Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «skachat»

– Теперь твой магазинчик будет моим. То есть нашим с Димой. И шмотки будут другими. Современными и трендовыми. Не то что у тебя были. Выйдем на мировой рынок, будем грести деньги лопатой. Нам нужно много денег. Мы кстати планируем ребенка.
– Дима же не хочет детей…
– Это от тебя он их не хотел. А со мной хочет завести как минимум троих. Обидно, да? Не переживай, это ненадолго.
– И как ты будешь жить после этого?
– Да нормально буду жить, – ответила Юля. По голосу было понятно, что она улыбалась. – Я не такая как ты. Не такая добрая, доверчивая и эмпатичная. И не такая долбанутая, чтобы пахать без выходных.
– Я так понимаю, что мои банковские карты тоже у вас?
– У нас. Тебе они все равно больше не понадобятся.

— Это твой сын? — я положила его телефон прямо перед ним на мрамор, экраном вверх. Там всё еще светилось сообщение и крошечное лицо новорожденного мальчика. — Отвечай. Да или нет.

— Какая разница, чей? — выплюнул он. — Ты не имеешь права устраивать мне допросы в моем собственном доме! Я мужчина, я имею право на продолжение рода!

— Значит, правда. Десять лет стимуляций. Три протокола ЭКО. И каждый раз ты держал меня за руку и говорил: «Радочка, нам никто не нужен, мы проживем вдвоем». А сам в это время?..

— А сам в это время смотрел, как тает моя жизнь! Мне сорок три года! Все мои партнеры возят сыновей в частные школы, а я возвращаюсь в эту стерильную гробницу! Ребенок от суррогатной матери! Слышишь? Завтра его привезут сюда. Ты всё равно будешь его воспитывать. Ты же мать. Не устраивай балаган.

"— Пошла вон из моего дома! Кем вырастет дочь у матери-шлюхи?! Полина останется со мной, ты её больше не увидишь!"
Мой муж, миллиардер Глеб Беркутов, швырнул мне в лицо золотую запонку своего заклятого врага. В нашей спальне пахло чужим парфюмом, на полу валялась мужская рубашка. Мой мир рухнул. Меня опоили и жестоко подставили, но ослепший от ярости Глеб не дал мне сказать ни слова. Меня, его любимого «Лисенка», вышвырнули на мороз в одном халате, отобрав трехлетнюю дочь.
Он не знал двух вещей.
Первое: в моей сумочке остался снимок УЗИ — я беременна нашим вторым ребенком, которого Глеб теперь считает чужим.
Второе: многомиллиардный мегаполис, который он сейчас строит, стоит на моей личной земле. Теперь правила диктую я.

— Наталья Соболева. Три года стажа. Ни одной авторской методики, ни одной сложной операции без ассистента. Ты хоть читал её личное дело, прежде чем подписывать приказ?
— Читал.
— И что там? Просвети меня.
— Вера, не начинай.
— Я уже начала, — кладу ладони на его стол, наклоняюсь. — Отвечай прямо. Почему она, а не я?
Он молчит секунду дольше приличного, отводит глаза к окну.
— Совет считает, ей нужен шанс проявить себя как руководителю.
— Совет считает, — повторяю медленно, будто пробую слово на вкус. — А ты сам что считаешь, Андрей? Ты вообще там был? Голосовал?
— Вера, я не обязан перед тобой отчитываться за каждый голос совета.
— Обязан, — говорю жёстко. — Мы муж и жена. Или это тоже теперь формальность?
Он вздрагивает почти незаметно, будто вопрос попал куда-то в незащищённое место, но тут же берёт себя в руки.
— Что за странная формулировка?
— Просто спросила, — пожимаю плечами.
— Не смей трогать Наташу, — вдруг рявкает он, вставая так резко, что кресло откатывается к

🔥КНИГА ЗАВЕРШЕНА!

— Ты знаешь, какой сегодня день?
— Знаю. Поэтому и выбрал его.
— Что — выбрал?
— День. Ты дала мне жизнь в этот день. Пусть в этот день я её и возьму. В свои руки.
— С другой.
— С другой. У меня будет сын.
— У тебя есть я, — говорит наша дочь.
— Это другое, Ника. Дочь — это дочь, а сын — это наследник.
— Почему так быстро? До пятницы.
— Потому что тянуть незачем. Срок — четыре месяца. Всё должно быть оформлено до родов.
— Она знает, что у тебя моя почка?
— Она знает, что у меня будет сын.
Телефон вспыхивает. Он берёт трубку при мне. При дочери.
— Да, малыш. Почти закончил. Еду. Что? Гранаты? Заеду.
— «Закончил», — повторяю я. — Это ты про меня.
— Не надо сцен, Влада. Ты сильная. Ты справишься.

Переступаю порог и замираю от представшей моим глазам картины.
Игорь сидит на стуле, а на его коленях восседает Лена. Её платье спущено на талию.
Они так увлечены процессом, что даже не замечают моего появления.
Всего за несколько секунд в моей голове пролетает несколько сценариев того, как поступить дальше.
Первый – схватить Лену за волосы, стащить с Игоря и приложить головой о стену. Мужу в лицо прилетит поднос.
Второй – схватить Лену за волосы, стащить с Игоря и выволочь её в зал к гостям.
Я выбираю третий вариант…

Думала, что измена - это самый отвратительный поступок.мужа, но как же я ошибалась

Жилой комплекс «Панорама». Элитные апартаменты, хорошие чаевые за вызов и капризные пациенты.
— Что там?
— Аллергическая реакция. Женщина, 29 лет.
— Открыто, заходите быстрее! — голос из-за двери звучал глухо, но что-то в нем показалось странно знакомым.
Я толкнула дверь, вошла первой... И застыла. Широкая кровать со смятыми простынями, пушистое покрывало сбито на пол... Я увидела все это за долю секунды, прежде чем наконец посмотрела на людей.
На краю кровати, сидел мой муж, в одних брюках, босой, с растрепанными волосами, рядом с полуголой девушкой в постели…
— Марина...
Он произнес мое имя так, будто оно было раскаленным и обожгло ему губы.
— Отойдите от пациентки, вы мешаете работать.
— Я не знал, что у нее аллергия на… — он замялся. — На латекс.

💔 Я звонила мужу из задымлённого номера. Четыре раза. Он не ответил. Меня и нашу кошку сняли с балкона пожарные.
А на парковке я увидела Руслана: живого, невредимого, обнимающего другую женщину. На ней была его рубашка. Семь лет я называла этого человека своей опорой. Кого он выбрал, когда начался пожар?
✨ Игнат в ту ночь успел за мной. Но я не обещала ему стать удобной женщиной из благодарности за спасение.
Муж просит вернуться, кошка осваивает мою новую квартиру, а я считаю деньги на собственный кабинет.
Рядом с Игнатом снова хочется смеяться и строить планы. Только услышит ли он моё «нет», когда наши желания впервые не совпадут?

— Попросите мужа встать рядом, — говорю я, не отрываясь от камеры.

— Он уже поднимается, — улыбается беременная женщина.

Дверь чужой студии открывается — и в кадр входит мой муж.

Я приехала подменить заболевшую подругу и случайно сняла конец своего девятнадцатилетнего брака. Лидия ждёт ребёнка от Игоря. Игорь требует молчать до важной сделки: образ «идеального семьянина» нужен его бизнесу. А наши фотографии он уже превратил в рекламу семейных ценностей — без моего согласия.

Ему кажется, что я останусь удобной женой и сохраню красивую картинку. Но я фотограф и знаю: правда всегда проявляется.

Пока я собираю доказательства его лжи, защищаю дочь и запускаю проект о женщинах, начавших жизнь заново, рядом появляется Роман Бекетов — вдовец, который не обещает спасти меня и не просит быть удобной.

Смогу ли я закрыть дверь в прошлое, если муж не собирается отпускать, а новая любовь приходит раньше, чем я готова снова поверить?

— Мне нужно всего пять дней.
— Восемь месяцев назад тебе хватило одного, чтобы уйти к другой.

В пятницу вечером Ирина собиралась на первое свидание после развода. Вместо этого на её пороге появился бывший муж — с чемоданом, мокрыми вещами и настоящим потопом в съёмной квартире.

Пять дней. Отдельная комната. Никаких попыток изображать семью.

Условия казались предельно простыми.

Только уже утром Олег варит тот самый кофе, чинит старую дверцу шкафа и открывает входную дверь своим ключом. А за дверью стоит Дмитрий — сосед, который совсем скоро должен повести Ирину на свидание.

И почему-то Олег представляется ему вовсе не бывшим мужем.

За несколько дней квартира слишком быстро начинает вспоминать прежнюю жизнь. Вот только сама Ирина впервые за много лет хочет совсем другую.

И чем ближе среда, тем меньше ей кажется, что бывший пришёл сюда только из-за потопа.