Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «predatelstvo»

- И что это ты тут устроила? Кто тебе разрешил хозяйничать? Так еще и продукты взяла которые не покупала! – прозвучал ее резкий голос, как удар хлыстом. Мое сердце екнуло.

- Решила приготовить завтрак, Ирина Сергеевна. Блины, – тихо ответила я, стараясь сохранить спокойствие.

- Блины? Да кто их есть будет? Ты хоть знаешь, сколько калорий в этой гадости? Мы тут следим за фигурой, а ты… Углеводная бомба! И вообще, зачем так рано вставать? Только шумишь! – ее слова сыпались, как град. Я чувствовала, как кровь приливает к щекам.

– Да, я изменяю тебе. Да, у меня беременная любовница. Наверняка ты меня возненавидела. Ну и плевать. Я не буду страдать, а тем более скучать по тебе... Мне на тебя, нелюбимая жёнушка, всё равно! – жестокие слова мужа срываются с его губ.
Мужчина крепче прижимает к себе расфуфыренную любовницу, ехидно улыбающуюся прямо мне в лицо.
– Нет… Этого не может быть! – шепчу и чуть ли не плачу. – Не может!
Ещё вчера мы были счастливой семьёй. Ещё вчера я предвкушала нашу пятую годовщину брака, на которую подарю любимому положительный тест на беременность. Мечтала, как обрадуется мой муж, как оба мы будем готовиться стать родителями.
Но этому не суждено сбыться.
– Как трогательно, – смеётся мерзавка и смахивает со щеки невидимую слезинку. – Прям как в дешёвой мелодраме. Он привёл в дом любовницу и целует её на глазах у жены. Ну же, милый, поцелуй меня! Пусть твоя клуша ещё пострадает!
В следующую секунду мерзавцы начинают страстно целоваться прямо на моих глазах. Низ живота пронзает боль.

— Лика, я… — начал он, но не договорил.
И я, конечно, понимала: что-то не так, но, как гружёный состав на полном ходу, никак не могла остановиться:
— Представляешь, прислали не тот…
— Лик, я ухожу.
— … размер, а я… Что?
— Я ухожу, — повторил он.
Будь я паровозом, сейчас из-под моих колёс точно полетели бы искры, с такой силой я нажала на тормоз.
— Куда? Зачем? У тебя ещё дела? А я там ужин…
— Нет. Я ухожу от тебя. Я люблю другую.
— Другую? — я, наконец, остановилась. И застыла, как вкопанная.
Оглушительная тишина оглушила в прямом смысле слова.
В ушах стоял гул. В голове — гул. Мозг отказывался принимать услышанное.
— Ты любишь другую? — не знаю, зачем я повторила: чтобы он понял, что я его слышала, или пытаясь убедить себя, что мне не показалось.
— Прости, — он не опустил глаза. — Мне очень жаль.
— Жаль чего?
— Что всё сложилось так. Я не хотел. Это не из-за тебя. Я… Лик, отпусти меня. Пожалуйста!

Я поднялась на второй этаж и нашла Марину в ванной. Она сидела на полу, обхватив колени, и плакала.
— Мар, — я опустилась рядом с ней, — что случилось?
— Всё, — она всхлипнула. — Всё здесь неправильно, Алис. Все здесь лгут. Все.
— О чём ты?
Она подняла на меня заплаканные глаза.
— Ничего не бывает случайным. Эта поездка, эта компания, эти люди. Всё это... всё это неправда.
— Марина, ты пьяна, — я попыталась успокоить её. — Давай уложу тебя спать.
— Нет! — она схватила меня за руку. — Алис, ты должна знать. Ты должна... — она запнулась, испугавшись собственных слов. — Просто будь осторожна. Пожалуйста.
— С чем осторожна? Мар, объясни!
Но она покачала головой и отпустила мою руку.
— Я не могу. Прости. Я не могу.

Подхожу к раковине и вижу в окне, как моя родная сестра целует в губы моего мужа. А он отвечает, притягивая к себе страстно!
Блюдо в руках с грохотом падает.
- Что за шум, Лена?- позади голос матери,- всегда была неуклюжей! Это же «Розенталь»!
Тут же замолкает, потому что тоже видит их...
- Надеюсь, ты не собираешься устраивать по этому поводу нелепую сцену?
- Сцену - не собираюсь. Собираюсь подать на развод.
- Лена, ну что за детский сад? Игорь успешный мужчина. Конечно, у него будут другие женщины. Ему нужно разнообразие, особенно после стольких лет брака. Лучше уж сестра, чем левая девка. Хотя бы деньги в семье останутся. И никаких мне разводов!
- Мам, ты себя слышишь?- взрываюсь я,- это мой муж! Не платье или кукла, которые ты забирала у меня и отдавала Альке, потому что она младше и капризничала! Она уже не девочка!
- Правда? А мне она сказала, он ее именно так называет, когда они наедине- «Моя девочка»…
Значит, мать все знала!
Более того, она покрывала их!

– Наш заведующий хирургией спит с младшей сестрой своей жены! – в коридоре отделения акушерства и гинекологии слышен шёпот медсестёр. – Я видела, как они в ординаторской целовались! Пока Елизавета Павловна пациенток оперирует, Голицын зажимает её младшую сестру по углам!
Меня охватывает ужас. Ведь Елизавета Павловна – это я. А Голицын – мой муж.
Спешно поднимаюсь в хирургию. Дверь в кабинет моего супруга немного приоткрыта, и я заглядываю в щель.
От увиденного мне становится нечем дышать. Муж стоит ко мне спиной. А около него, на коленях, сидит моя сестра в одном лишь кружевном белье. Она смотрит прямо на меня – хищно, уверенно. Её взгляд в этот самый миг говорит лишь одно: “ты проиграла”.

Десять лет брака. Долгожданная беременность. Измена мужа с моей родной сестрой, которую я сама же сделала его ординатором. Мерзавка-сестра нацелена стать женой моего мужа. Предательница решила избавиться от меня и моего нерождённого ребёнка. Она готова на всё. Мы в большой опасности…

Он смотрит на меня долгим взглядом, и я вижу в его глазах что-то, чего не видела никогда. Отчуждение.
— Я не знаю, Юля, — говорит он тихо. — Я правда не знаю, что между нами осталось, кроме долгов и взаимных претензий.
Я хочу возразить, сказать, что осталась любовь. Но слова застревают в горле, потому что я сама не уверена. Когда я в последний раз чувствовала его любовь? Когда в последний раз чувствовала свою?
Телефон Жени вибрирует на столе. Он смотрит на экран, и я вижу, как его лицо меняется. Становится напряжённым.
— Кто это? — спрашиваю я.
— Никто, — он быстро переворачивает телефон экраном вниз.
— Женя, кто это?
— Юля, не надо...
Я хватаю телефон раньше, чем он успевает среагировать. На экране сообщение от несохранённого номера:
«Ты ей сказал? Мы же договаривались, что сегодня».
Я смотрю на эти слова, и мир вокруг меня останавливается.
— Кто это?...

Я вижу своего мужа в холле роддома, но дело в том, что сегодня рожаю не я…
Вадим стоит в самом центре и обнимает девушку.
И она… беременна.
— У нас назначено, — говорит Вадим, обращаясь к врачу. — Моя жена сегодня рожает, и я хочу, чтобы моя жена побыстрее попала в палату.
Только дело в том, что его жена — это я.
И я смотрю на своего мужа со стороны.
— Я рядом. Всё хорошо, — говорит он ей, приобнимая ее живот.
Я слышу, как Вадим выдыхает, будто только сейчас позволяет себе расслабиться.
— Я с тобой, Милая! Дыши, дыши, сладкая, — слышу я снова.
Эти слова обжигают сильнее, чем всё, что было до этого.
Пятнадцать лет… мы были вместе!
И я тоже жду его ребенка…
— У нас родится замечательный сынок, любимая, — добивает он меня.
Пятнадцать лет моей жизни прожиты с человеком, который меня предал.
Я кладу ладонь на живот. Я хотела сообщить, что я тоже скоро рожаю, но теперь он ответит за свое предательство.

ЗАВЕРШЕНО!

- Разводиться не будем. Просто хочу пожить с ней некоторое время, попробовать, как это.
Муж говорил так спокойно и рассудительно, словно не признался только что в измене и в том, что, будучи женатым, собрался сожительствовать с другой.
С женщиной, которую любил когда-то. И, видимо, до сих пор не отпустил.
- Ты в своём уме? Я не буду это терпеть. Не буду ждать, когда ты нагуляешься!
- Лана, не дури. Просто пойми… я всю жизнь ее любил. Я должен с ней попытаться. И если мне не понравится, если ничего не выйдет – я вернусь к тебе и будем жить, как раньше.
- Не будем, Денис. Потому что я не запасной аэродром. Не игрушка, которой можно вертеть, как хочется. Бросать, а потом подбирать. Это развод, предатель.

Мы развелись. А спустя время он и впрямь прибежал назад, рассчитывая, что я приму и прощу…

— Это Вика, — улыбается муж в камеру. — Она теперь со мной.
На экране он в кресле, расслабленный, женская рука на его плече. Чужая.
— Ты что совсем поехал головой? Что за шутки Мирон?
— Хочу, чтобы ты перестала фантазировать.
— Спустя девятнадцать лет брака?
— Не драматизируй. Ты же понимаешь, я мужчина. Мне нужна энергия. С тобой уже как старик, вечно по клиникам и лекарствами стал вонять.
— Энергия… — я шепчу, и горло сжимает. — А ребёнок, которого я ношу, тебе уже вдруг нужен?
Он морщится, будто я сказала что-то неудобное.
— Ты всегда умела давить на жалость. Сама знаешь, что это невозможно, сколько можно мусолить тему, Мариша.
Больше я его не слушаю и просто отключаю звонок.
Подаю на развод. Рожаю сына. Поднимаю своё дело. И надеюсь, что никогда его больше не увижу.
Но через четыре года он выходит из чёрного внедорожника у моей студии.
И смотрит на моего сына так, будто узнаёт.
— Интересный возраст, — говорит спокойно. — Кто отец?