Книги в жанре «Современная проза» по тегу «ochen-emotsionalno»

Подхожу к двери кабинета, она приоткрыта мой муж разговаривает с кем-то. Не хочу мешать рабочему совещанию, поэтому останавливаюсь, намереваясь подождать в коридоре.
Но что-то в интонациях заставляет меня прислушаться.
– ...не могу больше ждать, – слышу я его слова. – Когда ты наконец решишься?
Женский голос отвечает ему:
– Юра, ну не торопи. Мне тоже нелегко. У тебя семья, дочь...
Сердце начинает колотиться. Что происходит?
Делаю шаг ближе к двери. Щель между дверью и косяком достаточно широкая, чтобы заглянуть внутрь, не привлекая внимания.
То, что я вижу, заставляет мир рухнуть.
Юра стоит рядом со своим столом, обнимая за талию молодую женщину, и она прижимается к моему мужу, а он нежно гладит ее волосы.
Юра наклоняется и целует Ксению. Долгий, страстный поцелуй.
Я стою как парализованная, не в силах ни войти, ни уйти.

- Домой Наима сегодня не жди, - всматриваюсь в строчки на телефоне и смысл написанного не сразу до меня доходит. - Я вернулась и он сразу ко мне прибежал. Не веришь? Вот тебе в доказательство.
Крепкая фигура мужа, распластанная на широкой кровати, смотрелась просто шикарно. Голый по пояс, с этими его кубиками на плоском животе...
Мне хотелось завыть от боли!
Как же ты мог? Ты же мне вчера только в любви клялся... вот значит её цена?
С меня достаточно! Я слишком многим пожертвовала, чтобы с тобой рядом быть, многое списывала на кавказский менталитет, но измену я списать никогда не смогу.
Амина твоя вернулась? Так ты совершенно свободен, я тебя ей отдаю!
- Отец, - сбрасываю сообщение и набираю номер отчего дома. - Я возвращаюсь в Москву!
Хорошо, что порадовать новостью мужа не успела..., недостоин ты её услышать, без тебя обойдёмся!

— Почему в моей квартире чужая женщина?
— Она не чужая… она… моя новая женщина.
Я просто вернулась домой раньше обычного. Без предупреждения. Открыла дверь своим ключом — и замерла на пороге.
Они сидели за столом и пили вино.
А я стояла, смотрела на них и вдруг поняла, что в этой комнате лишняя. В своей же квартире.
Оказалось, у моего мужа давно есть другая жизнь. И он был уверен, что я устрою скандал и уйду.
А я не ушла. Потому что предатели должны отвечать за всё, а не жить за счёт чужого счастья.

– Ты какого лешего сына из сада не забрала? – пытаюсь достучаться до бывшей жены.
– Слушай, у меня тоже есть личная жизнь, а не только забота о ребенке! А ты, вообще-то, отец.

И когда я вижу сына с охранником и слышу:
– Пап, вы про меня все забыли?
Принимаю решение, что сын будет жить со мной.

Пусть я мега занятой мужик, акционер банка на грани банкротства и практически без крыши над головой, ничего, со всем справлюсь.
Я отец!
Вот только бывшая жена творит дичь, и все больше усложняется, когда в моей жизни появляется Она...

Сегодня приезжает моя младшая сестра.
— Ты волнуешься? — спрашивает Эдуард.
— Немного, — признаюсь я. — Мы с Лизой не виделись почти год.
Стоим, ждем. Почему я волнуюсь? Из вагона выходит Лиза, высокая, стройная, с длинными темными волосами, распущенными по плечам. Зеленые глаза , губы накрашены ярко-розовой помадой. Узкие джинсы, короткая кожаная куртка, каблуки. Она выглядит... соблазнительно.
— Лизонька, как же ты выросла! — говорю я, отстраняясь и разглядывая сестру. — Просто красавица!
***
Мне нужно ехать в город, к доктору Савельеву. Впереди показывается поворот. Я сбавляю скорость, поворачиваю руль... И вдруг из-за поворота вылетает огромный грузовик. Слышу визг тормозов, потом — удар. Скрежет металла. В больницу ко мне пришли Эдуард и Лиза. Когда они уходили, я услышала их голоса в коридоре.
— Инга не должна ничего заподозрить, — говорит Эдуард.
— Я знаю, — отвечает Лиза тихо. Это наш секрет. Я понимаю, что моя жизнь изменилась навсегда. И, не только из-за аварии!

Апрельское солнце пробивается сквозь жалюзи. Рабочий день подходит к концу. Стук в дверь.
– Оксана Валентиновна, к нам поступила Перьева Алина Максимовна, двадцать пять лет. Полный пакет обследований, палата люкс на две недели.
Я беру карту, пробегаю глазами. Беременность два месяца. Плановое наблюдение. Всё стандартно, если бы не одна деталь.
– Кто оплатил счёт? – спрашиваю я, разглядывая графу «Плательщик».
Лена пожимает плечами:
– Наличными. Неустановленное лицо.
Я заведующая одной из лучших частных клиник города, врач-гинеколог высшей категории. Десять лет замужем за владельцем этой клиники.
И пять лет безуспешных попыток стать матерью.
Седьмая палата. Дверь приоткрыта. Горит свет.
Я подхожу. Очень тихо. И слышу голоса.
– Не волнуйся, – говорит Валерий. – Всё хорошо. Мы будем вместе.
– Ты уверен? – это Алина, её голос дрожит.
– Наш ребёнок здоров. Я видел все анализы. Всё идеально.
– Наш ребёнок, – повторяет она, и в её голосе столько нежности.
Мой мир разрушен!

— Мам, ты слышишь?
— Что?
— Там… наверху… кто-то кричит.
Это была наша новая соседка. Красивая. Слишком красивая для нашего подъезда. Сначала я злилась. Потому что дети дома. Потому что это были не просто крика, а стоны. Потому что стены тонкие, и чужая жизнь вдруг стала слишком громкой.
Я закрывала окна. Включала телевизор. Уводила детей гулять, чтобы они не спрашивали лишнего. А потом однажды узнала, кто к ней приходит.
Мой муж. Тот самый, который задерживается на работе и возвращается домой с усталым лицом, как будто прожил ад.
Я долго не верила. Слишком долго. Искала оправдания, цеплялась за каждую мелочь, лишь бы не складывать всё в одну картину. Делала вид, что не замечаю. А потом перестала. Потому что если предали — за это отвечают. И я сделаю так, что он заплатит. Сам. До копейки. За всё.

Мы с мужем — врачи. Работали в одной больнице, жили как все. Я была уверена, что у нас всё нормально.
Пока однажды не зашла в кабинет и не увидела её.
— Ты кто? — спросила я.
— А вы, значит, его жена.
Дверь за спиной открывается. Муж выходит, видит нас — и всё становится ясно.
Один кабинет, одна больница, один муж на двоих. После этого уже ничего не спрячешь.

— Здесь правила простые, Мельникова: тишина после десяти, кухня по расписанию и никаких гостей. Вопросы?
— А дышать мне тоже по графику?
Он смотрит на меня своими серыми, как ноябрьское небо, глазами. Холодный. Ровный. Непробиваемый. Хирург, который привык держать в руках чужие сердца, но свое, кажется, давно запер в сейфе.
​Я сбежала от идеальной жизни, которая оказалась глянцевой ложью, в пустую комнату на Таганке. У меня один чемодан, сумка с кистями и разбитое сердце.
Он — Кирилл Дроздов, гениальный врач с военной дисциплиной и ворохом тайн за закрытой дверью кабинета.
​Мы — соседи, которые не должны были даже заговорить. Но одна бессонная ночь, чашка мятного чая и рисунок на кухонном столе меняют всё.
Говорят, он не умеет чувствовать. Но почему тогда каждый раз, когда мы сталкиваемся в узком коридоре, воздух между нами начинает искрить?

— Ты переводил ей деньги?
— Кому?
— Моей сестре.
Он молчит. Секунда. Две.
— Ясна, давай без истерик…
— Семь лет, — перебиваю его. — Семь лет ты водил меня за нос.
— Это не то, что ты думаешь.
— А что это? Благотворительность?
Он раздражённо выдыхает и отводит взгляд. И в этот момент мне уже не нужны никакие объяснения.
Я открыла общий счёт, к которому он сам меня подключил. Увидела переводы, даты, суммы. Годы. Пока я считала деньги и слушала про «тяжёлое время», он содержал мою сестру.
Муж оказался не просто предателем. Он жил двойной жизнью.
И теперь он уверен, что я соглашусь на его условия и тихо уйду ни с чем.
Вот только он не знает главного.
Я уже вижу, как забрать у него всё.