Книги в жанре «Эротика» по тегу «knigi-erotika-skachat»

Застрять в лифте по дороге домой? Можно. Тем более в нашем доме это не редкая история. Застрять, но с двумя наглыми и дерзкими соседями, что мешают спать ночами? Тоже можно, хотя не желательно.
Особенно, если знать, чем это все обернется.

— Слушай, — говорю, пытаясь натянуть на лицо обычное выражение холодного превосходства. — Эта мышь… она сложная.
— В каком смысле?
— В прямом. Ни косметики, ни харизмы. Вообще ничего. Я даже не знаю, есть ли у неё грудь под этим свитером.
Дима ржёт.
— Погоди, Саня. Ты что, хочешь её?
— Нет. — Слишком быстро. — Просто… она странная.
— Ты покраснел.
— Я не краснею, мудак.
— Ты покраснел. — Дима пододвигается ближе, его глаза горят азартом. — Боже мой. Великий Александр Ветров, хирург от Бога, бабник номер один, покраснел из-за девочки в свитере с катышками.
— Закрой рот.
— А давай спор? — Дима улыбается своей хитрой, предвкушающей улыбкой. — Потанцуешь её до конца месяца — я отдаю тебе свой «Ягуар».
— У тебя нет «Ягуара».
— Будет. У дяди возьму. А если нет — отдаёшь мне «Порше».

Я — жена человека, который руководит компанией, где я работаю его заместителем. Восемь лет брака, четыре года совместной работы — и всё рушится в один вечер, когда он решает, что я ему изменила.
Он не слушает оправданий. Не верит слезам. Он запирает дверь и говорит, что я буду наказана.
Я не знала, что любовь может стать клеткой. Я не знала, что самый близкий человек может стать палачом.

🔥 ЖЕСТКАЯ ЭРОТИКА 18+++
🔥БДСМ
🔥Властные мужчины с жесткими требованиями

Еще вчера я наслаждалась своей простой жизнью, а сегодня меня лишают права выбора. Из-за ошибки брата я должна выйти замуж за одного из наследников могущественного клана, чтобы избежать кровной мести. Первый — горячий наглый мажор, второй холодный тщеславный эгоист. На кого из них падет выбор? Мне все равно, ведь покоряться судьбе я не собираюсь. У меня уже готов план побега.

Казалось, все проблемы позади, но мир никогда не был прост. И прошлое, от которого я вроде избавилась, продолжает маячить на горизонте и мешать моему счастью. Пришло время понять, на что я готова ради своих мужчин и способна ли пожертвовать собственной свободой, чтобы спасти их.

Каждые пятьсот лет эльфийские короли брали в жёны человеческую женщину — и ни одна из прежних невест не прожила больше года. Я оказалась одной из призванных. Эльфы не скрывали презрения. Считали мою природу слишком слабой для их бессмертной магии, мою жизнь — досадной формальностью, которую нужно перетерпеть.
В галерее замка висят портреты моих предшественниц — кто-то или что-то убивало их очень быстро. И я следующая в этом списке — если только не узнаю, как это остановить. А те, кто должен меня использовать, теперь не в силах отвести взгляд. Их глаза загораются от страсти, когда я рядом.Они сами не заметили, как из хозяев превратились в моих пленников.

— Я заплатил вдвое больше. В чём проблема?
— Проблема в том, что так не делается! Ты должен был спросить, есть ли свободные комнаты, я должна была сказать «да, есть», ты должен был спросить, сколько стоит…
Он смотрел на меня, и в его глазах, в этих холодных серых глубинах, мелькнуло что-то похожее на веселье.
— Ты всегда так много говоришь?
— Я всегда говорю всё, что думаю, — отрезала я. — И если ты думаешь, что можешь войти в мой трактир, бросить мне на стойку кошелёк и уйти, как будто это гостиница для призраков, то ты ошибаешься, эльф.
— Каэлен, — представился он. — И я не призрак.
Так я познакомилась с правой рукой Сумеречной Гильдии. Он остался. И с первого дня между нами что-то искрило.

В мой трактир заселился эльф с холодными глазами и репутацией убийцы — правая рука Сумеречной Гильдии. Он остался, влез в мои долги и в мою жизнь. А я, кажется, влезла в его сердце, хотя он этого совсем не хотел.

— Если ты не уснёшь... — он делает паузу. — Максимум месяц. Мозг перегреется. Откажет, как процессор без охлаждения. Сначала галлюцинации, потом потеря сознания, потом кома. И всё.
Я смотрю на него. Он смотрит на меня. Я не плачу. Я вою.
— Тихо, — говорит он. Не кричит. Голос низкий, жесткий, режущий. — Слезы здесь не помогут.
— Я... я умру? — шепчу я. — Дамир Рашидович, я правда умру?
Он наклоняется ко мне. Берёт моё лицо в ладони. Сильно. До боли. Заставляет смотреть в глаза.
— Ты умрёшь, — говорит он. — Если будешь сидеть и рыдать. Если не сделаешь то, что я скажу. Если будешь спорить. Но ты не будешь спорить. Поняла?
— Что я должна делать?
— Ко мне. Ты переезжаешь ко мне.

— Руку убери, мужик, она моя девушка. — Визжит ее парень.
— Не делай ей больно, щенок. У тебя ровно три секунды убрать руки. — Шиплю я.

Я не помню, как оказалась в туалете клуба. И почему жених там с другуой. И зачем он подсыпал мне что-то в шампанское. Помню только, как бежала от него через танцпол — и как незнакомец в синей рубашке перехватил мою руку на выходе.

Он спас меня. Увёз к себе. Не тронул, хотя я сама была готова. А утром я узнала, что мой спаситель — друг моего отца. Того самого, кто продал меня этому монстру в розовых кроссовках.

— Ты слишком стар для неё, — рычит отец.
— Она мой выбор, — отвечает мужчина.

Отец ещё не знает: я не просила разрешения. Я уже выбрала.

Снова гремит и под этот грохот и яркую вспышку в мой гараж с оглушительным визгом вбегает непонятное тощее создание.
Уронив все, что держал в руках смотрю на нарушителя моего спокойствия не скрывая недовольства. Девчонка точно. Молоденькая совсем. Бледная, испуганная. В насквозь промокшей одежде.
Пока разглядываю ее, хмурюсь еще больше. Вот чего ей тут то надо? Домой бы шла! Может если её игнорировать сама уйдёт.
Кожей чувствую прямой, пытливый взгляд. Поднимаю голову. Вылупив глаза смотрит на меня через слипшиеся сосульками волосы, с кончиков которых капает вода. Да уж. Не повезло. Но это не моё дело. Переодеться бы ей, а то с таким-то тело-вычитанием простынет не дай бог.
– Здравствуйте, – неожиданно выдает цыпленок, такое прозвище выдало моё подсознание.
Молчу. Не уходит. Вот же непонятливая.
– Извините, что ворвалась без приглашения, я очень грозу боюсь, не до вежливости. Понимаете, я тут недалеко заглохла… то есть машина моя, мне механик срочно нужен. Поможете?