Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
Подхожу к двери и слышу голоса.
— Ну что ты всё смотришь? Я же здесь. Рядом.
— Я вижу, — отвечает мужской и такой знакомый голос.
Игорь.
Я распахиваю дверь. Она сидит у него на коленях. Полураздетая. На ней только бюстгальтер и задранная юбка. Её руки обвиты вокруг его шеи. Его ладонь лежит на её бедре. Вторая — на спине, под тканью. Он с силой вжимает её в себя.
— У тебя же дочь, — произношу я. — Она спит в ангаре. Она молилась, чтобы ты был жив.
Но он совершенно не реагирует и не убирает рук.
— И что?.. — вдруг спрашиваю он. Я полюбил другую.
В этот момент — взрыв. Я бегу к дочери. Оглядываюсь. Но мой муж стоит в дверях. Рядом с ней. Он не сделал ни шага.
***
Он потерял нас в тот день, когда не спас дочь. Прощения не будет.
— Ну что ты всё смотришь? Я же здесь. Рядом.
— Я вижу, — отвечает мужской и такой знакомый голос.
Игорь.
Я распахиваю дверь. Она сидит у него на коленях. Полураздетая. На ней только бюстгальтер и задранная юбка. Её руки обвиты вокруг его шеи. Его ладонь лежит на её бедре. Вторая — на спине, под тканью. Он с силой вжимает её в себя.
— У тебя же дочь, — произношу я. — Она спит в ангаре. Она молилась, чтобы ты был жив.
Но он совершенно не реагирует и не убирает рук.
— И что?.. — вдруг спрашиваю он. Я полюбил другую.
В этот момент — взрыв. Я бегу к дочери. Оглядываюсь. Но мой муж стоит в дверях. Рядом с ней. Он не сделал ни шага.
***
Он потерял нас в тот день, когда не спас дочь. Прощения не будет.
— Валерия? Это Нина Васильевна! Соседка снизу, с Остоженки! — женский голос в трубке срывается на ультразвук. — Вы нас топите!
Я хмурюсь. Квартира пустая. Мы закрыли ее на косметический ремонт месяц назад, жильцов там быть не должно.
— Нина Васильевна, там никого нет, вода должна быть перекрыта…
— Как это никого нет? Женщина там живет? Красивая и молодая, с ребеночком.
— Этого не может быть, — уверенно говорю я, вы что-то перепутали.
— Да какая перепутала?! — вопит соседка. — Я ее каждый день вижу. И мужа вашего, между прочим, пару раз в неделю, тоже. А сейчас вода хлещет так, что проводку сейчас замкнет!
Я приезжаю на квартиру через двадцать минут и вижу там фотографии другой семьи моего мужа. Семьи, которую он поселил в нашу квартиру. А потом я узнаю, что таких квартир, как и женщин, несколько.
Я хмурюсь. Квартира пустая. Мы закрыли ее на косметический ремонт месяц назад, жильцов там быть не должно.
— Нина Васильевна, там никого нет, вода должна быть перекрыта…
— Как это никого нет? Женщина там живет? Красивая и молодая, с ребеночком.
— Этого не может быть, — уверенно говорю я, вы что-то перепутали.
— Да какая перепутала?! — вопит соседка. — Я ее каждый день вижу. И мужа вашего, между прочим, пару раз в неделю, тоже. А сейчас вода хлещет так, что проводку сейчас замкнет!
Я приезжаю на квартиру через двадцать минут и вижу там фотографии другой семьи моего мужа. Семьи, которую он поселил в нашу квартиру. А потом я узнаю, что таких квартир, как и женщин, несколько.
— Выбирай, Тома. Либо ты сейчас распаковываешь вещи, идешь на кухню и готовишь ужин. Либо будешь выживать там, за пределами этой квартиры. Одна, конечно, потому что сын будет жить со мной.
— Сашку я не отдам, — поднимаюсь с колен и выпрямляю спину.
Смотрю на скоро бывшего мужа волком.
— Поверить не могу, что мы это обсуждаем, — говорит. — Откуда в тебе столько гордости, Тамара? Ты ничто без меня. Не единое целое, а так… половинка.
Он достает из папки десять тысяч и швыряет их на стол:
— На вот… на первое время, — улыбается. — Номер ты мой знаешь, буду ждать звонка.
— Звонить не стану, Дима.
— Еще как станешь. Соскучишься за сыном — еще и на коленях приползешь.
Я застала мужа за изменой, но вместо извинений он сказал, что заберет сына и выставил меня за дверь.
— Сашку я не отдам, — поднимаюсь с колен и выпрямляю спину.
Смотрю на скоро бывшего мужа волком.
— Поверить не могу, что мы это обсуждаем, — говорит. — Откуда в тебе столько гордости, Тамара? Ты ничто без меня. Не единое целое, а так… половинка.
Он достает из папки десять тысяч и швыряет их на стол:
— На вот… на первое время, — улыбается. — Номер ты мой знаешь, буду ждать звонка.
— Звонить не стану, Дима.
— Еще как станешь. Соскучишься за сыном — еще и на коленях приползешь.
Я застала мужа за изменой, но вместо извинений он сказал, что заберет сына и выставил меня за дверь.
Из горла вырывается лишь хрип. Паника сжимает сердце. Внезапно рев винтов разрывает тишину, и резкий женский голос объявляет о находке выжившего.
Ветер срывает маску спасателя, и мир вокруг перестает существовать. Серые глаза. Те самые. Но в них больше нет любви – только выстраданная дистанция и холодный расчет. Она смотрит на меня как на деталь механизма, которую нужно починить.
– Лена... – в этом шепоте всё мое раскаяние за десять лет.
Она вздрагивает лишь на миг, после чего захлопывает дверь в свою душу:
– Молчите! Вы в шоке. Будете болтать – просто умрете.
Я чувствую, как внутри что-то обрывается. Она спасает меня, но делает это жестко и чуждо. Лена вернулась, но она больше не моя. Это прекрасная незнакомка с лицом моей первой любви.
Ветер срывает маску спасателя, и мир вокруг перестает существовать. Серые глаза. Те самые. Но в них больше нет любви – только выстраданная дистанция и холодный расчет. Она смотрит на меня как на деталь механизма, которую нужно починить.
– Лена... – в этом шепоте всё мое раскаяние за десять лет.
Она вздрагивает лишь на миг, после чего захлопывает дверь в свою душу:
– Молчите! Вы в шоке. Будете болтать – просто умрете.
Я чувствую, как внутри что-то обрывается. Она спасает меня, но делает это жестко и чуждо. Лена вернулась, но она больше не моя. Это прекрасная незнакомка с лицом моей первой любви.
- Уходи от него, ты же с ним несчастна.
Слышу слова мужа, едва вхожу в квартиру. Кому он это говорит? И зачем?
- Я не могу с ним так поступить, я…
Это моя подруга, Ира. Голос её дрожит, словно она сейчас заплачет.
Только почему Федя подговаривает ее уйти от мужа?
Ответ приходит со следующей его фразой:
- Ещё скажи, что любишь этого инвалида! А я тогда для тебя вообще кто?
В голосе мужа слышатся боль и злость.
- Просто игрушка для перепихона?
Во мне все холодеет. Они что, друг с другом… спят?
***
Семнадцать лет совместной жизни и в один день – крах всего, когда я узнаю, что мой муж изменяет мне с моей же подругой. Той самой, чьей самоотверженностью и силой духа я так восхищалась, ведь муж Иры оказался в инвалидном кресле и ей пришлось нелегко. Но она вскоре нашла утешение – в моем муже.
Который, как оказалось, уже давно её любит…
Слышу слова мужа, едва вхожу в квартиру. Кому он это говорит? И зачем?
- Я не могу с ним так поступить, я…
Это моя подруга, Ира. Голос её дрожит, словно она сейчас заплачет.
Только почему Федя подговаривает ее уйти от мужа?
Ответ приходит со следующей его фразой:
- Ещё скажи, что любишь этого инвалида! А я тогда для тебя вообще кто?
В голосе мужа слышатся боль и злость.
- Просто игрушка для перепихона?
Во мне все холодеет. Они что, друг с другом… спят?
***
Семнадцать лет совместной жизни и в один день – крах всего, когда я узнаю, что мой муж изменяет мне с моей же подругой. Той самой, чьей самоотверженностью и силой духа я так восхищалась, ведь муж Иры оказался в инвалидном кресле и ей пришлось нелегко. Но она вскоре нашла утешение – в моем муже.
Который, как оказалось, уже давно её любит…
— У тебя кончился срок годности, и ты списана, — заявляет муж, как ни в чем не бывало.
— Даже так? — мотаю головой. — Ладно я, но ты... ты не мог кого-то другого себе найти на роль любовницы? Ты ведь спишь с лучшей подругой нашей дочери.
— А чем плоха Лена? — он хмурится, словно не понимает всей трагедии. — Молодое, подтянутое тело куда приятнее держать в руках, чем дряблое, старое, привычное. Считай, что мне бес в ребро ударил, и у меня второе дыхание открылось.
— Лена со Светой почти сестры! Ты же не только мне сердце разбил, но и нашей дочери.
— Со Светой я сам разберусь. Уверен, она поймет, что так даже будет для нее лучше, теперь ей Лена станет и не просто "почти сестрой", а самой настоящей родственницей, — цинично хмыкает Петр. — Они обе будут счастливы...
— То есть ты уже все для себя решил, да? Решил заменить меня на более новую версию?
— Решил. Но из уважения к твоему возрасту готов сделать тебе прощальный подарок. Что хочешь получить на развод?
— Даже так? — мотаю головой. — Ладно я, но ты... ты не мог кого-то другого себе найти на роль любовницы? Ты ведь спишь с лучшей подругой нашей дочери.
— А чем плоха Лена? — он хмурится, словно не понимает всей трагедии. — Молодое, подтянутое тело куда приятнее держать в руках, чем дряблое, старое, привычное. Считай, что мне бес в ребро ударил, и у меня второе дыхание открылось.
— Лена со Светой почти сестры! Ты же не только мне сердце разбил, но и нашей дочери.
— Со Светой я сам разберусь. Уверен, она поймет, что так даже будет для нее лучше, теперь ей Лена станет и не просто "почти сестрой", а самой настоящей родственницей, — цинично хмыкает Петр. — Они обе будут счастливы...
— То есть ты уже все для себя решил, да? Решил заменить меня на более новую версию?
— Решил. Но из уважения к твоему возрасту готов сделать тебе прощальный подарок. Что хочешь получить на развод?
Сквозь слабую тонировку на стеклах вижу, как он тянется к ней, как её руки обхватывают его шею.
Перебегаю дорогу, рву дверцу машины и хочу закричать, но дыхание перехватывает, когда я вижу своего мужа в жарких объятиях другой женщины.
— Ты мне врал! Прямо в глаза врал! — мой голос срывается на всхлип. — А сам с ней!
Я замахиваюсь ладонью ему по лицу, но он перехватывает мою руку и сжимает так, что пальцы немеют. Поднимается с сиденья, нависнув надо мной бетонной скалой, и цедит сквозь зубы:
— Не забывайся, Татьяна! Я генерал, а не какой-то пацан!
Я вырываю руку и выплёвываю ему в лицо:
— Я знаю, кто ты! А еще знаю, кто такая я! Я жена генерала. Но это ненадолго! И застегни наконец ширинку, бабник!
Выпалив все как на духу, я разворачиваюсь и иду прочь быстрым шагом, не оглядываясь. Слёзы текут ручьями, смешиваясь с ветром.
Я ушла, еще не зная, что беременна от него. Двойней.
Перебегаю дорогу, рву дверцу машины и хочу закричать, но дыхание перехватывает, когда я вижу своего мужа в жарких объятиях другой женщины.
— Ты мне врал! Прямо в глаза врал! — мой голос срывается на всхлип. — А сам с ней!
Я замахиваюсь ладонью ему по лицу, но он перехватывает мою руку и сжимает так, что пальцы немеют. Поднимается с сиденья, нависнув надо мной бетонной скалой, и цедит сквозь зубы:
— Не забывайся, Татьяна! Я генерал, а не какой-то пацан!
Я вырываю руку и выплёвываю ему в лицо:
— Я знаю, кто ты! А еще знаю, кто такая я! Я жена генерала. Но это ненадолго! И застегни наконец ширинку, бабник!
Выпалив все как на духу, я разворачиваюсь и иду прочь быстрым шагом, не оглядываясь. Слёзы текут ручьями, смешиваясь с ветром.
Я ушла, еще не зная, что беременна от него. Двойней.
🛟— Ты выдохлась, Ника. Команде нужен новый лидер и новая хозяйка, — во время ночного шторма муж, капитан нашей яхты, хладнокровно разжимает мои пальцы на леере.
Огромная волна сбивает меня с ног. Муж даже не пытается бросить спасательный круг. Он уходит во тьму, оставляя меня умирать в бушующем открытом море ради многомиллионной страховки и молодой любовницы.
Они уверены, что я на дне. Муж безутешно рыдает на камеры, пока его девка примеряет статус новой королевы парусного спорта. Но я выжила.
Меня спас единственный человек, перед которым мой бывший трепещет от страха. Жестокий на воде, но неожиданно чуткий со мной миллиардер. Он забрал меня со дна и вернул желание бороться. Он станет моим щитом в этой войне. А я — его триумфом.
До старта Мирового Кубка никто не должен знать, что я жива. Я пройду через ад, преодолею панический страх воды и вернусь, чтобы забрать всё, что принадлежит мне по праву.
Ты думал, что выбросил меня за борт, дорогой? Ошибаешься!Скоро ты сам пойдёшь ко дну
Огромная волна сбивает меня с ног. Муж даже не пытается бросить спасательный круг. Он уходит во тьму, оставляя меня умирать в бушующем открытом море ради многомиллионной страховки и молодой любовницы.
Они уверены, что я на дне. Муж безутешно рыдает на камеры, пока его девка примеряет статус новой королевы парусного спорта. Но я выжила.
Меня спас единственный человек, перед которым мой бывший трепещет от страха. Жестокий на воде, но неожиданно чуткий со мной миллиардер. Он забрал меня со дна и вернул желание бороться. Он станет моим щитом в этой войне. А я — его триумфом.
До старта Мирового Кубка никто не должен знать, что я жива. Я пройду через ад, преодолею панический страх воды и вернусь, чтобы забрать всё, что принадлежит мне по праву.
Ты думал, что выбросил меня за борт, дорогой? Ошибаешься!Скоро ты сам пойдёшь ко дну
– Какого хрена ты повыбрасывала мои вещи, Лиля?? Мне в отпуск ехать! Что теперь, под балконом их собирать??
– Бухгалтершу свою попроси помочь, – шепчу, глядя на него сквозь слезы. – Как она тебе со всем остальным помогает…
Злой муж шагает ко мне, наклоняется близко к моему лицу:
– И чего ты этим добивалась, скажи?
– Отсутствия тебя в своей жизни…
Демьян кривит губы:
– Я-то уйду, но скоро свадьба сына, и там нам все равно придется изображать счастливую семью. Даже не вздумай всё испортить своей кислой физиономией…
---------
Я выбросила его из жизни вместе с вещами, закрыла дверь в прошлое и постаралась не вспоминать.
Но вытравить его не так уж просто. Через месяц после развода муж заявился с приглашением на свою свадьбу:
– Мы же не чужие люди, Лиль. Скоро внуки появятся, и что, так и будем жить с тобой, как кошка с собакой? Давай хотя бы видимость покажем, ради детей. Им нужна нормальная мать, а не ведьма злая…
Я послала его подальше, пожелав всего самого худшего.
– Бухгалтершу свою попроси помочь, – шепчу, глядя на него сквозь слезы. – Как она тебе со всем остальным помогает…
Злой муж шагает ко мне, наклоняется близко к моему лицу:
– И чего ты этим добивалась, скажи?
– Отсутствия тебя в своей жизни…
Демьян кривит губы:
– Я-то уйду, но скоро свадьба сына, и там нам все равно придется изображать счастливую семью. Даже не вздумай всё испортить своей кислой физиономией…
---------
Я выбросила его из жизни вместе с вещами, закрыла дверь в прошлое и постаралась не вспоминать.
Но вытравить его не так уж просто. Через месяц после развода муж заявился с приглашением на свою свадьбу:
– Мы же не чужие люди, Лиль. Скоро внуки появятся, и что, так и будем жить с тобой, как кошка с собакой? Давай хотя бы видимость покажем, ради детей. Им нужна нормальная мать, а не ведьма злая…
Я послала его подальше, пожелав всего самого худшего.
Суббота идеальная — солнце, тепло, лёгкий ветер, и Саша рядом, ведёт машину. Мы едем в его офис забрать какие-то документы, и я смотрю на него, думая о том, как же мне повезло. Тринадцать лет вместе и я до сих пор ловлю себя на том, что смотрю на него украдкой, как будто боюсь, что это всё окажется сном.
Он паркуется выскакивает из машины, бросая через плечо: «Пять минут, Маш, я мигом».
Я наслаждаюсь солнцем и хорошим настроением. Мой взгляд останавливается на экране его телефона, когда тот вспыхивает ярким светом. Не собиралась смотреть — но сообщение буквально кричит мне в лицо: «Малыш, жду тебя, приезжай скорей 🔥». И внизу, под текстом — имя контакта: просто «М.»
Я читаю эти слова раз, второй, третий, и они не меняются, не исчезают, не превращаются в шутку или ошибку.
Дверь машины открывается, и Саша садится за руль.
— Ну что, едем? — спрашивает он, и я говорю, глядя ему прямо в глаза:
— Едем. Малыш, нас ждёт некая М. У неё, видимо, что-то срочное.
Он паркуется выскакивает из машины, бросая через плечо: «Пять минут, Маш, я мигом».
Я наслаждаюсь солнцем и хорошим настроением. Мой взгляд останавливается на экране его телефона, когда тот вспыхивает ярким светом. Не собиралась смотреть — но сообщение буквально кричит мне в лицо: «Малыш, жду тебя, приезжай скорей 🔥». И внизу, под текстом — имя контакта: просто «М.»
Я читаю эти слова раз, второй, третий, и они не меняются, не исчезают, не превращаются в шутку или ошибку.
Дверь машины открывается, и Саша садится за руль.
— Ну что, едем? — спрашивает он, и я говорю, глядя ему прямо в глаза:
— Едем. Малыш, нас ждёт некая М. У неё, видимо, что-то срочное.
Подборка романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги