Книги в жанре «Романы о неверности»
Я пожертвовал карьерой, ушел от дел в нашей фирме, чтобы посвятить себя воспитанию дочери, ведь моя жена Катя не хотела ребенка. А позже и вовсе нас бросила, уехав за границу с новым мужчиной и всеми нашими деньгами. Но как говорят: «Трудности случаются, чтобы мы могли осознать свой потенциал и истинную силу».
Я взяла телефон. Приняв звонок, ответила
– Да милый?
В ответ услышала тишину, потом шорох. После, послышался голос, будто фоном.
– Подожди, Мариш… Я обещал своей вернуться пораньше.
У меня внутри что-то оборвалось.
Чужое имя вспыхнуло в голове, как оскорбление, как пощёчина, как удар под дых.
– Ва-ась, котик мой… – протянула она игриво. – Я сейчас начну тебя ревновать… Хотя я и так тебя ревную.
– Да не ревнуй, – сказал Вася. – Она жена, Мариш. Тебе не нужно к ней ревновать. Ты же появилась уже тогда, когда я был женат.
– Только теперь я в твоей жизни более значима, чем она. Всё свободное время ты проводишь со мной. Правда, котик мой?
Одно движение – и звонок оборвался. Я сбросила.
Теперь уже сама нажала на вызов.
Вася ответил мгновенно.
– Солнышко моё! – бодрый, радостный, весёлый голос. – Я уже собираюсь. Скоро буду дома.
– Не знаю, куда ты собираешься ехать. Но можешь оставаться там, где ты сейчас. Рядом со своей Маришей. – ответила не своим голосом
– Да милый?
В ответ услышала тишину, потом шорох. После, послышался голос, будто фоном.
– Подожди, Мариш… Я обещал своей вернуться пораньше.
У меня внутри что-то оборвалось.
Чужое имя вспыхнуло в голове, как оскорбление, как пощёчина, как удар под дых.
– Ва-ась, котик мой… – протянула она игриво. – Я сейчас начну тебя ревновать… Хотя я и так тебя ревную.
– Да не ревнуй, – сказал Вася. – Она жена, Мариш. Тебе не нужно к ней ревновать. Ты же появилась уже тогда, когда я был женат.
– Только теперь я в твоей жизни более значима, чем она. Всё свободное время ты проводишь со мной. Правда, котик мой?
Одно движение – и звонок оборвался. Я сбросила.
Теперь уже сама нажала на вызов.
Вася ответил мгновенно.
– Солнышко моё! – бодрый, радостный, весёлый голос. – Я уже собираюсь. Скоро буду дома.
– Не знаю, куда ты собираешься ехать. Но можешь оставаться там, где ты сейчас. Рядом со своей Маришей. – ответила не своим голосом
Если уличаешь мужа в измене — у тебя должен быть план.
А у Лены… нет ничего.
Двое детей.
Муж, который предает её снова и снова.
Квартира, доставшаяся ему от бабушки.
Родители, которые «знают, как правильно».
И страх — такой сильный, что он давно заменил ей жизнь.
Она живёт, как в «дне сурка»: дом, заботы, обязанности и бесконечное «надо».
Пока однажды судьба не делает за неё то, на что она сама не решалась годами.
В парке Лена случайно видит мужа с его новой пассией.
А вечером он приходит домой — уверенный, спокойный, будто ничего не произошло.
Как будто у неё нет глаз. И нет сердца.
Но именно в этот момент Лена понимает:
или она начинает жить, или окончательно исчезает в чужой жизни.
Это история о женщине, которая наконец увидела собственную ценность…
И сделала первый шаг к жизни, где решает она — а не чужая ложь.
А у Лены… нет ничего.
Двое детей.
Муж, который предает её снова и снова.
Квартира, доставшаяся ему от бабушки.
Родители, которые «знают, как правильно».
И страх — такой сильный, что он давно заменил ей жизнь.
Она живёт, как в «дне сурка»: дом, заботы, обязанности и бесконечное «надо».
Пока однажды судьба не делает за неё то, на что она сама не решалась годами.
В парке Лена случайно видит мужа с его новой пассией.
А вечером он приходит домой — уверенный, спокойный, будто ничего не произошло.
Как будто у неё нет глаз. И нет сердца.
Но именно в этот момент Лена понимает:
или она начинает жить, или окончательно исчезает в чужой жизни.
Это история о женщине, которая наконец увидела собственную ценность…
И сделала первый шаг к жизни, где решает она — а не чужая ложь.
— Мам, ну какой Север? Это байка для Даши. Ты же не глупая, как она. Я перееду жить на квартиру.
— С Аленой? Ты не боишься, что жена все узнает?
— И что она сделает? Ты же видишь, как она изменилась после родов: послеродовой живот, целлюлит. С такими данными и прицепом в придачу она далеко не убежит.
Моя привычная жизнь рухнула в одно мгновение. Любовь, доверие, семья – всё оказалось горькой ложью. Мой мир, такой бережно построенный, превратился в прах. Осталась лишь леденящая пустота. Но иногда нужно потерять всё, чтобы обрести свое настоящее счастье.
— С Аленой? Ты не боишься, что жена все узнает?
— И что она сделает? Ты же видишь, как она изменилась после родов: послеродовой живот, целлюлит. С такими данными и прицепом в придачу она далеко не убежит.
Моя привычная жизнь рухнула в одно мгновение. Любовь, доверие, семья – всё оказалось горькой ложью. Мой мир, такой бережно построенный, превратился в прах. Осталась лишь леденящая пустота. Но иногда нужно потерять всё, чтобы обрести свое настоящее счастье.
— Да, я спал с твоей сестрой, – не отпирается муж, – ну и что ты сделаешь, Яся? – его тон сочится недоверием.
— Как ты мог… — шепчу, пугаясь злого взгляда.
— Просто. Если интересно, даже с удовольствием, — смеется надо мной.
Он не верит, что я смогу перешагнуть порог.
Но у меня хватило сил развернуться и уйти. Простить я не смогла, подала на развод. Я унесла с собой больше, чем боль.
Унесла беременность, рассказывать о которой не планировала.
Но бывший узнал и нашел меня, чтобы вернуть.
Полгода спустя открываю дверь и вижу его.
— Нагулялась? — спрашивает, опуская взгляд на мой округлившийся живот, — и нагуляла... ну ничего, сделаешь аборт. Собирайся, возвращаемся домой.
— Как ты мог… — шепчу, пугаясь злого взгляда.
— Просто. Если интересно, даже с удовольствием, — смеется надо мной.
Он не верит, что я смогу перешагнуть порог.
Но у меня хватило сил развернуться и уйти. Простить я не смогла, подала на развод. Я унесла с собой больше, чем боль.
Унесла беременность, рассказывать о которой не планировала.
Но бывший узнал и нашел меня, чтобы вернуть.
Полгода спустя открываю дверь и вижу его.
— Нагулялась? — спрашивает, опуская взгляд на мой округлившийся живот, — и нагуляла... ну ничего, сделаешь аборт. Собирайся, возвращаемся домой.
Иду в ванную – мне нужно умыться, вернуть себе контроль. Включаю воду, наклоняюсь над раковиной – и вижу.
На полочке, среди моих кремов и тоников, лежит помада. Яркая, дорогая – я узнаю бренд, тысяч пять за штуку. Оттенок тёмно-красный, почти бордовый. Не мой. У меня нюдовые тона, я не ношу яркое – не идёт к моим светло-русым волосам и бледной коже.
Я беру помаду. Не галлюцинация. Откручиваю – использованная, стёрта наискосок. Кто-то красилась этим. Недавно.
Кто?
Я ставлю помаду обратно. Руки дрожат. Оборачиваюсь – и вижу на краю ванны длинный тёмный волос. Он лежит на белой эмали, почти чёрный, волнистый. Мои волосы короткие, до плеч, светлые. Это не мой волос.
Мир начинает качаться.
Возвращаюсь в спальню. Смотрю на постель. Подхожу. Откидываю одеяло. На подушке – ещё один волос. Длинный. Тёмный.
Я сажусь на кровать. Дышать трудно. В голове вакуум.
Кто-то был здесь. В моей постели. Женщина. С тёмными волосами и дорогой помадой.
Когда?
На полочке, среди моих кремов и тоников, лежит помада. Яркая, дорогая – я узнаю бренд, тысяч пять за штуку. Оттенок тёмно-красный, почти бордовый. Не мой. У меня нюдовые тона, я не ношу яркое – не идёт к моим светло-русым волосам и бледной коже.
Я беру помаду. Не галлюцинация. Откручиваю – использованная, стёрта наискосок. Кто-то красилась этим. Недавно.
Кто?
Я ставлю помаду обратно. Руки дрожат. Оборачиваюсь – и вижу на краю ванны длинный тёмный волос. Он лежит на белой эмали, почти чёрный, волнистый. Мои волосы короткие, до плеч, светлые. Это не мой волос.
Мир начинает качаться.
Возвращаюсь в спальню. Смотрю на постель. Подхожу. Откидываю одеяло. На подушке – ещё один волос. Длинный. Тёмный.
Я сажусь на кровать. Дышать трудно. В голове вакуум.
Кто-то был здесь. В моей постели. Женщина. С тёмными волосами и дорогой помадой.
Когда?
ЗАВЕРШЕНО!
- Ленка мне изменила тогда, много лет назад… Потому я с тобой и связался. Решил – женюсь на серой мышке, на которую никто больше и не посмотрит, которая не предаст. Ты как раз такая была… некрасивая, скучная. Не обижайся, Тонь, правда ведь.
Эти откровения мужа меня настигли на восемнадцатом году брака. Когда я узнала о том, что он мне изменил с моей подругой.
Которую, как выяснилось, Стас любил когда-то. И так и не забыл.
- Заодно и ей отомстить хотел, - продолжает он. – Что её, шикарную, на такую, как ты, променял.
- Вот так отомстил! – огрызаюсь я. – Испортил жизнь мне и нашим детям!
- Не драматизируй. И давай без сцен. Просто мирно разойдемся.
- Значит, снова к ней побежишь, как пёсик? Забудешь, как она тебя предала?
- Это давно было. Теперь мы с ней все заново начнём. Я ведь её люблю. Она моя единственная.
- А я кем была все эти годы? Запасной?
- Выходит, что так.
- Ленка мне изменила тогда, много лет назад… Потому я с тобой и связался. Решил – женюсь на серой мышке, на которую никто больше и не посмотрит, которая не предаст. Ты как раз такая была… некрасивая, скучная. Не обижайся, Тонь, правда ведь.
Эти откровения мужа меня настигли на восемнадцатом году брака. Когда я узнала о том, что он мне изменил с моей подругой.
Которую, как выяснилось, Стас любил когда-то. И так и не забыл.
- Заодно и ей отомстить хотел, - продолжает он. – Что её, шикарную, на такую, как ты, променял.
- Вот так отомстил! – огрызаюсь я. – Испортил жизнь мне и нашим детям!
- Не драматизируй. И давай без сцен. Просто мирно разойдемся.
- Значит, снова к ней побежишь, как пёсик? Забудешь, как она тебя предала?
- Это давно было. Теперь мы с ней все заново начнём. Я ведь её люблю. Она моя единственная.
- А я кем была все эти годы? Запасной?
- Выходит, что так.
– Восемнадцать лет вместе. Двое детей. Дом – полная чаша. И ты всё разрушила. – шёпот мужа был наполнен тихой яростью. – Не могла, как все нормальные бабы перетерпеть? Закрыть глаза и сделать вид, что ничего не происходит? Теперь ты довольна, Олюшка? Хорошо тебе сейчас живётся?
Дима резко отшатнулся сам и брезгливо оттолкнул меня.
– Плохо живётся. – тихо призналась я.
– А не надо было уходить из семьи. – зло выдохнул муж.
– Девку твою стерпеть должна была? – горько усмехнулась я.
– Ну и стерпела бы, не переломилась. – со злой насмешкой посмотрел на меня Дима. – Зато сейчас наших с тобой детей воспитывала бы ты сама, а не моя девка.
Дима резко отшатнулся сам и брезгливо оттолкнул меня.
– Плохо живётся. – тихо призналась я.
– А не надо было уходить из семьи. – зло выдохнул муж.
– Девку твою стерпеть должна была? – горько усмехнулась я.
– Ну и стерпела бы, не переломилась. – со злой насмешкой посмотрел на меня Дима. – Зато сейчас наших с тобой детей воспитывала бы ты сама, а не моя девка.
- Лиля, не делай из мухи слона! - фыркнул муж, разводя руками. - Это не измена! Это… геометрическая прогрессия чувств!
- Геометрическая прогрессия? - я сделала шаг вперёд. - Леша, дорогой. Ты перепутал. Наш брак не прогрессия. А ты, - я посмотрела на Катю. - Биссектриса, которая крыса да? Она же у нас по углам бегает...
- Лиля! - с возмущением произнес мое имя муж. - Не говори с ней так!
Я презрительно фыркнула. Он ее еще и защищает. Супер!
- Геометрическая прогрессия? - я сделала шаг вперёд. - Леша, дорогой. Ты перепутал. Наш брак не прогрессия. А ты, - я посмотрела на Катю. - Биссектриса, которая крыса да? Она же у нас по углам бегает...
- Лиля! - с возмущением произнес мое имя муж. - Не говори с ней так!
Я презрительно фыркнула. Он ее еще и защищает. Супер!
— Кто эта женщина, Егор? — с изумлением заглядываю через плечо мужа.
Муж быстро убирает телефон в карман.
— Никто.
— Тогда почему она шлёт тебе свои фото?
— Понятия не имею. Мало ли охотниц за богатыми мужиками. Почему ты всё время подкрадываешься ко мне со спины?
— Ты всегда называл мою поступь кошачьей.
— Но не теперь, когда у тебя щёки как у хомячка… О чём ты хотела поговорить, любовь моя?
Сминаю в кармане полоску теста. Только бы не разреветься. Я ношу под сердцем нашего третьего ребёнка. Лишь бы не потерять его. Ведь сегодня и я получила от незнакомого абонента фотографию. Как же ты мог так поступить с нами, любимый?
Муж быстро убирает телефон в карман.
— Никто.
— Тогда почему она шлёт тебе свои фото?
— Понятия не имею. Мало ли охотниц за богатыми мужиками. Почему ты всё время подкрадываешься ко мне со спины?
— Ты всегда называл мою поступь кошачьей.
— Но не теперь, когда у тебя щёки как у хомячка… О чём ты хотела поговорить, любовь моя?
Сминаю в кармане полоску теста. Только бы не разреветься. Я ношу под сердцем нашего третьего ребёнка. Лишь бы не потерять его. Ведь сегодня и я получила от незнакомого абонента фотографию. Как же ты мог так поступить с нами, любимый?
Выберите полку для книги