Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»

40 лет, первая беременность после 20 лет бесплодия. Тяжелые роды и...Вместо счастья мой кавказский муж Джамал выгнал меня на улицу, после того как его мать выставила меня ненормальной, способной убить малыша, а еще я узнала, что у него есть другая... и три дочери от нее. Теперь я одна, мне сорок. меня разлучили с сыном и я жду еще одного ребенка. Джамал не знает... и не узнает. Второго ребенка я не отдам и сделаю все, чтобы вернуть первого.

– Женя, я просто хотела...
– Что ты хотела? – перебивает. Делает шаг вперед. Нависает надо мной. – Устроить очередной спектакль? Выставить меня на посмешище перед всеми?
Сердце колотится. Руки дрожат. Но я не отступаю.
– Я хотела справедливости, – выдавливаю я. – Ты полгода врал мне. Изменял. Обещал ей, что разведешься. А я должна была молчать?
– Справедливости? – он усмехается холодно. – Ты устроила публичную казнь, Людмила. Пригласила моих коллег, родителей, друзей. Показала видео, как я целую другую женщину. И называешь это справедливостью?
– А как еще я узнала бы правду? – голос срывается. – Ты бы продолжал врать!
– Может быть, – соглашается он спокойно. – А может, и нет. Не узнаешь теперь. Потому что выбрала войну. И знай – я не проигрываю. Никогда. У меня есть деньги, адвокаты, связи. А у тебя? Эмоции? Обида? Наивная вера в справедливость?
Он подходит вплотную. Берет мое лицо в ладони.
– Ты моя, Людмила. Всегда была. Всегда будешь. Развода не будет. Потому что я так решил

Сердце ухнуло куда-то вниз. Нет, не может быть. Но я клянусь, я слышала голос Артёма.
Я обернулась. Сбоку от балкона была ещё одна дверь – неприметная, полутёмная, ведущая куда-то дальше, в соседнее помещение. Я знала себя: во мне всегда жила болезненная интуиция. И сейчас она буквально кричала.
Не раздумывая, я подошла и аккуратно дернула за ручку. Дверь поддалась почти бесшумно. Я сделала шаг внутрь – и мир рухнул.
Артём. Мой муж. Мужчина, с которым я прошла столько лет, строила планы, мечтала о будущем. Он был здесь. В объятиях Кати. Нашей бывшей однокурсницы.
– Сильно же ты соскучился по бывшей однокурснице, что буквально залез на нее. –произнесла я не своим голосом, глядя на мужа.

– Что здесь происходит? – вот так просто спросил Арсений.
– А меня тоже интересует ответ на этот вопрос. Почему ты спишь с ровесницами наших дочерей? Значит, как найти время на меня, так Алла отстань, я занят. А вот на любовницу ты время находишь.
– Но я не любовница, – решила так не вовремя вставить свои пять копеек Юля, – Я была на правах его женщины, ведь считала, что вы давно в разводе.
– Мне просто интересно, тебя что, не смутило наличие женских вещей и уходовых средств?
– Он говорил, что вы не успели забрать вещи.
– Как давно вы вместе? Месяц? Полгода? Год? И я всё ещё, по-твоему, просто не забрала вещи?
– Так, хватит! – грубо и властно произнёс Арсений, прямо как султан, успокаивающий свой расшумевшийся гарем. – Юля, уходи, мы с тобой потом поговорим. А ты, Алла, успокойся.

– Это моё развлечение на сегодняшний вечер, – гордо сообщил мне муж, указывая на трёх девиц в коротких платьях рядом. – Мы с тобой официально разведены, а значит, я свободный человек, и могу позволить себе в своём доме всё, что хочу.
Да, мы действительно развелись из-за его многочисленных измен, но муж не отпустил меня, а продолжил удерживать рядом с собой насильно. Ведь если его отец узнает о разводе, то лишит своего сыночка всего: денег, карьеры, статуса.
Уже бывший муж боится этого больше смерти. А я…
Я не просто сбегу из этой клетки, но и устрою грандиозную месть, которая станет для муженька самым худшим кошмаром в его жалкой жизни!

Картина, которая предстала перед глазами, врезалась в сознание навсегда. На кровати, в смятом белье, в нашей спальне… лежали Олег и Алиса. Да, та самая Алиса – сестра моей подруги. Молчаливая, скромная, замкнутая.
Время будто замерло. Я чувствовала, как дрожат руки, как по спине пробегает холод. Но одновременно во мне просыпалась какая-то ледяная ясность.
– Ну что ж, – сказала я тихо, но каждое слово резало воздух, как нож. – Теперь я понимаю, почему ты, Алиса, ни с кем не знакомила своего мужчину.
Губы дрогнули, но я усмехнулась – горько, издевательски.
– Просто этот мужчина оказался моим мужем.
Я смотрела им в глаза, иронично, холодно, словно сама себе не верила, что произношу это вслух.

Наша семья, наше счастье… Всё было так хорошо. Андрей до последнего говорил, что любит меня, и, чувствовала, не обманывал. Зачем же он это сделал?
— Зачем? — шепчу. — Зачем?
Повторяю и повторяю это слово. Тихо, еле слышно, потом громче. Дайте ответ, расскажите, почему так легко ломают судьбы? Как находят что-то дороже настоящего счастья? Услышьте меня кто-нибудь, ответьте!
— Зачем? — кричу, что есть силы.
Подбегаю к двери, бью в неё кулаками. Это вместо Андрея, которому адресован вопрос. Не во вселенную, как думала только что, конкретно ему.
— Зачем ты это сделал? Что было не так? Мы планировали детей, мечтали всю жизнь идти рука об руку. Нам было хорошо вместе! Я любила тебя! Зачем, Андрей? Не молчи, отвечай!
Я не знаю, где он сейчас. Но мой крик, моя боль когда-то настигнет его. И он ответит хотя бы себе, если сумеет разобраться, если захочет…

Из ванной доносился шум воды. Зазвенел телефон Антона. Он лежал на столе, рядом с миской с орехами. Я схватила трубку по инерции:
- Слушаю...
- Оперуполномоченный майор Иванов. Сегодня утром на трассе М10 произошло ДТП. Погибла женщина, Ефросинья Матюшина. Вы ее знаете?
Ефросинья Матюшина. Имя незнакомое. Чужое.
- Нет… Не знаю. Я не знаю такой.
«Скажи, что не знаешь, и положи трубку!» - кричало внутри меня.
- В машине с ней находилась девочка, примерно шести лет, - голос майора был ровным, деловым. - Она не пострадала, если не считать шока. Девочка все время плачет и… зовет папу.
У меня перехватило дыхание. Сердце подкатило к самому горлу.
- Папу? - прошептала я.
- В сумочке погибшей было найдено свидетельство о рождении. На девочку. В графе «отец» записан… Егоров Антон Герасимович. В мобильном телефоне погибшей, - продолжал майор, и его голос впервые дрогнул, будто он и сам понимал, что взрывает мину, - был записан только один номер. Под именем… Антон...

Она открыла дверь и услышала смех.
Женский. Лёгкий, чужой.
В комнате пахло вином и её духами — теми, что он когда-то называл “запахом дома”.

На кровати — двое.
Он. И та, с кем она делилась секретами.

— Ну что ж… — сказала Лилия, спокойно, почти буднично. — Теперь я понимаю, почему вы так редко отвечали на звонки.

И улыбнулась.
Потому что впервые за долгое время почувствовала — боль тоже может быть освобождением.

– Ангелина Петровна? Что случилось?
– Я думала... – она всхлипывает снова, – я думала, когда тебя выносят... то ты труп! Господи, я так боялась! Я молилась, Эленька, я молилась за вас!

– Вы о чем? – мой голос звучит странно. – Я дома. В городе. С детьми делаю уроки.
Пауза. Длинная, тягучая, как мед.
– Элечка... Ну у вас же... у вас сильный пожар. Твоего Сергея и девушку выносили на носилках... Они без сознания оба, и раздетые... совсем раздетые...
Раздетые.
Это слово повисает в воздухе, как приговор. Раздетые. Без сознания. Девушка.
А в трубке женщина рассказывает мне, что мой муж лежит на носилках без сознания. Голый. С какой-то девушкой.
Я медленно опускаюсь на стул. Ноги подкашиваются…
Сережа на даче. Сережа не один. С ним девушка. Молоденькая. Темненькая. Стройная. Длинные волосы.