Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «ochen-emotsionalno»

Хотела выбрать подарок мужу. А получила его сама.
Сергей в примерочной. Почти раздетый. И рядом с ним загорелая блондинка, ровесница нашего младшего сына.
— Это не интрижка, — спокойно говорит муж. — Я собирался сказать, что мы разводимся.
Двадцать два года брака сгорают в одну секунду.
Я ухожу, уверенная, что хуже уже не будет.
Но становится. Когда мы с младшим сыном встречаем старшего с той самой девушкой. Они держатся за руки и целуются.
— Чего тебе, мам? — бросает сын с раздражением. — Я не знаю, где отец!
Я усмехаюсь.
— Зато она знает, — киваю на его девушку и по совместительству любовницу его отца.

Я вышла заплаканная с неудачного собеседования, где мне предложили роль не секретарши, а секретутки. Первый взнос за будущее ЭКО нужно платить уже сегодня, иначе моя мечта о материнстве так и останется мечтой.
Завибрировал телефон. Мне звонил бывший босс, который три дня назад меня незаслуженно уволил с любимой работы, потому что я не понравилась его невесте.
Я взяла трубку как-то на автомате, как привыкла за годы работы с ним, будто я всё ещё его секретарь.
– Николай Васильевич, у вас есть поручение? Ой…
Я осеклась, вспомнив, что уволена.
– Ты хочешь вернуться на работу? – спросил босс обыденным тоном.
– Да, – выпалила я, понимая, выбора у меня и не было.
– Тогда поручение есть, – здесь в его голос стал серьезнее.
– Какое?
– Стань моей фиктивной невестой, – сказал он, будто и вправду давал поручение по работе.
– К-как? Н-невестой? – заикаясь, переспросила я.
– Да, и поезжай в ЗАГС прямо сейчас, – сказал он. – За тобой приедет машина.

– Иди к своей подружке! – выпаливаю разгоряченно. – Она уже соскучилась!
– Ты не уйдешь, бросив чертову фразу про чувства и развод, – сжимает мои плечи. – И я никогда не съеду из нашего дома!
– Тогда я уеду. Да, – киваю уверенно, – вернусь к родителям на время. Папа будет рад. Мама так вообще в восторге. Вот только не знаю, сколько смогу скрывать твои измены. Неделю? Месяц? Рано или поздно отец догадается и…
– И что? Перекроет мне дыхалку? Я уже самостоятельный мальчик, на твердом фундаменте.
– Мальчик, – хочу освободиться, но увы, – какое подходящее определение. Мальчик, который не наигрался в куклы и не пресытился вольной жизнью.
– Да пойми ты уже, – обхватывает мое лицо, – мне просто нужно было немного расслабиться!

Марина наконец-то задышала полной грудью, полностью оправившись от развода, от душевной травмы и жизненных трудностей. Теперь её жизнь была идеальной! И именно тогда вернулся ОН - мужчина, которого она никогда в жизни не хотела бы видеть. При чём он решительно настроен вернуть Марину, потому что из всех его женщин она оказалась лучшей.

— У меня ребёнок от другой.
Он сказал это, даже не подняв на меня глаза. Сердце пропустило удар. Потом ещё один. Потом как будто забыло, что должно биться.
Мне послышалось. Конечно, послышалось. Он не мог только что сказать...
Сергей убрал телефон в карман. Прошёл в гостиную.
— О. У нас что — праздник?
Я открыла рот. Закрыла. Язык прилип к нёбу, как чужой.
— Сергей. — Прошептала я. — Повтори. Что ты сказал, когда вошёл.
— Вспомнил, — сказал он игнорируя мой вопрос, и опять эта ухмылка. — Годовщина. Свечки, скатёрочка... Ну вот, у меня тоже для тебя кое-что есть. Подарок. О котором ты всегда мечтала.
Я подошла. Ноги несли сами, хотя колени не гнулись. Взяла листок. Перевернула.
Снимок УЗИ. С крошечным силуэтом, в котором уже угадывалась голова, ручки, ножки.
— Пацан. Будешь его матерью. Ты ведь хотела сына, Танюш? Всю жизнь ныла — хочу сына, хочу сына. Ну вот. Пелёнки, вонючие памперсы, бессонные ночи, вся эта бабская радость. Не благодари...

Двадцать пять лет я готовила ему лазанью. Слой за слоем. Как наши годы. Он ел ее стоя, в темноте, не подогревая. А потом ушел к женщине, которая ни разу не стояла у его плиты.
Он забрал все. Деньги. Дом. Работу. Друзей. Детей.
Моя тринадцатилетняя дочь клеит кроссовки суперклеем. Мой старший сын ужинает с его любовницей в ресторане за четыре тысячи рублей - ровно столько, сколько лежит в моем кошельке. Все, что осталось. Вся я - четыре тысячи семьсот рублей.
А потом - две полоски. В сорок пять. Одна. Без денег. С сахаром, от которого слепнут.

«Страшная стала. Рядом с ней дышать невозможно».
Оксана слышала это сквозь полуоткрытую дверь. Её мужчина говорил это её лучшей подруге. В её постели.
— Возвращаться к ней… в этот дом… нет сил.—  Страшная, как привидение стала.

— Бедный. Ты должен жить. Не обязан тонуть вместе с ней.
Она стояла в дверях. Смотрела, как её мужчина гладит волосы её подруги. Слушала, как они обсуждают её горе. Говорят, что она не смогла удержать собственного сына.
Она думала, что жизнь кончена. Что любви больше не существует. Что она никогда не сможет доверять. Но иногда помощь приходит от «первого встречного». Иногда счастье ждёт там, где его совсем не ждёшь. Иногда, чтобы обрести семью, нужно сначала потерять всё. И найти в себе силы не просто выжить после пожара — а научиться жить заново.

❤️‍🔥Кирилл Буров не искал любовь. Он искал развлечения. Девушки менялись как перчатки — красивые, дорогие, временные. Он не обещал им ничего, кроме одной ночи. И они соглашались. Всегда. Потому что кто откажет сыну олигарха с ангельской внешностью?❤️‍🔥

Но в тот вечер что-то пошло не так. В его пентхаусе появилась девушка, которая не хотела ему нравиться.

Он хотел доказать себе, что она — такая же, как все. Что она тоже сдастся. Что одна ночь — и он забудет её имя.

Он ошибся.

А когда его друг попытался напасть на неё, Кирилл понял: он готов разбить не только лицо, но и собственную репутацию. Ради неё.

Что, если жизнь — это оркестр, а ты в ней — вторая скрипка? Вроде важная, но тебя никто не замечает.
Она думала, что в сорок шесть жизнь уже не подарит сюрпризов. Работа, дом, одиночество. Но случайный билет в филармонию перевернул все. Он — молодой, талантливый. Она — уставшая, с морщинами и страхом быть отвергнутой. Шестнадцать лет разницы. Ее стыд. Его любовь.
Влюбиться в мужчину — не проблема. Проблемы начинаются, когда он отвечает взаимностью.
Как ей поступить: забыть про всех и дать волю чувствам — или всю жизнь играть вторую скрипку, боясь чужого мнения?

Когда в прямом эфире — перед четырьмястами тысячами зрителей — мне швырнули в лицо фотографии его любовниц, я дотянула стрим до конца. Улыбалась. Собрала шесть миллионов для больных детей. А потом — блевала в служебном туалете и приняла решение.
Я ухожу. Забираю сына, о котором он не знает. И исчезаю.
Но Вадим Раевский не из тех, от кого уходят. Он — из тех, кто находит. И когда он стоит на пороге моей нищей квартиры и видит в руках у меня ребенка — с его глазами, — мир разлетается на осколки.
Для нас обоих.