Книги в жанре «Современная проза» по тегу «audioknigi»

— Алина! — поворачивается Игорь к моей бывшей подруге. — Скажи правду.
Алина пожимает плечами:
— Какую правду? Что я пришла в гости, мы выпили, любили друг друга. Ты устал и уснул? Я сделала как ты просил — ждала, чтоб продолжить. — В её глазах уверенность в собственной неотразимости. — Не заставляй меня врать! Рядом со мной не может «ничего не быть». Надеюсь, твоя мечта сбылась и я наконец забеременела.
— Что ты несёшь? Какое просил? Какой ребёнок? — Игорь натягивает футболку. — Наташа не верь ни одному её слову!
Алина усмехается:
— Поверит, когда я рожу!

— Чьи это? — поднимаю руку. Трусы болтаются на пальце. Бордовое пятно в утреннем свете.
Муж смотрит. Не понимает. Потом доходит.
— Твои, — голос неуверенный, — ты что, не видишь?
— Мои? — я усмехаюсь. — Смотри.
Оттягиваю резинку своих трусов. Демонстрирую край кружева на бёдрах.
— Мои — на мне. А эти — чьи?
Он бледнеет. С лица спадает краска. Становится серым, как бетонная стена дачного забора.
— Не знаю, — выдавливает. — Наверное, старые.
— Старые? — я горько смеюсь. — Старые трусы не покупают в бутике на Кутузовском. И не дарят подругам на день рождения. Эти — из той же коллекции, что мои. Две одинаковые модели, Андрей. Одна у меня, вторая — у моей подруги, Оксаны.

Алина поправляет фату. Мой жених целует её в щёку на ступенях ЗАГСа. Хочется прямо сейчас провалиться сквозь землю от стыда, обиды и боли. Размахиваюсь букетом невесты из белых роз и швыряю через плечо. Прямо в толпу чужих гостей. Букет летит, рассыпая лепестки, и падает к ногам какого-то мужчины в дорогом костюме.
— Кто из вас следующий претендент на моё место? Примеряйте роль роганоски заранее! — кричу и громко, истерично смеюсь на всю площадь. — Спасибо Дима за столь почётное звание! Надеюсь семейного счастья тебе не видать!
Наши гости ахают. Чужие замирают. Алина бледнеет. Дмитрий, наконец оборачивается. Лицо бледное, глаза виноватые.
— Таня… — начинает он.
— Не смей произносить моё имя, — отрезаю с ненавистью. — Ты его опозорил. Как и себя. И свою новую жену. Надеюсь, ты счастлив тем, что натворил? А она пусть помнит — кольцо на её пальце размером с мой несостоявшийся брак и нарушенного тобой обещания.

— Мне нужно найти Артура.
Тишина в салоне уплотнилась. Тимур не повернул головы, только пальцы чуть сильнее сжали руль. Всё остальное — ни дрожи, ни жеста. Но я заметила.
— Ты уверена, что хочешь об этом говорить? — его голос был мягким, но, точно, не искрился дружелюбием.
— Хочу. И должна. Он… Я не знаю, где он. И это убивает. Я не прошу чудес. Но ты же точно знаешь, что с ним. Я хочу с ним встретиться или хотя бы знать, что у него все хорошо.
Он остановился у обочины, поставил на паркинг. Свет от уличного фонаря лег на его лицо — резкий, белый. Он смотрел на меня, прищурившись.
— Почему я должен тебе помогать?
Я вздохнула. Этот вопрос я ждала.
— Потому что ты уже знаешь больше, чем говоришь. Потому что ты помогал. По крайней мере, Артуру помогал. И… ты мне сам позвонил. Тебе что-то надо от меня.
Веки Тимура опустились. Он будто что-то взвешивал внутри себя.
— Если бы я знал, где он, — сказал он, не глядя, — я бы уже сказал.

— Вы знаете, почему вас вызвали?
— Нет.
Он наконец поднял глаза. Те самые серые, холодные, но теперь с едва уловимым огнём внутри.
— Ваш отдел расформирован.
— Я знаю.
— Но вас я оставляю.
— Почему?
Он откинулся в кресле, изучая меня.
— Потому что вы единственная, кто сказал мне правду.
Я не знала, что ответить.
— Но есть условие, — продолжил он. — Раз в неделю — личная встреча. Вы будете докладывать мне о реальном положении дел в издательстве. Без лжи.
— Это… шпионаж?
Он улыбнулся.
— Это игра.
— А если я откажусь?
— Тогда вы свободны. Как и все остальные.
Я сжала кулаки.
—Хорошо. Я согласна.
Он кивнул и снова опустил глаза в бумаги — знак, что разговор окончен.
Но когда я уже выходила, он вдруг сказал:
— Алиса.
Я обернулась.
— Да?
— В следующий раз, когда будете спорить со мной… постарайтесь не дрожать.

Фотография. При взгляде на которую подкашиваются ноги.
Вероника в нашей спальне. На нашей кровати. Она лежит, обняв спящего Олега. Её темноволосая голова на его плече. На довольном лице победоносная улыбка. Подпись:
«Мы встречаемся уже год. Олег жалеет тебя, оттягивая разговор о разрыве. Боится, что вскроешь вены. Ты ему надоела со своей правильностью. Сделай нам всем одолжение — исчезни. И сделай аборт. Если не захочешь добровольно, найдём способ заставить. У меня есть знакомая бабка, прооперирует быстро и без последствий».

Я сбегаю от гражданского мужа, отправляющего меня на аборт. Рожаю сына, а через семь лет веду его в школу, где мой "бывший" оказывается попечителем...

— Знаете, что Марк про вас говорит? — шепчет она, заглядывая мне в глаза. — Он говорит, вы — прекрасная старинная ваза. Очень ценная. Раритетная.
Но пыльная.
Она смеётся. Звонко, как колокольчик. Я сжимаю кисть так, что костяшки белеют.
— А я, — продолжает она, — живой цветок. Яркий. Свежий. Настоящий.
— Зачем ты пришла? — перебиваю, борясь с заползающей в душу мерзостью. Голос всё ещё спокоен. Но внутри уже всё горит. Сгорают: двадцать пять лет брака, робкие надежды, иллюзии, вера в то, что мы особенные, что у нас не как у всех. Что мы сможем всё преодолеть и начать заново.
Она медленно лезет в карман кожаной куртки. Достаёт что-то и кладёт на мой рабочий стол. Тест. Две полоски. Яркие, жирные, как пощёчина.
— Видите? — она улыбается. — Я смогу дать ему то, чего вы уже не можете.

Я включаю микрофон.
— Твой код доступа аннулирован, Арсений. Не пытайся восстановить. Резервных копий нет.
— Ты не можешь так поступить, — говорит мой муж. Голос сел, почти хрипит. — Это мои деньги. Мой бизнес. Моя жизнь.
— Наша жизнь, — поправляю. — Была. Ты решил, что можешь жить в двух системах одновременно. Ошибаешься. В моём мире двойных стандартов не бывает.
Алиса вдруг бросается к калитке, начинает колотить по ней кулаками.
— Открой! Ты что, сумасшедшая? У меня ребёнок от него! Слышишь? Ребёнок!
Я смотрю на неё. Молодую, красивую, истеричную. Она кричит, размазывает слёзы, пытается выглядеть жертвой. Но я вижу другое. Я вижу хищницу, которая просчиталась.
— Поздравляю вас обоих, — говорю ровно. — Вы заслужили друг друга.

❤️САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!

— Здравствуйте, — девушка-консультант подходит к нему с профессиональной улыбкой. Молодая, светловолосая, с блокнотом в руках. — Решили ещё один диван купить? Как вам тот служит?
Я смотрю на мужа. Антон спокоен, как удав. Руки в карманах брюк, взгляд скользит по витринам.
— Вы меня с кем-то перепутали, — отвечает, глядя в сторону.
Консультант не отступает, не связывая нас с Антоном между собой.
— У меня идеальная память. Вы просто забыли, кто вас обслуживал, — консультант улыбается, обращаясь ко мне. — Хотите, я предложу вам такой же, как покупал молодой человек? На нём даже его беременной жене лежать было удобно.— Она возвращается к Антону. — И за кроваткой для малыша потом к нам приходите.

История из реальной жизни. Герои не выдуманные.

— Переговоры затянулись, — объясняется муж, пряча взгляд в пол. — Ты же знаешь, как это бывает.
— Какие переговоры? — спрашиваю, скривив губы. — В Питере? — Даю ему последнюю возможность сказать правду. — Ты был в Питере?
Он колеблется на мгновение. Серые глаза бегают, в попытке лживого мозга дать нужный ответ.
— Да, в Питере. Всё прошло отлично. Заключили контракт.
Выбор сделан. Смотрю на него и чувствую, как внутри что-то ломается окончательно, безвозвратно. Открываю телефон, нахожу видео с датой его поездки и протягиваю ему.
— Ты был в Питере? — переспрашиваю с горькой усмешкой. — Тогда кто эта женщина рядом с тобой в нашем московском торговом центре? И чья дочь у тебя на руках?