Книги в жанре «Романы о неверности»
— А ты думаешь, я шутила, когда говорила тебе о разводе? Макс, ты меня предал! И не только меня — всех, кто в тебя верил.Он резко оборачивается, в глазах вспыхивает искра раздражения, но тут же гаснет.
— Да, я облажался, признаю. И что,ты даже не хочешь услышать, что я тебе скажу на всё это? — в голосе отчаяние, почти мольба.Я делаю шаг назад, словно его близость обжигает.
— Нет, не хочу. Потому что я не изменю своего решения. — слова повисают в воздухе, пропитанные напряжением, как грозовые тучи перед бурей.Макс проводит рукой по лицу, будто пытается собраться с мыслями. Затем делает шаг ко мне, берёт за руку. Его пальцы холодные, но хватка крепкая.
— Давай просто всё забудем, — произносит тихо, почти нежно. — Начнём с чистого листа.
Его слова вызывают у меня горький смех — резкий, почти истеричный.
— Забыть? Серьёзно? То есть ты предлагаешь мне забыть то, что я видела? И после этого — продолжить жить как ни в чём не бывало? Так выходит? — голос дрожит, но я не останавливаюсь.
— Да, я облажался, признаю. И что,ты даже не хочешь услышать, что я тебе скажу на всё это? — в голосе отчаяние, почти мольба.Я делаю шаг назад, словно его близость обжигает.
— Нет, не хочу. Потому что я не изменю своего решения. — слова повисают в воздухе, пропитанные напряжением, как грозовые тучи перед бурей.Макс проводит рукой по лицу, будто пытается собраться с мыслями. Затем делает шаг ко мне, берёт за руку. Его пальцы холодные, но хватка крепкая.
— Давай просто всё забудем, — произносит тихо, почти нежно. — Начнём с чистого листа.
Его слова вызывают у меня горький смех — резкий, почти истеричный.
— Забыть? Серьёзно? То есть ты предлагаешь мне забыть то, что я видела? И после этого — продолжить жить как ни в чём не бывало? Так выходит? — голос дрожит, но я не останавливаюсь.
— Я все знаю, Егор.
— Что ты знаешь? — он смотрит на меня такими невинными глазами, что в другое время я бы безоговорочно ему поверила, но не сегодня.
— Лиля мне все рассказала, хватит врать.
Вижу, как меняется его взгляд, он не испуганный, нет, он вдруг становится холодным, как сталь.
— Видит бог, я не хотел причинять тебе боль, но раз уж так вышло, может, это и к лучшему.
Вот теперь мне становится по-настоящему страшно. Он не отпирается, не пытается превратить все в шутку, оправдаться, сказать, что ошибся, что любит меня. Я физически чувствую, как между нами леденеет пространство, как из его голубых глаз исчезают остатки нежности и тепла.
— Двадцать лет — слишком долгий срок, чтобы любить одну женщину, Вика.
— Что ты знаешь? — он смотрит на меня такими невинными глазами, что в другое время я бы безоговорочно ему поверила, но не сегодня.
— Лиля мне все рассказала, хватит врать.
Вижу, как меняется его взгляд, он не испуганный, нет, он вдруг становится холодным, как сталь.
— Видит бог, я не хотел причинять тебе боль, но раз уж так вышло, может, это и к лучшему.
Вот теперь мне становится по-настоящему страшно. Он не отпирается, не пытается превратить все в шутку, оправдаться, сказать, что ошибся, что любит меня. Я физически чувствую, как между нами леденеет пространство, как из его голубых глаз исчезают остатки нежности и тепла.
— Двадцать лет — слишком долгий срок, чтобы любить одну женщину, Вика.
- Что это? – хмурю брови глядя на золотистую карточку в своих руках.
- Приглашение на свадьбу, - отвечает мой муж.
- Разве Ахмед женится?
- Нет. Не женится! – холодно произносит муж. – Я беру в дом вторую жену!
Роняю приглашение на пол и ошарашенно смотрю на мужа.
- Аслан! Как же так? – губы начинают трястись от обиды. – А ты меня спросил?
Аслан кривится от моих слов.
- Я не обязан спрашивать разрешения. Аллах дозволяет мне иметь четырех жен.
От его слов невольно по щекам начинают течь слезы. Еще недавно я думала, что у нас большая и дружная семья. Трое детей и заботливый муж, но все разрушилось в одночасье. В тот момент, когда муж решил взять в дом вторую жену…
- Приглашение на свадьбу, - отвечает мой муж.
- Разве Ахмед женится?
- Нет. Не женится! – холодно произносит муж. – Я беру в дом вторую жену!
Роняю приглашение на пол и ошарашенно смотрю на мужа.
- Аслан! Как же так? – губы начинают трястись от обиды. – А ты меня спросил?
Аслан кривится от моих слов.
- Я не обязан спрашивать разрешения. Аллах дозволяет мне иметь четырех жен.
От его слов невольно по щекам начинают течь слезы. Еще недавно я думала, что у нас большая и дружная семья. Трое детей и заботливый муж, но все разрушилось в одночасье. В тот момент, когда муж решил взять в дом вторую жену…
– Ты стала скучнее своих отчетов, – продолжает он. – У меня творческая работа, мне нужно вдохновение. А что я получаю от тебя? Разговоры о коммунальных платежах и закупках на неделю. Что-то стиральная машина барахлит. Ах ты опять не вызвал мастера! Нужно сделать генеральную уборку в выходные.
– Виталик... Но это нормально. Мы взрослые люди и сами организовываем свой быт…
– И ты думаешь, что с тобой на Мальдивах было бы по-другому? – Он смеется, но смех этот злой, неприятный. – Ты бы и там сидела с ноутбуком, доделывала свой отчет. Или считала, сколько мы потратили на обед. Какой смысл было брать тебя? Чтобы испортить себе отдых? Который, между прочим, дорогого стоит!
Неужели он меня так видит?
– Значит, все дело во мне? – усмехаюсь.
– Ну конечно. Ты же умная, должна понимать. Я творческий человек! Мне нужны эмоции, впечатления.
Я узнала, что мой муж купил тур на двоих. Мальдивы, моя мечта. Только лететь туда он собрался не со мной, а со своей молодой любовницей.
– Виталик... Но это нормально. Мы взрослые люди и сами организовываем свой быт…
– И ты думаешь, что с тобой на Мальдивах было бы по-другому? – Он смеется, но смех этот злой, неприятный. – Ты бы и там сидела с ноутбуком, доделывала свой отчет. Или считала, сколько мы потратили на обед. Какой смысл было брать тебя? Чтобы испортить себе отдых? Который, между прочим, дорогого стоит!
Неужели он меня так видит?
– Значит, все дело во мне? – усмехаюсь.
– Ну конечно. Ты же умная, должна понимать. Я творческий человек! Мне нужны эмоции, впечатления.
Я узнала, что мой муж купил тур на двоих. Мальдивы, моя мечта. Только лететь туда он собрался не со мной, а со своей молодой любовницей.
-Дашк, - с порога заявил муж, - это Оля.
Тогда я впервые увидела ЕЕ.
Я окинула ее надменным взглядом и даже не пыталась сдержать смешок.
-Какая по счету, Вить? - усмехнулась я. Муж неожиданно смутился и нахмурил брови.
-В смысле?
-Нуу... Оля, Света, Катя, - я загибала пальцы, девушка за спиной мужа нервно переминалась с ноги на ногу, - и это только за последние два года!
Оля вспыхнула и бросила гневный взгляд на МОЕГО мужа.
-А ты думала, ты у него единственная, милочка? - обратилась я к девушке, - ну кроме законной жены, естественно. Он то лапши на уши умеет навешать...
-Дашк, харош! - психанул муж.
Тогда я впервые увидела ЕЕ.
Я окинула ее надменным взглядом и даже не пыталась сдержать смешок.
-Какая по счету, Вить? - усмехнулась я. Муж неожиданно смутился и нахмурил брови.
-В смысле?
-Нуу... Оля, Света, Катя, - я загибала пальцы, девушка за спиной мужа нервно переминалась с ноги на ногу, - и это только за последние два года!
Оля вспыхнула и бросила гневный взгляд на МОЕГО мужа.
-А ты думала, ты у него единственная, милочка? - обратилась я к девушке, - ну кроме законной жены, естественно. Он то лапши на уши умеет навешать...
-Дашк, харош! - психанул муж.
– Я тебя посажу! – ору в лицо этой бешеной самурайке.
– Я уже насиделась в запасе. Хватит! Теперь твоя очередь покинуть арену! – парирует вертихвостка и смотрит на меня с ненавистью. – У нас с Макаром сын. А ты, ромашка-пустоцвет, больше ему не нужна! Убирайся подальше отсюда!
Хватаю ртом воздух.
Этот удар посильнее хука в глаз. Я четыре года пыталась забеременеть. Прошла девять кругов ада в больницах и медицинских центрах, где все мне говорили, что мы с Макаром абсолютно здоровы в репродуктивном плане.
А теперь узнаю, что у Макара есть сын на стороне!
Сын…
Сегодня после игры я хотела отпраздновать победу команды, в которой не сомневалась, и показать тест с двумя полосками. Но оказывается, Торецкий уже получил то, о чём мечтал.
От другой.
И моя беременность ему без надобности…
– Я уже насиделась в запасе. Хватит! Теперь твоя очередь покинуть арену! – парирует вертихвостка и смотрит на меня с ненавистью. – У нас с Макаром сын. А ты, ромашка-пустоцвет, больше ему не нужна! Убирайся подальше отсюда!
Хватаю ртом воздух.
Этот удар посильнее хука в глаз. Я четыре года пыталась забеременеть. Прошла девять кругов ада в больницах и медицинских центрах, где все мне говорили, что мы с Макаром абсолютно здоровы в репродуктивном плане.
А теперь узнаю, что у Макара есть сын на стороне!
Сын…
Сегодня после игры я хотела отпраздновать победу команды, в которой не сомневалась, и показать тест с двумя полосками. Но оказывается, Торецкий уже получил то, о чём мечтал.
От другой.
И моя беременность ему без надобности…
— Я люблю тебя, — повторяет он отчаянно. — Аня, я действительно люблю. То, что было с Викой — это ошибка, минутная слабость. Ты — моя жизнь, мое будущее.
— Или моя фамилия — твое будущее? — спрашиваю я. — Должность директора, которую папа обещал тебе после свадьбы?
Лёша бледнеет.
— Ты думаешь, что я женюсь на тебе из-за карьеры?
— А разве нет? — я смотрю ему в глаза. — Признайся честно, Лёша.
Он молчит слишком долго.
— Отвечай! — кричу я.
— Я не знаю! — выкрикивает он в ответ. — Черт возьми, Аня, я не знаю! Да, карьера важна для меня. Да, возможность занять хорошую должность — это то, о чем я мечтал всю жизнь. Но это не значит, что я не люблю тебя!
— Не значит, что любишь, — отвечаю я тихо.
***
Три года я была для него инвестицией. Билетом в лучшую жизнь. А я думала, что это любовь.
— Или моя фамилия — твое будущее? — спрашиваю я. — Должность директора, которую папа обещал тебе после свадьбы?
Лёша бледнеет.
— Ты думаешь, что я женюсь на тебе из-за карьеры?
— А разве нет? — я смотрю ему в глаза. — Признайся честно, Лёша.
Он молчит слишком долго.
— Отвечай! — кричу я.
— Я не знаю! — выкрикивает он в ответ. — Черт возьми, Аня, я не знаю! Да, карьера важна для меня. Да, возможность занять хорошую должность — это то, о чем я мечтал всю жизнь. Но это не значит, что я не люблю тебя!
— Не значит, что любишь, — отвечаю я тихо.
***
Три года я была для него инвестицией. Билетом в лучшую жизнь. А я думала, что это любовь.
Полина вдруг замолчала. Потянулась к телефону, который завибрировал на столике. Я машинально подняла взгляд – и мир на секунду перестал существовать.
На заставке её телефона был Игнат.
Мой Игнат. Мой муж…
Я замерла внутри. Словно кто-то нажал кнопку паузы.
– Красивый мужчина, – сказала я, удивляясь тому, как ровно прозвучал мой голос. – Это… кто у тебя на заставке?
Полина оживилась. Как всегда, когда речь заходила о личном.
– А… – она улыбнулась мягко, почти мечтательно. – Это мой любимый человек.
Каждое слово попадало внутрь меня, как капля кислоты.
– У вас серьёзно? – спросила я, всё ещё глядя на своё отражение в зеркале, а не на неё.
– Сложно, – вздохнула она. – Он давно обещал развестись… но всё тянется. Жалеет жену. Она у него больная.
Я едва не рассмеялась. Громко. Истерично. До слёз.
Больная жена…
Это я-то больная жена?
На заставке её телефона был Игнат.
Мой Игнат. Мой муж…
Я замерла внутри. Словно кто-то нажал кнопку паузы.
– Красивый мужчина, – сказала я, удивляясь тому, как ровно прозвучал мой голос. – Это… кто у тебя на заставке?
Полина оживилась. Как всегда, когда речь заходила о личном.
– А… – она улыбнулась мягко, почти мечтательно. – Это мой любимый человек.
Каждое слово попадало внутрь меня, как капля кислоты.
– У вас серьёзно? – спросила я, всё ещё глядя на своё отражение в зеркале, а не на неё.
– Сложно, – вздохнула она. – Он давно обещал развестись… но всё тянется. Жалеет жену. Она у него больная.
Я едва не рассмеялась. Громко. Истерично. До слёз.
Больная жена…
Это я-то больная жена?
— Ты думаешь я прощу тебя? Ведь ты врешь мне и сейчас. Вот так смотришь в глаза и врешь.
— Ты о чем?
— Наверно дорогой маникюр у твоей подруги. Она знатно поцарапала твою спину в порыве страсти.
Сергей от неожиданности округлил глаза, поняв, что его раскусили. Я попала прямо в цель, и теперь он смотрел на меня, словно пойманный преступник.
Лицо его побагровело, в уголках губ заиграла нервная дрожь. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвалось лишь невнятное мычание. Я молчала, наблюдая за его реакцией, наслаждаясь моментом его разоблачения.
— Свет, это было в последний раз… Обещаю, что это не повторится! Она сама набросилась на меня, когда я сказал, что выбрал тебя, свою жену… Все кончено, слышишь? Кончено! Я люблю только тебя, Свет...
— Ты о чем?
— Наверно дорогой маникюр у твоей подруги. Она знатно поцарапала твою спину в порыве страсти.
Сергей от неожиданности округлил глаза, поняв, что его раскусили. Я попала прямо в цель, и теперь он смотрел на меня, словно пойманный преступник.
Лицо его побагровело, в уголках губ заиграла нервная дрожь. Он попытался что-то сказать, но из горла вырвалось лишь невнятное мычание. Я молчала, наблюдая за его реакцией, наслаждаясь моментом его разоблачения.
— Свет, это было в последний раз… Обещаю, что это не повторится! Она сама набросилась на меня, когда я сказал, что выбрал тебя, свою жену… Все кончено, слышишь? Кончено! Я люблю только тебя, Свет...
😱Внебрачный сын мужа учится в первом классе, который я веду.
Его мать – выпускница нашей школы.Эта новость превратила мою жизнь в руины.30 лет я смотрела на супруга, как на божество.
Директор единственной гимназии в городе, прирождённый руководитель, харизматичный, иногда довольно резкий, но порядочный и благородный – оказался обычным подлецом!
От надежд на счастливую старость остался только пепел. Но и на нём можно вырастить новую любовь, если не опускать руки.
Его мать – выпускница нашей школы.Эта новость превратила мою жизнь в руины.30 лет я смотрела на супруга, как на божество.
Директор единственной гимназии в городе, прирождённый руководитель, харизматичный, иногда довольно резкий, но порядочный и благородный – оказался обычным подлецом!
От надежд на счастливую старость остался только пепел. Но и на нём можно вырастить новую любовь, если не опускать руки.
Выберите полку для книги