Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «ochen-emotsionalno»

Я толкнула дверь ординаторской и увидела мужа с сестрой. На его столе.
Двадцать пять лет брака рухнули в одну секунду.
Кристина медленно растянула губы в улыбке — той самой, которую я помнила с детства. Когда она отбирала мои игрушки и знала, что родители ее не накажут. Торжествующей. Победной.
— Ой, Верочка. А мы тут это… работаем, — улыбнулась она.
Саша отшатнулся. Бумаги разлетелись по полу.
— Вера, подожди. Это не то, что ты думаешь.
Кристина спрыгнула со стола, одернула юбку.
— Вер, не драматизируй, — вздохнула она. — Он взрослый мужчина. Если он хочет проводить время со мной, это его выбор. Ему скучно стало. Ты же у нас хозяйка, жена, мать — скукотища. А я — огонь. Мужчины это любят.
Она подошла к нему, положила руку на плечо.
— Саш, ну сколько можно ждать? Ты обещал решить вопрос с ней еще месяц назад. А я все сижу в этой съемной дыре. И вообще, он мне дом обещал. И машину. Ты, Вер, сама виновата. Запустила себя. Он хотел, чтобы ты ушла с чемоданом.

«Задерживаюсь. Нудный клиент из области выносит мозг с комплектацией Порше. Не жди к ужину», – гласит сообщение. Я вздыхаю: Марк перфекционист, он не отпустит клиента без контракта.
Проходит час. Свечи оплывают, стейки остывают. Я переодеваюсь в халат, но оставляю вишневое платье на кресле – хочу быть прекрасной, когда он придет. К 21:00 тишина становится оглушительной, рождая липкое беспокойство. Тревога перевешивает страх разозлить мужа.
Набираю его номер. Гудки тянутся бесконечно.
– Да! Что случилось? – голос Марка резкий, полный раздражения. – Ты не умеешь читать сообщения?
– Марк... у нас же годовщина. Я накрыла стол...
– Черт возьми, Лена! Прекрати быть прилипчивой! Я в разгаре сделки, разговор окончен!
Он сбрасывает звонок, но связь не прерывается. Слышен фоновый шум и вдруг – высокий женский смех.
– Боже, Марк, ты такой грубый, – звучит приглушенный голос женщины. – Твоя маленькая жена всё еще ждет тебя ужином в своем идеальном домике?

- Я долго ждал подходящего момента, - начинает муж, и голос его холодный, жесткий, словно он проводит совещание, докладывает начальству, а не обращается к семье.
Мое сердце начинает колотиться так сильно, что я слышу его стук в ушах.
- Ждал, когда мы все соберемся. Все вместе. Вся семья. Даже Анютка специально прилетела на выходные. - Он обводит взглядом стол, смотрит на каждого ребенка, на меня. И в его глазах... пустота. Холодная, ледяная пустота. - Поэтому объявляю: мы с вашей матерью разводимся.
Удар.
Сильный, точный, такой мощный, что выбивает все дыхание из легких.
Я застываю в кресле, пальцы сами собой сжимают подлокотники, я не могу двигаться. Не могу говорить. Не могу дышать.
Я просто сижу и смотрю на Мишу. На человека, которого любила тридцать два года.
- Я больше не люблю тебя, и давно. Я хочу пожить для себя.
***
Мой муж решил пожить для себя в пятьдесят, выкинув меня, как ненужный мусор. Но я ему верну должок, отомщу, превратив его новую жизнь в прах…

- Василиса, родная, ты все неверно истолковала. Мы взрослые люди, отдыхаем после тяжелого дня с твоим папой в бане. Иди-ка лучше уроки делай, а не занимайся ерундой.
Дочь медленно переводит взгляд на Карину, а затем хватается за деревянный черпак, плавающий в баке с кипятком для веников.
- Ага, конечно. Нашли мне дурочку. Я все прекрасно поняла, любимая крестная, - злобно ухмыляется. - Значит, пока мама кормит трехмесячного брата, вы решили расслабиться? - шипит, зачерпывая воду. - Так сейчас я поддам жару!

Мой муж — полковник полиции. Человек, который клялся защищать меня и нашего сына от всего мира.
Но в ту ночь, когда брат его любовницы устроил смертельную гонку и столкнул нашу машину с дороги, Алексей был не со мной. Пока я захлёбывалась кровью в перевёрнутом автомобиле и пыталась спасти Мишу, он лежал в постели другой женщины.
Я думала, страшнее уже не будет.
Ошиблась.

– Алло?
– Добрый вечер. Надежда? – голос женский, спокойный, почти мягкий. Интеллигентный. – Надежда Корнеева?
– Да, – я выключаю конфорку. – Слушаю вас.
– Меня зовут Лариса. Мы не знакомы, – пауза, короткая, как вдох. – Я работаю вместе с Региной Ларионовой. Дизайнером интерьеров.
– Да, и? – я не понимаю, зачем мне звонит коллега какого-то дизайнера.
– Надежда, я долго колебалась, – голос звучит искренне, почти сочувственно. – Но решила, что вы должны знать. Простите, если делаю больно. Ваш муж, Дмитрий... Он встречается с Региной. Уже восемь месяцев.
– Что? – мой голос звучит странно, словно я слышу его со стороны.
– Они были вместе сегодня вечером. В загородном отеле, под Истрой. Я... не могла больше молчать. Извините.
Гудки. Она бросила трубку.

— Я беременна, — я поставила перед Тимуром коробочку с пинетками.

Он окаменел, но через миг брезгливо отодвинул подарок и бросил сверху пачку денег.
— Это не входит в мои планы, Катя. Сделай всё как надо. Найди лучшую клинику.

— Это же наш ребенок! — я вцепилась в его рукав. — Ты предлагаешь мне от него избавиться?

— Я женюсь на другой, потому что люблю её. А ты была лишь увлечением, способом скоротать время. Ты никогда не вписывалась в мой статус. Считай эти деньги оплатой за моральный ущерб.

Он выпрямился и направился к выходу. Дверь звякнула, впуская холод. Я осталась стоять мертвой внутри, глядя на купюры, придавившие детские вещи. Он ушел к «достойной», легко откупившись от меня и нашего нерожденного ребенка.

Я ушла. Родила сына и дала ему всё самое лучшее. Но спустя пятнадцать лет мы встретились снова. Он чуть не сбил моего сына на своем дорогом авто и теперь требует с подростка деньги за царапину на бампере, даже не подозревая, кто перед ним стоит…

ЗАВЕРШЕНО! МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА

- Влада, я ухожу.
Я повернулась к мужу, недоуменно хмурясь.
- Куда? Скоро ужинать будем…
- Не куда, а к кому. К Алине ухожу.
Алина – жена его лучшего друга. Год назад тот погиб и с тех пор мой муж поддерживал его вдову.
Но все равно все это звучало… странно. Паша прятал глаза и казалось, что под этими словами кроется что-то страшное.
Я схватила полотенце, чтобы скрыть дрожь, вдруг охватившую все тело.
- Я не понимаю, Паш. Что случилось? Зачем тебе ехать к ней так срочно?
Он шумно выдохнул.
- Влада, ты глупая, что ли? Я к ней насовсем ухожу. Затем, что люблю ее. Всю жизнь любил.
Его слова бьют меня наотмашь.
Я смотрю на него потрясенно, а он говорит уже тише…
- Прости, Веснушка. Я старался тебя полюбить, правда. Я надеялся, что ты заполнишь мою пустоту. Но теперь… Алина болеет. Сильно. И я боюсь, что потеряю ее, так и не узнав, как это – быть с ней… Как это - быть счастливым.
В горе и в радости мой муж выбрал быть с другой женщиной

— Когда я наконец стану полноправной хозяйкой этого дома? — раздраженно спрашивает любовница, окидывая взглядом фотографии на стенах. — Меня уже тошнит видеть лицо твоей жены повсюду.
— Ты же знаешь, что все это только для вида, — отвечает он, стараясь говорить спокойно. — Еще года не прошло с момента ее исчезновения. Я не могу сейчас просто взять и развестись. Нужно немного подождать. Когда ее официально признают пропавшей без вести или…

В этот момент раздается щелчок открывающейся двери.
Они одновременно замолкают. Медленно поворачивают головы.
Несколько секунд в доме стоит абсолютная тишина.
А затем из темного коридора раздается спокойный голос:

— Или погибшей?..

— Юля. Послушай. Это не то, что ты… — Он осекается. Даже у него не поворачивается язык договорить эту пошлость. — Что ты собираешься делать?
— Я подаю на развод.
Он смеётся.
— На развод. Юля. Ну куда ты пойдёшь? А? Ты серьёзно? У тебя даже работы нет. Ты пятнадцать лет дома сидишь. Что ты умеешь? Сырники жарить? — Он наклоняется ближе. — На что ты жить собираешься? На что детей поднимать? Всё, что у тебя есть, — оно моё. Ты без меня — никто.
Каждое слово — как пощёчина. Но мне не больно.
Потому что он только что показал мне себя настоящего. Всего, до дна. И этого человека мне не жалко терять.
— Проживу, — говорю я. — Как-нибудь проживу, Денис.
Я открываю дверь машины. Оборачиваюсь.
— Главное — не с тобой.
***
Они играли мной, как пешкой. Двигали по своей доске, уверенные, что мной можно пожертвовать, что я — мелкая фигурка, разменная монета в чужой партии.
Они забыли одно-единственное правило.
Пешка, которая прошла свой путь до конца, становится королевой.