Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»

— Не делай из измены трагедию. Я всего лишь выпустил пар на работе!
— Всего лишь? Всего лишь?! — кричу. — Боже... Я не думала, что ты из тех стереотипных врачей, которые спят со всем, что движется.
— Ошибаешься, я не такой, — Игорь пожимает плечами. — Я не меняю женщин, как перчатки. Для удовлетворения моих потребностей хватает постоянной жены и постоянной любовницы. Видишь? Я всего лишь двоелюб.
Открываю и закрываю рот, не верю, что человек, с которым я прожила пятнадцать лет может рассуждать подобным образом.
— У тебя совсем крыша поехала?
— Алина, ты забыла, что я кардиохирург и умею мыслить рационально? Что прикажешь делать, когда ты занята со своими маленькими пациентами, а мне нужно срочно сбросить напряжение, прежде чем я возьму в руки чужое сердце? Вот я и решил, что приемлемым вариантом будет завести еще одну женщину. Но ты не волнуйся, мое сердце всегда будет принадлежать только тебе!
Муж перешел все границы, поэтому я развелась с ним.

— Значит, ты решил сделать ребёнка на стороне? — едва слышно произношу я.
— Это вышло случайно, — невозмутимо отвечает муж.
— Но это ничего не меняет. Ты предал меня.
— Лера, не драматизируй, — Антон перебивает меня, вздыхая.
— От тебя беременна другая женщина, а я должна молчать?
— Ты должна быть мудрее.
— Ты же понимаешь, что это развод?
Антон закатывает глаза, словно я капризный ребёнок, который требует игрушку.
— Прекрати. Не сейчас. Не тогда, когда мы с тобой уже у цели. Раз у Иры получилось, значит, и у тебя получится.
— Ты серьёзно? — истерически усмехаюсь. — У тебя будет ребёнок от другой, и ты говоришь, что это хорошо, потому что у меня тоже может получиться?
— Я говорю, что это не повод для развода.
— Останови машину, — голос срывается на крик. — Я сказала — останови машину!
И предатель исполнил мою просьбу: высадил меня на безлюдной трассе и уехал. Тогда я ещё не знала, что больше он меня там не найдет, а со мной произойдет то, что навсегда изменит мою жизнь.

Я лежу лицом к стене и не шевелюсь. Рядом — шёпот мужа:
— Ты с ума сошла? Аня может проснуться в любой момент.
— Не проснется. Давай прямо здесь, а?
Я узнаю этот голос. Моя сестра.
— Ты ненормальная, — Артём говорит тихо. — У нас в комнате спит моя жена. Ты предлагаешь мне это прямо здесь?
— А что такого? — Кира мурлычет, и я слышу шорох простыней. Она двигается. Она прижимается к нему. В моей постели.
— Будет остро. Ты же любишь остро.
— Кира, это постель моей жены.
Я сжимаю кулак. Ногти впиваются в ладонь.
— Ты обещал уйти от неё, — шепчет Кира.
— Это привычка, Кира. Десять лет привычки. Отвыкаю постепенно.
— Я устала ждать, — Кира говорит громче, и Артём на неё шикает.
— Тише! Разбудишь.
— Может, и разбужу. Может, так будет лучше.
Привычка. Он назвал меня привычкой. Моя рука тянется к животу. Тест в кармане пижамы впивается в бедро. Две полоски. Мой ребёнок от человека, который только что назвал меня привычкой.

— Она мне давно надоела, ты же знаешь, — сказал Дмитрий уже тише, но каждое слово всё равно дошло до меня чисто, как диагноз, который не надо повторять. — Брак нужен для статуса. Потерпи, Оль. Получу звание — разберёмся.
Я не поняла сначала. Мозг отказался. Он просто не смог принять фразу целиком, разбил её на куски, как тело после аварии: она мне давно надоела, брак нужен, для статуса, потерпи, получу звание, разберёмся.
Разберёмся.
Со мной, значит, разберутся. Как с лишней мебелью, как с просроченными препаратами, как с женщиной, которую можно держать в доме, пока она полезна для красивой анкеты.

— Отменим свадьбу из-за того, что я просто её поцеловал? Я столько денег туда вложил, гостей позвали…

— То есть тебя волнует не то, что ты мне изменил, а что стыдно перед людьми?

— Поцелуй — не измена. Мы ещё не женаты, — отвечает спокойно. — Она просто моя бывшая. Не стоит из-за мелочи всё рушить.

— Ты лапал её при всех, Витя! — кричу. — Это не мелочь, это предательство!

Он лишь протягивает букет:

— Возьми цветы. Хочешь — поедем в ювелирный, выберешь что-нибудь?

— Ты хочешь купить меня этим?! — шепчу, чувствуя холод внутри.

Он молчит. И тут понимаю: ему стыдно не за измену, а за испорченный вечер. Я отворачиваюсь. Ухожу прочь.

Пальцы нащупывают в кармане тест на беременность — доказательство того, что жизнь всё ещё продолжается во мне, несмотря на то, что мы закончились. И я понимаю: он не достоин знать.

— Я подала на развод.
Андрей смотрит на меня так спокойно, будто я сказала что-то смешное.
— Нет.
— Что значит «нет»?
— Это значит, что я тебе развода не дам.
Я смотрю на человека, с которым прожила почти четверть века, и впервые понимаю, насколько мало его знаю.
— Тебе повторить?
Он усмехается.
— Можешь повторять сколько угодно. Я сказал: развода не будет.
— Ошибаешься, Андрей. Это не тебе решать.
— Ты еще пожалеешь, Ева.
Наверное.
Но впервые в жизни я боюсь не того, что потеряю мужа.
Я боюсь, потерять себя.

На работе всё идёт кувырком с самого утра и когда я уже морально готовлюсь к четырёх часовому совещанию, приходит письмо - встреча отменена. И я улыбаюсь, как девчонка, которой подарили целый вечер, в котором будем только я и Игорь. По дороге домой покупаю эклеры — те самые, от которых Игорь мурлычет, как кот. «Он устал», — вспоминаю его вчерашние слова, и внутри что-то сжимается от нежности и желания позаботиться.
***
Я вхожу в прихожую и слышу женский смех. Он доносится из спальни, и он знаком мне до боли — этот переливчатый, который я слышала сотни раз. Коридор вдруг становится бесконечным, как в кошмаре, где ты бежишь и не можешь добежать, а из спальни снова доносится смех, и теперь я слышу довольный голос Игоря, который говорит что-то, чего я не разбираю, но интонация бьёт по мне сильнее любых слов.
Дверь в спальню приоткрыта, и я вижу всё сразу, одним ударом, который вышибает из лёгких воздух. Игорь лежит на нашей кровати и рядом с ним Яна. Моя подруга с университета.

— Где ты был? Что ты делал так поздно?
— Изменял тебе, Алиса...
Замираю. Чашка выскальзывает из рук, разбивается на сотни осколков, как моё сердце.
— Повтори, что ты сказал, я не расслышала...
— Изменял. Полчаса назад я бы у неё.
Задерживаю дыхание. Так страшно смотреть в его глаза!
Чужие, бездушные. В них так много тьмы и так мало человечности.
Как он мог? А как же наша свадьба? Медовый месяц на острове мечты? Как же моя беременность?
— Неужели ты никогда меня не любил?
— Я хочу, чтобы ты немедленно освободила квартиру. Эту квартиру я пообещал ей.
— Ты шутишь? — накрываю ладонью живот и по моим щекам катятся слёзы. — Выгонишь меня с малышом? За что, Динар? За что?!
Он делает паузу. И холодно отвечает:
— Потому что я самая настоящая сволочь…

***

Пять лет боли. Пять лет я боролась за свою жизнь и жизнь нашего ребенка, пока он развлекался, покупая яхты и виллы.
Но однажды случилось это…
Бывший вернулся. И требует шанс вопреки!

Стою у плиты и помешиваю соус.
— Миш, ты пришёл! Я уже думала...
Он не смотрит на меня. Садится. Молчит.
— Вика.
— Да? — Я замираю с ножом для лазаньи в руке.
— Нам нужно поговорить.
— О чём? — шепчу я.
Миша наконец смотрит на меня.
— Я ухожу.
— Что... что ты сказал? — Мой голос не слушается, ломается.
— Я ухожу от тебя, Вика. Я подам на развод.
— Но... почему? — Я не узнаю свой голос. Он писклявый, жалкий.
— Я встретил другую. Её зовут Ксения. — Он говорит спокойно. Буднично. Как будто сообщает прогноз погоды. — Мы вместе уже полгода.
— Ксения беременна.
Время останавливается.
— Что?
— Она ждёт ребёнка. От меня. Четыре месяца.
Пол уходит из-под ног. Беременна. Мы пытались три года. Три года врачей, уколов, гормонов, надежд и разочарований. А он...

- Извините! Я ищу свою жену, - останавливает меня мужчина. - Она устроилась к вам несколько дней назад, работает медсестрой. Зовут Романова Ксения. Вы не подскажете, где я могу её найти?
- Должна быть в сестринской, - отвечаю. - Могу проводить, мне как раз по пути.
Мы направляемся в сторону сестринской, сворачиваем в коридор. Открываю дверь. Сначала я слышу стоны, затем почти сразу замечаю пару.
Мой муж стоит у стола, наклонив над столешницей девушку в белом халате.

Мой муж изменил мне с медсестрой прямо на рабочем месте, а затем пообещал, что уничтожит мою репутацию, если я подам на развод.