруга.
— Нет. Всё хорошо.
— Слава богу.
— Лар, я встретила мужчину...
— И-и-и?
— И он мне нравится...
— Но есть какое-то «но», верно? Лысый?
— Он сильно моложе меня.
— Ну насколько сильно?
— Как твой сын, такого возраста.
— Как Назар? Ему девятнадцать. У тебя парень девятнадцати лет?
— Плюс-минус год.
— Ну молодой слишком, конечно, — погрустнела подруга. — Ты влюбилась, да?
— Нет, просто вынуждена с ним встречаться.
— Не понимаю, он твой коллега или что?
— Лар, просто скажи, что я не сошла с ума.
— Ты не сошла с ума, он же совершеннолетний. Как он выглядит?
— Высокий, красивый, умный, наглый.
— Ну они все такие в этом возрасте, гормоны играют.
— Думаешь, он меня бросит?
🌑 В глубинах древней темницы, где когда-то страдали невинные ведьмы, теперь томится сам инквизитор. Его плоть горит в агонии неутолённого желания, а разум мутится от жажды освобождения.
Эликсир власти иссяк, и теперь его тело предаёт его, взывая к запретным удовольствиям. Цепи сковывают его могучее тело, а воля трещит по швам под натиском первобытных инстинктов.
Месть свершится в самых тёмных уголках его сознания. Та, что когда-то была жертвой его ордена, теперь держит в своих руках ключ от его страданий. И она знает: самое сладкое возмездие — это позволить врагу самому молить о наказании.
Огонь желания и пламя ненависти сливаются воедино в этой истории о том, как палач становится жертвой, а жертва — палачом. Готов ли ты заглянуть в бездну его грехов? Готов ли увидеть, как ломается даже самый стойкий из инквизиторов?
Эликсир власти иссяк, и теперь его тело предаёт его, взывая к запретным удовольствиям. Цепи сковывают его могучее тело, а воля трещит по швам под натиском первобытных инстинктов.
Месть свершится в самых тёмных уголках его сознания. Та, что когда-то была жертвой его ордена, теперь держит в своих руках ключ от его страданий. И она знает: самое сладкое возмездие — это позволить врагу самому молить о наказании.
Огонь желания и пламя ненависти сливаются воедино в этой истории о том, как палач становится жертвой, а жертва — палачом. Готов ли ты заглянуть в бездну его грехов? Готов ли увидеть, как ломается даже самый стойкий из инквизиторов?
Леди Алексина Карвейн была завидной невестой, пока ее отец не проиграл все их состояние и даже семейное поместье. Теперь ей предстоит выйти замуж за того, кто погасит отцовские долги.
Маркиз Эмерик Рейбах, ее жених, гораздо старше нее, но кажется приятным и благородным человеком. Возможно, у нее получится стать не просто украшением дома Его Светлости, а женщиной, которая видит и принимает человека рядом - не закрывая глаза на его недостатки и ценя достоинства?
Маркиз Эмерик Рейбах, ее жених, гораздо старше нее, но кажется приятным и благородным человеком. Возможно, у нее получится стать не просто украшением дома Его Светлости, а женщиной, которая видит и принимает человека рядом - не закрывая глаза на его недостатки и ценя достоинства?
Кирилл Вельский — известный хоккеист, скандалист и мужчина, от которого я предпочитаю держаться подальше. К тому же он младше меня. Всего на месяц, но Кириллу об этом знать необязательно.
После драки в клубе он сообщает полиции, что защищал свою девушку. Теперь нам придётся изображать отношения перед журналистами: вместе появляться на публике, обниматься и убедительно целоваться.
Есть только одна проблема. Я жду парня, который работает за границей. А Кирилл, похоже, не понимает значения слова «фиктивные».
— Ты мне не нравишься, Вельский.
— Конечно, милфа. Поэтому у тебя каждый раз дрожат колени.
После драки в клубе он сообщает полиции, что защищал свою девушку. Теперь нам придётся изображать отношения перед журналистами: вместе появляться на публике, обниматься и убедительно целоваться.
Есть только одна проблема. Я жду парня, который работает за границей. А Кирилл, похоже, не понимает значения слова «фиктивные».
— Ты мне не нравишься, Вельский.
— Конечно, милфа. Поэтому у тебя каждый раз дрожат колени.
Для простого бойца без денег и связей пропуск в закрытый университетский орден — единственный шанс вырваться на вершину. Но цена билета — тайный, порочный ритуал за стенами таинственного отеля «Дезириум». Повязка на глазах, сладкий дурман и три изощренных испытания. Итану придется доказать стальную выдержку: выдержать невыносимый натиск искушения и не капитулировать там, где любой другой уже давно потерял бы рассудок.
В этом испытании смешались разврат элиты, две искушенные девушки, одна из которых — дочь ректора, и нарастающая животная одержимость той, чья близость нарушает любые правила чужой игры. Итан пройдет этот ад, доказав, что даже ради мечты он не станет послушной игрушкой. Но ритуал закончится, а первобытный голод — нет.
В этом испытании смешались разврат элиты, две искушенные девушки, одна из которых — дочь ректора, и нарастающая животная одержимость той, чья близость нарушает любые правила чужой игры. Итан пройдет этот ад, доказав, что даже ради мечты он не станет послушной игрушкой. Но ритуал закончится, а первобытный голод — нет.
Выберите полку для книги