Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
СКОРО ФИНАЛ🔥УСПЕЙТЕ ПРОЧИТАТЬ В ПОДПИСКЕ 🔥
— Ничего, пугало, скоро моей женой станешь. Я тебя быстро научу по струнке ходить.
— Я за тебя не выйду.
— Наши отцы уже всё решили.
— Даже если ты останешься последним мужчиной на земле, я с тобой не буду. Никогда.
Первый курс университета должен был стать для меня началом новой жизни.
Свобода, учеба, подруги, планы на будущее.
Но вместо этого в мою жизнь ворвался он — наглый, самодовольный выпускник, который с первого дня решил, что может командовать мной.
Наши отцы заключили сделку, и через месяц я должна стать его женой.
Он уже празднует победу. А я тем временем готовлю план, после которого он сам пожалеет, что связался со мной.
— Алиса, — резко обрывает он меня.
— Не мечтай. Ты не в стране чудес.
— Ничего, пугало, скоро моей женой станешь. Я тебя быстро научу по струнке ходить.
— Я за тебя не выйду.
— Наши отцы уже всё решили.
— Даже если ты останешься последним мужчиной на земле, я с тобой не буду. Никогда.
Первый курс университета должен был стать для меня началом новой жизни.
Свобода, учеба, подруги, планы на будущее.
Но вместо этого в мою жизнь ворвался он — наглый, самодовольный выпускник, который с первого дня решил, что может командовать мной.
Наши отцы заключили сделку, и через месяц я должна стать его женой.
Он уже празднует победу. А я тем временем готовлю план, после которого он сам пожалеет, что связался со мной.
— Алиса, — резко обрывает он меня.
— Не мечтай. Ты не в стране чудес.
Я пришёл в её дом как раб. С ошейником на шее и фальшивой улыбкой. Моя цель была проста: соблазнить ледяную эльфийскую молитвенницу, украсть артефакт и исчезнуть. Она должна была стать очередной скучной жертвой.
Но Иверия оказалась другой.
Маленькая, босая, с рубиновым ошейником на тонкой шее — она смотрела сквозь меня так, будто видела всё. Мои чары разбились о её молчание. Моя ложь — о её спокойствие. Я думал, что играю с ней. А она переиграла меня в первую же минуту.
Теперь каждое её прикосновение — это яд. Каждый взгляд — вызов. Я пришёл украсть камень, но вместо этого она крадёт мои мысли, моё тело, мою душу. Она говорит, что не имеет права быть счастливой. Я говорю, что мне плевать на правила.
Но у меня есть тайна. И когда она узнает правду, её рубиновый ошейник станет не просто проклятием. Он станет моим приговором.
История о воре, который украл не то, что планировал. И о женщине, которая разучилась жить — пока он не научил её заново.
Но Иверия оказалась другой.
Маленькая, босая, с рубиновым ошейником на тонкой шее — она смотрела сквозь меня так, будто видела всё. Мои чары разбились о её молчание. Моя ложь — о её спокойствие. Я думал, что играю с ней. А она переиграла меня в первую же минуту.
Теперь каждое её прикосновение — это яд. Каждый взгляд — вызов. Я пришёл украсть камень, но вместо этого она крадёт мои мысли, моё тело, мою душу. Она говорит, что не имеет права быть счастливой. Я говорю, что мне плевать на правила.
Но у меня есть тайна. И когда она узнает правду, её рубиновый ошейник станет не просто проклятием. Он станет моим приговором.
История о воре, который украл не то, что планировал. И о женщине, которая разучилась жить — пока он не научил её заново.
Нура хромает с семнадцати лет — и давно смирилась, что такую, как она, никто не выберет. Пока отец не задолжал главе горного клана. За ней приезжает сам Халид Даудов — забрать долг. Забрать её.
— Ты боишься меня, — говорит он.
— Нет.
— Врёшь. Но ничего. Врёшь — значит, живая. Значит, будешь драться. Это мне в тебе нравится больше всего.
Он не обещает нежности. Он обещает то, что страшнее: сделать так, чтобы она сама захотела остаться. Брак по расчёту, который превращается в одержимость. Мужчина, для которого чужая слабость — не повод отвернуться, а повод подойти ближе и не отпускать. Если любите властных героев, которые не спрашивают разрешения, — эта книга для вас.
— Ты боишься меня, — говорит он.
— Нет.
— Врёшь. Но ничего. Врёшь — значит, живая. Значит, будешь драться. Это мне в тебе нравится больше всего.
Он не обещает нежности. Он обещает то, что страшнее: сделать так, чтобы она сама захотела остаться. Брак по расчёту, который превращается в одержимость. Мужчина, для которого чужая слабость — не повод отвернуться, а повод подойти ближе и не отпускать. Если любите властных героев, которые не спрашивают разрешения, — эта книга для вас.
«Боженька, ну где все мужики-то нормальные? Ну, хоть одного бы! Одного! И ведь прошу немного… Хочу сильного, смелого, горячего настолько, чтоб прикуривать можно было… Я буду очень хорошей девочкой… Клянусь. Аминь!»
Это безбашенное, головокружительное приключение началось именно с этой неаккуратно брошенной фразы, в самом центре модного бара. А дальше? Дальше кара не заставила себя долго ждать. Мы с подругами ошалело наблюдали за траекторией полёта выскользнувшей из моих рук бутылки ровно до громкого мужского «Ой!»…
Поздно пить Боржоми, когда сама сделала заказ… Поэтому сдавайся, это любовь…!
Это безбашенное, головокружительное приключение началось именно с этой неаккуратно брошенной фразы, в самом центре модного бара. А дальше? Дальше кара не заставила себя долго ждать. Мы с подругами ошалело наблюдали за траекторией полёта выскользнувшей из моих рук бутылки ровно до громкого мужского «Ой!»…
Поздно пить Боржоми, когда сама сделала заказ… Поэтому сдавайся, это любовь…!
- Руки на капот! Ноги шире!
- Сейчас мы обыщем тебя, крошка!
- Отпустите! Я ничего плохого не сделала! Ну хотите… я заплачу?
- Взятку предлагаешь? – усмехается.
- Нет… - во рту пересыхает от испуга.
- Зря, - заявляет второй. – Мы готовы тебя отпустить, если ты готова отработать своё правонарушение.
- Как?
- Мы покажем, «как», - пальцы брутала ложатся на моё бедро, поднимаясь всё выше. - Жёстко и глубоко, как послушная девочка.
- Чтобы искупить вину, придётся попотеть!
Я ехала на собственный девичник, но свернула не туда.
Двое брутальных полицейских приняли меня за ночную бабочку.
Арестовали.
Посадили в машину.
И теперь в обмен на свободу требуют отдать им то, что по праву принадлежит моему будущему мужу.
- Сейчас мы обыщем тебя, крошка!
- Отпустите! Я ничего плохого не сделала! Ну хотите… я заплачу?
- Взятку предлагаешь? – усмехается.
- Нет… - во рту пересыхает от испуга.
- Зря, - заявляет второй. – Мы готовы тебя отпустить, если ты готова отработать своё правонарушение.
- Как?
- Мы покажем, «как», - пальцы брутала ложатся на моё бедро, поднимаясь всё выше. - Жёстко и глубоко, как послушная девочка.
- Чтобы искупить вину, придётся попотеть!
Я ехала на собственный девичник, но свернула не туда.
Двое брутальных полицейских приняли меня за ночную бабочку.
Арестовали.
Посадили в машину.
И теперь в обмен на свободу требуют отдать им то, что по праву принадлежит моему будущему мужу.
— Что тебе от меня нужно? — вжалась в стену, чувствуя, как его запах заполняет легкие, вытесняя кислород. — Деньги? У меня на карте триста баксов.
Логан медленно, по-хищному улыбнулся.
— Если бы мне нужны были деньги, я бы купил банк, — равнодушно бросил он. — Твой брат задолжал не тем людям, Беатрис. И чтобы спасти свою шкуру, он продал тебя мне.
— Я не вещь!
— Ошибаешься. Теперь ты — мой антидот. Мое лекарство от безумия. И ты будешь принадлежать мне, пока я не получу то, что хочу.
+++++
Майкл продал меня за карточные долги, как ненужную вещь. Моим новым хозяином стал Логан Кросс — Альфа стаи «Черного полумесяца», миллиардер и самый опасный хищник Восточного побережья.
Для всего мира он — успешный бизнесмен. Для меня — тюремщик, чья кровь отравлена «Диким» ядом, сводящим с ума. Я нужна ему не как женщина, а как живой антидот, способный удержать его от превращения в монстра, и инкубатор для сильного наследника.
Логан медленно, по-хищному улыбнулся.
— Если бы мне нужны были деньги, я бы купил банк, — равнодушно бросил он. — Твой брат задолжал не тем людям, Беатрис. И чтобы спасти свою шкуру, он продал тебя мне.
— Я не вещь!
— Ошибаешься. Теперь ты — мой антидот. Мое лекарство от безумия. И ты будешь принадлежать мне, пока я не получу то, что хочу.
+++++
Майкл продал меня за карточные долги, как ненужную вещь. Моим новым хозяином стал Логан Кросс — Альфа стаи «Черного полумесяца», миллиардер и самый опасный хищник Восточного побережья.
Для всего мира он — успешный бизнесмен. Для меня — тюремщик, чья кровь отравлена «Диким» ядом, сводящим с ума. Я нужна ему не как женщина, а как живой антидот, способный удержать его от превращения в монстра, и инкубатор для сильного наследника.
Мне хочется сбежать отсюда, хочется уменьшиться в размерах. Чувствую себя маленькой девочкой, которая бежит по коридору, а ей вслед несутся оскорбления одноклассников.
Затравленный взгляд выхватывает знакомую стрижку.
— Стас! — пытаюсь перекричать музыку, но он скрывается за углом.
Я устремляюсь за ним, и чем дольше я иду, тем тише становится музыка, и я начинаю различать какой-то шум и чьи-то разговоры.
— Давай, детка, — мужской голос смутно знаком, и я ускоряюсь. — Какая ты сладкая.
Заглядываю за угол, и сердце ухает вниз. В свете тусклого фонаря, указывающего на запасный выход, я вижу прогнувшуюся девушку, которая протяжно стонет, а МОЙ парень сжимает ее в своих руках. Он же говорил, что любит? Это первое, что проносится у меня в голове.
Затравленный взгляд выхватывает знакомую стрижку.
— Стас! — пытаюсь перекричать музыку, но он скрывается за углом.
Я устремляюсь за ним, и чем дольше я иду, тем тише становится музыка, и я начинаю различать какой-то шум и чьи-то разговоры.
— Давай, детка, — мужской голос смутно знаком, и я ускоряюсь. — Какая ты сладкая.
Заглядываю за угол, и сердце ухает вниз. В свете тусклого фонаря, указывающего на запасный выход, я вижу прогнувшуюся девушку, которая протяжно стонет, а МОЙ парень сжимает ее в своих руках. Он же говорил, что любит? Это первое, что проносится у меня в голове.
— Богдан. Простите, я не знаю вашего отчества.
— Мы сейчас пойдем в спальню, зачем тебе мое отчество?
— Вы что-то путаете. Я пришла на вечеринку к вашей дочери. Но мне лучше уйти, — сердце выпрыгивает из груди от опасной близости грозного мужчины.
— Ты остаешься со мной, — кладет руку на талию и резко притягивает к себе.
— Что вы делаете? Я же дружу с вашей дочерью, учусь с ней в одном институте. Вы, наверное, меня с кем-то путаете.
— Я запрещаю тебе дружить с ней, а вот со мной можно, — нагло ухмыляется. — Я бы даже сказал, нужно.
Влиятельный бизнесмен с криминальным прошлым. Жесткий и грубый. Богдан Сабуров. Отец моей лучшей подруги решил, что я его новогодний подарок. А его желание для всех закон.
— Мы сейчас пойдем в спальню, зачем тебе мое отчество?
— Вы что-то путаете. Я пришла на вечеринку к вашей дочери. Но мне лучше уйти, — сердце выпрыгивает из груди от опасной близости грозного мужчины.
— Ты остаешься со мной, — кладет руку на талию и резко притягивает к себе.
— Что вы делаете? Я же дружу с вашей дочерью, учусь с ней в одном институте. Вы, наверное, меня с кем-то путаете.
— Я запрещаю тебе дружить с ней, а вот со мной можно, — нагло ухмыляется. — Я бы даже сказал, нужно.
Влиятельный бизнесмен с криминальным прошлым. Жесткий и грубый. Богдан Сабуров. Отец моей лучшей подруги решил, что я его новогодний подарок. А его желание для всех закон.
Я выжила и снова оказалась на станции "Милстрей", будто ничего и не произошло. Но как это случилось? Не знаю, но я понимаю, что получила второй шанс. Теперь моя цель — защитить себя, своих мужей и нашу любовь.
В книге будут:
Сильные, уверенные в себе мужчины; другая планета; откровенные сцены; ХЭ; 18+
В книге будут:
Сильные, уверенные в себе мужчины; другая планета; откровенные сцены; ХЭ; 18+
— Вы… вы Лев? Папа Дениса? — осознаю с ужасом, что это тот самый отец, про которого я так много слышала, но так ни разу живьем не видела, потому что он даже на нашу свадьбу не явился. Он бросил семью, когда Денис был еще совсем маленьким.
И все что я о нем слышала, что он редкостный подлец.
— Да, Мелисса, я отец твоего мужа. И этот маленький гаденыш поплатится за то, что забрал у меня. А за то, что ты ему помогала, расплачиваться будешь и ты, — здоровенная и раскаленная ладонь ложится на мое колено.
— Расплачиваться… — зачем-то произношу с дрожью в голосе. – Я ничего не знаю, я ничего не брала! Мне нечего вам дать!
— Дать? – ухмыляется Лев, вновь пожирая меня взглядом. – Я сам возьму! Все, что захочу!
И все что я о нем слышала, что он редкостный подлец.
— Да, Мелисса, я отец твоего мужа. И этот маленький гаденыш поплатится за то, что забрал у меня. А за то, что ты ему помогала, расплачиваться будешь и ты, — здоровенная и раскаленная ладонь ложится на мое колено.
— Расплачиваться… — зачем-то произношу с дрожью в голосе. – Я ничего не знаю, я ничего не брала! Мне нечего вам дать!
— Дать? – ухмыляется Лев, вновь пожирая меня взглядом. – Я сам возьму! Все, что захочу!
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги