Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «izmena»

— Соня, пять минут и спать, — крикнула я в комнату, застёгивая молнию на рюкзаке. И обернулась к мужу: — Ты чего маячишь? Случилось что на работе?
— Уложи её. Поговорить надо.
— Глеб, ты меня пугаешь.
— Уложи Соню. Я подожду на кухне.
— У меня есть женщина. Другая.
— И что теперь, — спросила я. — Зачем ты мне это говоришь? Покаяться решил? Или…
— Она беременна, Вера!

На фоне яркого экрана появились силуэты двух опоздавших. Мужчина и девушка. Они быстро прошли по проходу, стараясь никому не мешать смотреть фильм.
Парочка села именно на те места, которые находились передо мной.
Я нахмурилась.
На экране мелькнул яркий кадр. Свет на мгновение осветил профиль мужчины. И в эту секунду сердце словно перестало биться.
Вася. Мой муж.
Он сидел прямо передо мной. Не на работе, как говорил, а в кинотеатре с какой-то девушкой.
Ещё секунда и они начали целоваться.
Я медленно наклонилась вперёд. Голос прозвучал тихо. Но отчётливо.
Каждое слово я произнесла спокойно, без истерики. Без крика. Без слёз.
– Бывает же... Пришла на комедию, а попала на низкопробную мелодраму.
Поцелуй оборвался мгновенно.

— Вы из ателье? Проходите, детская там.
— Шторы в детскую будем делать?
— Да. Для нашего с Романом сына. Марка. Роман Соколин – мой муж.
— Но ведь Роман Соколин — мой муж.
Я приехала на обычный заказ: сделать размеры, выбрать ткань, обсудить пошив штор. А вышла из чужой квартиры с пониманием, что у моего мужа давно есть другая жизнь. Беременная любовница. А свекровь, оказывается всё знала.
В той квартире всё было готово для новой семьи Романа: кроватка, имя ребёнка на стене, и женщина, уверенная, что моё место уже свободно. Только они забыли спросить меня. А я слишком долго строила свою жизнь собственными руками, чтобы однажды тихо отойти в сторону.

— Надя, не начинай. Бумаги почти готовы.
— Какие бумаги, Сергей?
— Для нового проекта. Потом объясню.
— Потом? Когда оранжерея моего отца уже станет вашей?
Мне позвонили из банка и спросили, подтверждаю ли я заявку на кредит под помещение на Садовой. Только я ничего не подписывала. Не соглашалась. Не давала разрешения трогать старую отцовскую оранжерею, где я собиралась открыть третий цветочный салон.
Оказалось, за моей спиной уже всё решили. Муж, его новая женщина и даже моя родная сестра. Мою подпись пустили в дело. Мою фамилию хотели поставить на чужую студию праздников, а моих флористов — переманить к ним красивыми обещаниями.
Сергей рассчитывал, что я испугаюсь скандала и промолчу. Вероника думала, что бумаги, деньги и уверенный голос решат всё за меня.
Они ошиблись.

— Ты ей не мать, Оля. По документам — только опекун. Никто!
— Никто? А кто сидел у её кровати, когда она болела? Ты что ли?
— Давай подпишешь бумаги — и девочка останется в нормальной семье.
— Моя дочь не продаётся. Ни за квартиру. Ни за ателье. Ни за твою новую беременную любовь.
Я думала, муж пришёл говорить о разводе. А он пришёл с любовницей и документами, где мою жизнь уже определили без меня. Квартиру — в залог. Ателье — под долг. Милу — как рычаг, чтобы я молчала и подписывала.
Только они просчитались. Если у женщины пытаются забрать ребёнка, она больше не просит. Она начинает давать сдачи.

— Ты правда отдаёшь ей мою песню?
— Марин, ты с чего друг против? Это бизнес!
— А поддельная подпись под договором тоже бизнес?
— И что? Ты всего лишь помогала мне работать. Стой и дальше за моей спиной… тебе не привыкать.
Десять лет я действительно жила за спиной Артёма Громова. Держала его концерты, тексты, срывы, фанатов и скандалы, пока он выходил на сцену и пел о любви. Для всех он был большим артистом. Для меня — мужем, которому я верила. А потом я услышала, как он называет меня рядовой помощницей и обещает другой женщине песню, написанную мной.
Он ещё не понимал одного. Его главные хиты были не только его. И когда правда выйдет на сцену, зал услышит не своего кумира. Зал услышит меня. И он пожалеет.

Но вместо такси мое внимание привлек знакомый темно-синий автомобиль. Сначала я даже не поверила своим глазам.
Сережина машина.
Я улыбнулась.
Первая мысль оказалась настолько естественной, что я даже не подвергла ее сомнению. Наверное, он решил сделать сюрприз.
Я почувствовала, как губы сами растянулись в улыбке. Муж умеет иногда приятно удивить.
Сережа вышел из машины, а я подняла руку, чтобы помахать ему.
И именно в эту секунду мимо меня почти бегом пронеслась девушка, которая несколько минут назад рассказывала в уборной про своего замечательного мужчину.
– Любимый, ты приехал!
В следующую секунду девушка буквально повисла у Сережи на шее, а потом они поцеловались.

– Моя жена – серая мышь! Я её давно не люблю! – голос мужа доносится из-за дверей кабинета врача. – Когда она родит, я заберу ребёнка и подам на развод! Женюсь на тебе, любимая!
Я останавливаюсь, как вкопанная.
С кем это говорит мой муж? Кому адресованы эти ужасные слова?
Малыш в животе начинает беспокойно пинаться, и я сжимаю губы, чтобы сдержать стон.
В следующий миг из кабинета врача выходит та, кого я никак не могла подозревать. Моя лучшая подруга Ирина…
– Ира, это ты? – со слезами на глазах спрашиваю я.
– Да! Я сплю с твоим мужем уже пять лет! – смеётся мерзавка. – Нельзя быть такой слепой и наивной дурой. Любая другая уже давно бы догадалась, что твой муж гуляет от тебя!
Я молчу, а Ира продолжает убивать меня своими словами.
– Захар никогда не любил тебя! Брак с тобой – это ошибка, о которой он жалеет каждый божий день! И пока ты мыла полы и варила борщи, твой был со мной! Я беременна!

— Я должен был сказать тебе раньше, — проговорил он, и сигарета наконец сломалась у него в пальцах. — Варя моя дочь.
Я молчала. Слово стояло между нами, тяжёлое, и я не могла его сдвинуть.
— Даша. — Он шагнул к самой ограде. — Скажи что-нибудь.
— Что я должна сказать. — Голос всё ещё был не мой. — Поздравить тебя?
— Не надо так.
— А как надо? — Я почувствовала, как ровность во мне даёт трещину, и под ней закипает что-то горячее. — Научи меня, как надо. Ты у нас знаешь, как надо. Девять лет знал и молчал, значит, разбираешься.
Он провёл рукой по лицу. Усталый жест, знакомый, домашний, и от того, что он сделал его здесь, у чужого дома, мне захотелось перелезть через эту ограду.
— Я не хотел, чтобы ты узнала вот так.
— А как ты хотел? — Я подалась вперёд. — За завтраком? «Даша, передай соль, и кстати, у меня дочь»? Или ты вообще не собирался говорить, просто ждал, пока я сама найду?

– А я ведь думала, ты в командировке. С головой окунулся в работу. Оказывается, не с головой и вовсе не в работу... Даже не окунулся. Ты прямо-таки нырнул. – говорила я мужу, который секунду назад был в объятиях любовницы.
– Ирма, прекрати, – резко сказал Олег.
– Что именно прекратить?
– Раздувать из мухи слона.
Я медленно повернулась к нему.
– Это даже не муха, Олег. Это и есть целый слон, которого ты зачем-то притащил в наш брак, что он начал трещать по швам.
Он тяжело вздохнул.
– Все мужики изменяют. Это вообще не повод закатывать скандал.
Я даже не сразу поняла смысл услышанного. Просто стояла и смотрела на него, прежде чем ответить:
– Вот только я, Олег, не все.