Книги в жанре «Эротика» по тегу «tag»

"Значит, мой муженек Аркаша не просто так зудел все эти годы! Вывез куда-то глухой ночью, оглушил и бросил в самую гнусную топь, чтобы потом закопать. Как банально. И как мерзко! Уж если решил избавиться от жены, мог бы хоть способ поизящнее выбрать, эстет недоделанный..."

Мой муж — непризнанный гений. Настолько, что его проклятый эксперимент забросил нас из уютной квартиры прямо в зловонное болото чужого мира!

Пока мой благоверный барахтался в грязи и закатывал истерики, из тумана вынырнул отряд всадников. А их предводитель — потрясающе красивый эльфийский лорд — внезапно рухнул передо мной на колени.

Он умоляет спасти его умирающую дочь, приняв меня за травницу из древнего пророчества. А я всего лишь обычный земной провизор, но разве могу отказать отчаявшемуся отцу?
**
Почему его совершенно не смущают мои неидеальные формы, которые столько лет критиковал законный супруг? И как так вышло, что рядом с ним я впервые за долгие годы чувствую себя по-настоящему желанной и живой?

- Ты маленькая, взбалмошная, обиженная девочка, у которой отобрали её любимую игрушку в виде золотой карты! - рычит Бероев, нависая надо мной с дико злым видом. Это должно пугать, но, по ходу, я отбитая, потому что лезу наражен, испытывая странное предвкушение.
- А ты неотёсанный, грубый, бесячий сухарь, думающий, что умнее всех! - тыкаю пальцем в твердую, как камень, грудь, напоминая сейчас ту самую Моську, только вместо слона у меня самый настоящий медведь!
- Значит, ты от большой неприязни пускаешь по мне слюни, отваживая всех баб в округе? - ухмыляется гад, сокращая расстояние между нами.
- Пфф, ты ничего не попутал?! Выдаёшь желаемое за действительное?
- Значит, я ошибся, - говорит с хрипотцой, склоняясь к моим губам.
- Значит. - стараюсь быть уверенной, но дрожь в голосе выдаёт меня.
- Я так не думаю, - ухмыляется и, притянув меня к себе, зарывается лапищей в моих волосах , чуть сжимая их, - и я это докажу!

— Услышишь шаги за спиной — стой. Не оборачивайся.

Я стою. Я оборачиваюсь. Их трое. И метель за окном воет так, что меня никто не услышит.

Машина заглохла на перевале, телефон молчит, метель стирает дорогу. Свет в окне охотничьего дома кажется спасением — пока дверь не открывает он. За его спиной ещё двое. Молчаливый со шрамом. Младший с насмешливым ртом. Трое мужчин, одна шкура у камина, запах смолы, дыма и чужой кожи — и одно правило, которое я нарушу в первую же ночь.

Они не торопятся. Они ждут, когда я сама сделаю шаг к огню и опущусь на колени. И я делаю.

Она вернулась в дом матери на лето. Спрятаться. Зализать раны. Не думать о бывшем, который поклялся её достать.
Пять лет назад Марк сказал: «Когда тебе будет двадцать пять — я приду». Она забыла. Он — нет.
Ей двадцать пять. Мать уезжает на месяц. Марк остаётся.
Он не спрашивает. Он берёт. Прижимает к стене, входит без предисловий, заставляет смотреть в глаза. Она должна сказать «нет» — и он уйдёт. Но она молчит. Потому что хочет. Потому что тает. Потому что впервые чувствует себя желанной.
Но Марк врёт. У него есть прошлое, о котором она не знает. Угрозы бывшего становятся реальностью. А мать готова разрушить всё, лишь бы не проиграть.
Выбор прост: бежать или остаться. Но с ним никогда нет простых выборов.

Двадцать пять лет, пышное тело, которое она всю жизнь стеснялась, и годы без мужчины. Вера приходит на приём к новому гинекологу, даже не подозревая, что этот визит перевернёт её жизнь. Вадим Сергеевич — строгий, властный, с руками, которые знают больше, чем положено врачу, — ставит неожиданный диагноз и предлагает терапию, стирающую грань. Сеанс за сеансом её тело пробуждается, страхи отступают, а доверие перерастает в нечто большее... Но кто на самом деле лечит, а кто учится чувствовать заново?

Я решила подсмотреть, чем занимается мой сводный брат со своей пассией в кабинете, но совсем забыла, что он не любит, когда заходят в его кабинет. А непослушных девушек он наказывает.

*очень откровенно
*свадьба, ХЭ
*лёгкая щепотка романтики

РАССКАЗ ЗАВЕРШЕН.

Она потеряла мужа и дочь. Она похоронила себя заживо, но тело по ошибке продолжает дышать.
Он не помнит свободы. Проданный в рабство ребёнком, он прошёл через побои и унижения. Он разучился верить, любить и чувствовать.
Что может связать хозяйку фермы, потерявшую мужа и дочь, и эльфа, который не помнит жизни без боли и цепей?
Ничего. Кроме пустоты в глазах. Кроме бессонных ночей. Кроме желания умереть.
Это история о двух выжженных сердцах, которые учатся любить заново, исцеляя друг друга.
О нежности, которая лечит израненные души.
Она не хотела раба. Он не ждал спасения. Но осенняя ярмарка все решила за них.

Он - грубый механик с душой бунтаря. Она - избалованная дочь из богатой семьи, привыкшая к стерильной роскоши. Их миры сталкиваются на пыльном поле, куда Киру отправляют на "перевоспитание".
Но в душе неотесанного деревенского парня скрывается нерастраченная нежность, а под глянцем городской принцессы - жажда настоящей жизни.

В зимнем лесу, далеко от города, я слышу крик и иду на помощь тому, кто меня презирает. Этот высокомерный красавчик вдоволь отыгрался, бросаясь оскорблениями в тот день на рынке. Мне стоило пройти мимо, но совесть целителя не позволяет оставить раненого.

Приходится помогать. До города, в одиночку, не дотащить на себе здоровяка с переломом. Придётся приютить гневливого, непокорного дровосека в своей избе и оказать помощь. А ещё заткнуть ему рот, чтобы этот хам прекратил называть меня толстухой!

Знать бы в тот момент, чем обернётся решение остаться в метели один на один с привлекательным чудовищем…

Она боится своего отражения. Он не отводит глаз.
Злата привыкла быть «слишком»: пышной, громкой, заметной. После отношений, где ей сказали «ты толстая», она не ждёт от лета ничего, кроме вина и попыток спрятать живот под туникой.
Но в доме Полины есть кое-кто ещё. Её отец. 49 лет жёсткого бизнеса и одиночества. Он говорит «ты красивая» — она не верит. Он говорит «баба должна быть мягкой» — и её мир трещит.
Они начинают игру, где ставка — дружба, доверие и тело, которое Злата не научилась любить. Когда тайна перестаёт быть тайной, каждый получает то, чего боялся.
Правда. Страх. И мужчина, который впервые говорит «люблю».
Без фильтров. Без стыда. Без права на отступление.