Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «vstrecha-cherez-vremya»

Три года. Тысяча дней тишины. И кольцо на пальце от мужчины, который никогда не заставлял моё сердце остановиться.

Я выстроила новую жизнь. Другая работа, другой мужчина. Спокойный, надёжный, правильный. Тот, кто не смотрит так, будто хочет сожрать живьём. Не сжимает руки до синяков. Не говорит «ты моя» голосом, от которого плавятся кости.

Я почти поверила, что забыла.

А потом он появился. Тамерлан.
В моём городе, в моей жизни, за одним столом с моим женихом...

— Что случилось? — спрашивает Арсен.
И мне хочется закричать, что это не его дело! Что он исчез! Что не отвечал на звонки! Что стер меня из своей жизни! Что женился!
Но по итогу говорю совсем другое.
— Может, лучше позаботишься о своей жене? Я как-нибудь со своими проблемами разберусь.
— О какой жене?
— Ты развелся?
— Я не женился.
— Но твоя мать сказала… — вырывается у меня, и я тут же прикусываю язык. Ни к чему ворошить прошлое.
— Что сказала моя мать? — спрашивает требовательно.
Что я ему и его семье не нужна! Что мне надо исчезнуть! Что незаконнорожденный внук им не нужен!
Я и исчезла. А теперь у меня и сына проблемы, которые может решить только он.

Я простила его слишком рано.

Он извинился так, как в моей жизни не извинялся никто, — и я решила, что ради такого можно остаться.

Дальше всё стало хорошо. По-настоящему хорошо. Настолько, что я не заметила, как с каждым месяцем мне становилось всё труднее говорить обычное «нет».

У меня была работа, свои деньги, подруга, которая знала обо мне всё, и мама, которая всегда ждала. Я умела слышать, когда человек врёт: мне за это платили.

Ничего из этого не помогло.

Я не могу назвать день, когда всё изменилось. Никакого дня не было. Была одна ровная, тёплая, очень заботливая линия, вдоль которой я почему-то становилась всё меньше.

Он не кричал. Не запрещал. Он просто всегда оказывался прав — а объясняться приходилось мне.

Пока однажды я не поняла, что почти перестала решать, куда идти, с кем говорить и как мне жить.

Самое страшное в этой истории — не то, что он мне изменил.

Страшное началось после того, как я сказала: «Я тебя прощаю».

- Она ничего не помнит, - напряженно наблюдаю за женой через стекло палаты. Агата прижимает к себе нашу дочку, нежно гладит ту по волосам.
- Именно, - нажимает отец, - и о них никто не знает. Шесть лет прошло, для всех твоя жена умерла. Точка. У тебя беременная невеста, Егор. Будущий тесть поможет с должностью в парламенте. Это же мечта всей твоей жизни!
- Что ты предлагаешь?! – криво усмехаюсь.
- Избавься от них, забудь. Строй новую семью и карьеру, а этих оставь в прошлом. Дай денег, если хочешь, - он пренебрежительно отмахивается. - Жизнь дала тебе второй шанс, воспользуйся.

Страх что кроху может накрыть стеллажом, заставляет меня сделать несколько резких шагов. Оказываюсь рядом.
— Я достану, — произношу, и на меня устремляются глаза.
Карие точь-в-точь как мои.
— Ой, а я видела твою калтинку, — говорит девочка, как две капли воды, похожая на мои детские фото и моё видение.
Наверное, я сошла с ума, раз она мне мерещится уже в реальности. Или это не реальность?
— Алина, вот ты где? — врывается в мою растерянность голос из прошлого.
Вскидываю взгляд и встречаюсь с глазами бывшего мужа. В них вспыхивает узнавание, испуг. Он берёт девочку за руку.
— Алина, пошли!
— Алина… — шепчу я.
Я не хочу верить. Я не могу верить в то, что Вадим позволил себе такую подлость, но если я в здравом уме и трезвой памяти, то объяснение этой ситуации всего одно – он украл у меня дочь.
Заставил меня четыре года верить, что её нет. Заставил оплакивать и жить с мыслями о том, что я сама виновата в своей потере.

- Скажи, Саша, зачем ты написала мне это письмо? – спрашивает Ваня, нависая сверху своей массивной фигурой.
- Чтобы ты знал, тебя здесь ждут, - отвечаю взволнованно.
- Кто ждёт? Ты? Не смеши меня, - он усмехается и отталкивается от стола, увеличивая расстояние между нами. – Лучше скажи честно, сколько тебе заплатила моя бывшая жена за это письмо?
- Тебя только это интересует? Детские рисунки у тебя вопросов не вызвали?

Ваня – мой бывший и отец моей малышки, о существовании которой он не догадывается, врывается в мою жизнь ураганом, переворачивая всё вверх дном. Я думала, что этот хаос не остановить, пока на пороге комнаты не появляется Ксюша, наша дочь. Они смотрят друг другу в глаза, и будто весь мир замирает.

— Почему ты вернулся? — спросила я.
Он немного помолчал.
— Не знаю, — сказал наконец. — Может, хотел посмотреть, остался ли кто-то, кто помнит меня не таким, каким я стал.
— А если никто не остался?
— Тогда уйду снова.
Мы молчали. Вода шевелилась у камней. Я хотела сказать, что помню. Что он всегда был здесь. Но слова не проходили через горло.
— Ты изменилась, — сказал он. — Стала… спокойнее.
— Это не комплимент.
— Это не укор. — Он чуть улыбнулся. — Ты держишь всё при себе. Раньше не умела.
— Раньше не было чего держать.
Секунд десять мира вокруг не существовало. Мы остановились одновременно — как по внутреннему таймеру. Глубоко вздохнули и выдохнули.
— Я хочу, чтобы ты выбирала, — сказал он.
— А если я выберу неправильно?
— Тогда это будет твоё «неправильно».

🔰 ЗАВЕРШЕНА 🔰

— Улыбочку, — сбоку от столика раздаются торопливые шаги, и в поле зрения возникает ребёнок в жёлтой водолазке. — Вас снимает профессионал.
Изображаю на лице улыбку, позируя мальчишке.
Моя девушка недовольно хмурит брови, но голову поворачивает, позволяя игрушечному фотоаппарату издать характерный щелчок.
— Всё, или у профессиональных фотографов должно быть сделано несколько кадров на выбор?
Подшучиваю над пацаном, а сам бросаю взгляды в зал, пытаясь определить, куда делись родители. Появление "профессионала" некстати: я обедаю с девушкой и собираюсь предложить ей отдых за городом. Это будет наша первая совместная вылазка, и я рассчитываю на приятный бонус.
— Костик! Вот ты где!? Простите, пожалуйста, мой сын, он...
Подбежавшая девушка хватает пацана за руку и бормочет извинения, не поднимая головы. Её внимание сосредоточено на сыне, а моё... Моё внимание полностью отдано ей, потому что эта девушка мне знакома.

— Мама, можешь больше не переживать. Я всё решил! — заявляет сынок, садясь на мою кровать.
Глаз дергается. Что он решил? Очередной пример, сложность которых с каждым днем всё сильнее пугает?
— Я нашёл себе защитника. Чтобы в школе меня не дразнили очкариком и малышом. С такой защитой не посмеют. Я уже ему позвонил, договорился. Нам надо только приехать в три в офис.
— К кому? — растерянно спрашиваю я.
— К моему папе, конечно! Кто же может защитить лучше?! — говорит Мирон, а я теряю дар речи.
К папе? Откуда он знает кто его отец? Никуда я ехать не хочу. Макс последний, кого бы я хотела видеть.

Дети играли, ожидая начала Масленичного гуляния. Дочь случайно попала снежком в проезжающую машину.
— Я все лешу. Он наестся и подоблеет, — находит решение Василиса и хватает блины.
Мужчина присаживается на корточки, встречая мою дочь. Вижу его плохо за стеной из любопытных мальчишек, но агрессии он не проявляет.
— Наташа, ты что тут делаешь? — спрашивает у Василисы.
— Я не Наташа и не Вася. Я Василиса, — сообщает дочь. — Вы не злитесь, вот вам блин. Мы с мамой пекли.
— А где же твоя мама?
Может и не злится? Просто решил не проезжать мимо Масленичного гуляния?
— Я тут.
Ребята расходятся, мужчина поднимает голову. Я вижу его чётко и врастаю ногами в снег.
Этого быть не может.
Папа Василисы сидит рядом, держит приготовленный дочкой блин.
Смотрю на этих двоих и отчетливо становится понятно, на кого так похожа моя дочь.
На своего отца.
Вот бы он не заметил этого сходства и меня не узнал…
Он не хотел детей и я была не нужна. Что будет? Скандал, с участием моей дочери?