Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «izmena»
— Пап, ты спишь с моей подругой и думаешь, это нормально?
Я замираю, прислушиваюсь.
— Тебя это не должно волновать, Вероника. И только попробуй пикни матери, слышишь? Если расскажешь – я отберу у тебя всё, и ты сразу вспомнишь, какая у тебя была жизнь в детдоме.
От услышанных слов мне становится плохо. Я тихо прислоняюсь к стене.
— Ты не можешь! — голос Вероники срывается. — Мама тебя любит! У вас скоро годовщина, двадцать лет в браке!
— И? — Давид усмехается. — Я мужчина, у меня на стороне может быть и не одна любовница. Ты не маленькая, Вероника, должна уже понимать: если женщина не доставляет удовольствие своему мужу, он может изменять. Это нормально.
Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать.
А потом муж продолжает, и я окончательно теряю дар речи:
— Жизнь — сложная штука Вероника. Но наша мама не должна узнать, что я спал со всеми твоими подругами.
Я замираю, прислушиваюсь.
— Тебя это не должно волновать, Вероника. И только попробуй пикни матери, слышишь? Если расскажешь – я отберу у тебя всё, и ты сразу вспомнишь, какая у тебя была жизнь в детдоме.
От услышанных слов мне становится плохо. Я тихо прислоняюсь к стене.
— Ты не можешь! — голос Вероники срывается. — Мама тебя любит! У вас скоро годовщина, двадцать лет в браке!
— И? — Давид усмехается. — Я мужчина, у меня на стороне может быть и не одна любовница. Ты не маленькая, Вероника, должна уже понимать: если женщина не доставляет удовольствие своему мужу, он может изменять. Это нормально.
Я зажимаю рот ладонью, чтобы не закричать.
А потом муж продолжает, и я окончательно теряю дар речи:
— Жизнь — сложная штука Вероника. Но наша мама не должна узнать, что я спал со всеми твоими подругами.
Он приехал в больницу чистым.
Без копоти, без ожогов, с влажными волосами и запахом чужого шампуня на воротнике.
А наш восьмилетний сын в это время лежал в реанимации.
Днём в ангаре, где выступали дети гарнизона, начался пожар. Семён остался за дверью, которую нельзя было открыть без приказа командира полка.
Девять минут её открывали.
Девять минут по всей части искали человека, чья подпись держала эти ворота.
Командир полка — мой муж.
Его телефон был выключен. Он был у другой женщины.
Пятнадцать лет я объясняла себе его опоздания: служба, усталость, характер. Пятнадцать лет накрывала на двоих и убирала одну тарелку обратно.
Теперь я знаю точное время, когда закончился мой брак.
14:34.
Я не стала мстить.
Я просто перестала ждать мужчину, который умеет взлетать, — и встретила того, кто умеет приходить.
Без копоти, без ожогов, с влажными волосами и запахом чужого шампуня на воротнике.
А наш восьмилетний сын в это время лежал в реанимации.
Днём в ангаре, где выступали дети гарнизона, начался пожар. Семён остался за дверью, которую нельзя было открыть без приказа командира полка.
Девять минут её открывали.
Девять минут по всей части искали человека, чья подпись держала эти ворота.
Командир полка — мой муж.
Его телефон был выключен. Он был у другой женщины.
Пятнадцать лет я объясняла себе его опоздания: служба, усталость, характер. Пятнадцать лет накрывала на двоих и убирала одну тарелку обратно.
Теперь я знаю точное время, когда закончился мой брак.
14:34.
Я не стала мстить.
Я просто перестала ждать мужчину, который умеет взлетать, — и встретила того, кто умеет приходить.
— Это что, Виталик? — тихо спрашиваю, показывая глазами на гостью.
Из гостиной, сияя в тридцать два зуба вставной челюсти, выскакивает Вера Петровна.
— Сыночка! Мы с отцом ждём твой сюрприз! А тебя всё нет и нет!— она притормаживает, как и я, с недоумением уставившись на незнакомку.
Виталик снимает шапку Деда Мороза и бороду. Возбуждённое, радостное лицо излучает счастье. Он выставляет Снегурку вперёд, как трофей.
— Вот мой, сюрприз! Хотели внука? Получайте! Вместе с моей новой женой! Это Кристина. Она беременна. Мы с ней уже полгода вместе. Любим друг друга. Больше нет сил скрывать от вас правду!
Из гостиной, сияя в тридцать два зуба вставной челюсти, выскакивает Вера Петровна.
— Сыночка! Мы с отцом ждём твой сюрприз! А тебя всё нет и нет!— она притормаживает, как и я, с недоумением уставившись на незнакомку.
Виталик снимает шапку Деда Мороза и бороду. Возбуждённое, радостное лицо излучает счастье. Он выставляет Снегурку вперёд, как трофей.
— Вот мой, сюрприз! Хотели внука? Получайте! Вместе с моей новой женой! Это Кристина. Она беременна. Мы с ней уже полгода вместе. Любим друг друга. Больше нет сил скрывать от вас правду!
Поднимаю помаду, а потом осторожно, словно жалящее насекомое, подцепляю тот маленький холодный предмет.
Подношу к глазам. В ладони лежит изящная золотая серьга-петелька. В верхней части, точно капля утренней росы, сверкает бриллиант. Он ловит солнечный луч и отбрасывает на мою кожу маленькую, ядовитого цвета радугу.
Сердце падает вниз. Это не моя серьга. Я ношу массивные, висячие, авторские. Таких простых и чопорных вещей у меня нет.
Медленно, против воли, взгляд поднимается выше. На подголовник моего сиденья. И вижу его. Длинный, идеально прямой, чёрный как смоль волос, прилипший к тёмной коже подголовника, поэтому почти невидимый. Но для меня сейчас он ярче неоновой вывески. Это не мой! У меня светлые, не слишком длинные волосы.
12 лет "идеального" брака ставит под сомнение одна находка. Я схожу с ума пытаясь найти любовницу "идеального" мужа, а когда нахожу...
Подношу к глазам. В ладони лежит изящная золотая серьга-петелька. В верхней части, точно капля утренней росы, сверкает бриллиант. Он ловит солнечный луч и отбрасывает на мою кожу маленькую, ядовитого цвета радугу.
Сердце падает вниз. Это не моя серьга. Я ношу массивные, висячие, авторские. Таких простых и чопорных вещей у меня нет.
Медленно, против воли, взгляд поднимается выше. На подголовник моего сиденья. И вижу его. Длинный, идеально прямой, чёрный как смоль волос, прилипший к тёмной коже подголовника, поэтому почти невидимый. Но для меня сейчас он ярче неоновой вывески. Это не мой! У меня светлые, не слишком длинные волосы.
12 лет "идеального" брака ставит под сомнение одна находка. Я схожу с ума пытаясь найти любовницу "идеального" мужа, а когда нахожу...
— ...не понимаю, Игорь, что ты тянешь? — слышу жёсткий, недовольный голос мамы. Совсем не тот, каким она говорила сегодня с гостями тёплым, радушным, материнским.
— Лариса Аркадьевна, я же объяснял, — отвечает Игорь. — Мне нужно закрыть контракт. Это большие деньги. Два-три месяца, не больше.
— Два-три месяца? — мама фыркает. — У Карины уже десять недель! А когда живот будет виден, тогда что? Скандал? Они же сёстры, пусть и сводные, но всё равно!
Я хватаюсь за дверной косяк.
Карина?
Моя сестра?
— Карина взрослая женщина, она понимает ситуацию, — возражает Игорь, и в его голосе проскальзывает раздражение.
— Взрослая? — мама смеётся. — Игорь, она всю жизнь была избалована, любима и защищена. Это Оля может потерпеть, и делать вид, что всё нормально. Оля справится и без тебя. А Карина? Карина хрупкая. Ей нужен муж рядом, а не обещания «потерпи ещё немного».
— Лариса Аркадьевна, я же объяснял, — отвечает Игорь. — Мне нужно закрыть контракт. Это большие деньги. Два-три месяца, не больше.
— Два-три месяца? — мама фыркает. — У Карины уже десять недель! А когда живот будет виден, тогда что? Скандал? Они же сёстры, пусть и сводные, но всё равно!
Я хватаюсь за дверной косяк.
Карина?
Моя сестра?
— Карина взрослая женщина, она понимает ситуацию, — возражает Игорь, и в его голосе проскальзывает раздражение.
— Взрослая? — мама смеётся. — Игорь, она всю жизнь была избалована, любима и защищена. Это Оля может потерпеть, и делать вид, что всё нормально. Оля справится и без тебя. А Карина? Карина хрупкая. Ей нужен муж рядом, а не обещания «потерпи ещё немного».
— Это Ольга, — говорит Артур, когда я, наконец, решаюсь спросить. — Да, у нас общий ребёнок. Все прошлом, Лид, не переживай. Это было случайно, я с ней не поддерживаю никакой связи. И тебя это не касается.
Он закрывает глаза, стараясь сохранить самообладание.
— Как давно? — с фотографии на меня смотрит ребенок. — Девочке года два, не больше. Теперь понятно, почему стало так много командировок, ты же у нас “незаменимый” сотрудник.
— Ну, началось! Успокой свой воспалённый мозг и не придумывай лишнего. Я тебе сказал: у нас было всего один раз. Все последствия тебя не касаются. Забудь об этом. Нашла, из-за чего скандал поднимать.
История выходит в рамках литмоба "Второй шанс для офицера". 💚 https://litmarket.ru/selections/vtoroy-shans-dlya-oficera
Он закрывает глаза, стараясь сохранить самообладание.
— Как давно? — с фотографии на меня смотрит ребенок. — Девочке года два, не больше. Теперь понятно, почему стало так много командировок, ты же у нас “незаменимый” сотрудник.
— Ну, началось! Успокой свой воспалённый мозг и не придумывай лишнего. Я тебе сказал: у нас было всего один раз. Все последствия тебя не касаются. Забудь об этом. Нашла, из-за чего скандал поднимать.
История выходит в рамках литмоба "Второй шанс для офицера". 💚 https://litmarket.ru/selections/vtoroy-shans-dlya-oficera
— Как ты мог, Лёша? Зачем ты всё разрушил? — вырвав ладонь, вытерла ее о больничное одеяло.
Мне больно и противно прикасаться к своему жениху Он же клялся мне в любви, а сам спал с бывшей… Ласкал её, и этими же руками трогал потом меня. Как же это мерзко…
— Рита, любимая, прости…
— Не смей называть меня так. Между нами все кончено.
— Нет, Рита! Пожалуйста, не поступай так с нами! Мы еще можем все исправить. — пересев на кровать, Лёша попытался снова меня поцеловать, но я увернулась.
— Мерзавец! — брезгливо вытерев губы, приготовилась уже орать и звать на помощь врачей, но в этот момент в палату вошла мама.
— Ты? — увидев несостоявшегося зятя, она изменилась в лице. — Совести и стыда совсем нет? Убирайся отсюда, там тебя беременная любовница заждалась.
— Так ты ей еще и ребёнка заделал? — с ужасом посмотрела на бывшего жениха. — И пришел ко мне второй шанс просить? Зная, что скоро станешь отцом?
Мне больно и противно прикасаться к своему жениху Он же клялся мне в любви, а сам спал с бывшей… Ласкал её, и этими же руками трогал потом меня. Как же это мерзко…
— Рита, любимая, прости…
— Не смей называть меня так. Между нами все кончено.
— Нет, Рита! Пожалуйста, не поступай так с нами! Мы еще можем все исправить. — пересев на кровать, Лёша попытался снова меня поцеловать, но я увернулась.
— Мерзавец! — брезгливо вытерев губы, приготовилась уже орать и звать на помощь врачей, но в этот момент в палату вошла мама.
— Ты? — увидев несостоявшегося зятя, она изменилась в лице. — Совести и стыда совсем нет? Убирайся отсюда, там тебя беременная любовница заждалась.
— Так ты ей еще и ребёнка заделал? — с ужасом посмотрела на бывшего жениха. — И пришел ко мне второй шанс просить? Зная, что скоро станешь отцом?
– Я рожу малыша твоему мужу, - с усмешкой бросает моя сводная сестра. – Правда здорово?!
– Не хочу слушать твой бред!
В ответ стерва лишь заливисто хохочет.
Её ненависть ко мне поистине не знает границ.
Не хочу ей верить, но против воли шум в ушах нарастает, а связь с реальностью испаряется.
Я никогда в жизни так сильно не нервничала, хотя били меня обстоятельства часто и много.
- Рада…, - слышу глухое к себе обращение.
Оборачиваюсь и замечаю в дверном проеме Эмина, его друга и своего отца.
Вид у всех очень взволнованный и… виноватый.
Мне это не нравится.
- Скажи мне, что это не правда! – обращаюсь к своему мужу. – Скажи, что она соврала!
Мы только вчера расписались!
Сожаление в его глазах, как контрольный выстрел. За секунду начинаю в своем отчаянии захлебываться.
- Я тебе всё объясню…, - от его тона под ложечкой болезненно ноет.
Это конец, не иначе.
Последние семь лет я любила одного человека, а он оказался предателем!
– Не хочу слушать твой бред!
В ответ стерва лишь заливисто хохочет.
Её ненависть ко мне поистине не знает границ.
Не хочу ей верить, но против воли шум в ушах нарастает, а связь с реальностью испаряется.
Я никогда в жизни так сильно не нервничала, хотя били меня обстоятельства часто и много.
- Рада…, - слышу глухое к себе обращение.
Оборачиваюсь и замечаю в дверном проеме Эмина, его друга и своего отца.
Вид у всех очень взволнованный и… виноватый.
Мне это не нравится.
- Скажи мне, что это не правда! – обращаюсь к своему мужу. – Скажи, что она соврала!
Мы только вчера расписались!
Сожаление в его глазах, как контрольный выстрел. За секунду начинаю в своем отчаянии захлебываться.
- Я тебе всё объясню…, - от его тона под ложечкой болезненно ноет.
Это конец, не иначе.
Последние семь лет я любила одного человека, а он оказался предателем!
– Ты целовал другую на моих глазах! Ты уничтожил наш брак! Своими руками! – кричу мужу, всхлипывая.
– Ты всё не так поняла, – взгляд моего мужа полон ярости, голос угрожающе низок. – Езжай домой. Мы всё обсудим позже.
– Что?! – кричу в ответ, не в силах сдержать слёзы. – Как можно неправильно понять то, что твой муж лапает другую женщину и целует её?! Объясни мне, что я не так поняла!
Мой муж изменил мне в день, когда я узнала о беременности. Он жестоко разбил моё сердце. Но теперь мне нужно быть сильной – ради наших детей, о которых Борис никогда не узнает.
– Ты всё не так поняла, – взгляд моего мужа полон ярости, голос угрожающе низок. – Езжай домой. Мы всё обсудим позже.
– Что?! – кричу в ответ, не в силах сдержать слёзы. – Как можно неправильно понять то, что твой муж лапает другую женщину и целует её?! Объясни мне, что я не так поняла!
Мой муж изменил мне в день, когда я узнала о беременности. Он жестоко разбил моё сердце. Но теперь мне нужно быть сильной – ради наших детей, о которых Борис никогда не узнает.
– Уже и вещи собрала? – спрашивает муж. – Я был уверен, что вернусь, а тебя уже нет.
– Если хотел, чтобы я ушла, мог бы прямо сказать об этом. А не поступать, как последняя скотина.
Ещё вчера этот мужчина был для меня всем! Но мой мир рухнул за каких-то несколько часов! В голове не укладывается. Происходящее напоминает кошмарный сон...
– Это я-то – скотина? Окей. Тогда ты – маленькая лживая дрянь.
Таращусь на Матвея во все глаза. Да никогда в жизни он не позволял себе говорить с женщинами таким тоном и уж тем более оскорблять!
Его будто бы подменили!
Как хорошо, что не успела рассказать ему о будущем ребёнке. Возможно, он о нём когда-нибудь узнает и пожалеет о содеянном. Но будет поздно...
💔 Предательство, отчаяние, боль
❤️🩹 Возмездие, искупление
💝 Общий ребёнок
💞 Хэппи Энд
– Если хотел, чтобы я ушла, мог бы прямо сказать об этом. А не поступать, как последняя скотина.
Ещё вчера этот мужчина был для меня всем! Но мой мир рухнул за каких-то несколько часов! В голове не укладывается. Происходящее напоминает кошмарный сон...
– Это я-то – скотина? Окей. Тогда ты – маленькая лживая дрянь.
Таращусь на Матвея во все глаза. Да никогда в жизни он не позволял себе говорить с женщинами таким тоном и уж тем более оскорблять!
Его будто бы подменили!
Как хорошо, что не успела рассказать ему о будущем ребёнке. Возможно, он о нём когда-нибудь узнает и пожалеет о содеянном. Но будет поздно...
💔 Предательство, отчаяние, боль
❤️🩹 Возмездие, искупление
💝 Общий ребёнок
💞 Хэппи Энд
Подборка мелодрам об измене
Выберите полку для книги