Романы о неверности читать книги онлайн

— А что ты хотела? С тобой в постели как с комодом.
— Может, и так. Зато комод в хозяйстве точно нужен.
Игорь рассмеялся — коротко, безрадостно.
— Ну хоть признала.
— Признала, — подтвердила и подняла голову. — Только разница в том, что я — мебель. А ты — мусор.
На его лице мелькнуло раздражение, потом — пустота.
Щелкнул замок. Муж ушел. К подруге нашей дочери, с которой изменил мне. Там, видимо, мебель поновее.

Я не плакала. Просто выключила плиту, достала чемодан и подала на развод. Через несколько дней видео с их изменой в лифте посмотрел весь дом. А я поняла, что иногда позор — это просто форма освобождения и возможность встретить более достойного мужчину.

Я открываю дверь нашей квартиры на звонок, ожидая увидеть кого угодно… Но на пороге стоит она.
Молодая. Красивая. Беременная.
– Ксения? – спрашивает она, хотя по её тону ясно, что она прекрасно знает, кто я.
Я киваю, не в силах произнести ни слова. Что-то внутри меня уже сжимается в тугой комок предчувствия.
– Меня зовут Алина, – говорит она, и в её голосе нет ни извинения, ни неловкости. Только какая-то странная решимость. – Я жду ребенка от Давида. И я не намерена оставлять его вам.
– Что? – Мой голос звучит чужим, хриплым.
– Мы вместе уже больше года, – говорит она спокойно, словно обсуждает погоду. – Сначала это была просто связь. Я работала у него ассистентом, и я понимала, что он женат. Но потом... мы влюбились. По-настоящему. И теперь у нас будет ребенок.

Я толкнула дверь кухни, готовая застать их за утренним чаем или кофе, готовая улыбнуться и сказать: «Ну как, выспались?»
То, что я увидела, заставило моё сердце не просто остановиться – оно будто провалилось куда-то вниз, в холодную пропасть.
У нашего кухонного стола – того самого, который мы покупали семь лет назад, за которым завтракала наша семья каждое утро, за которым делала уроки маленькая Катя, за которым мы с Димой пили чай и обсуждали планы на будущее – стояли двое людей.
Дмитрий и Настя.
Они были в объятиях друг друга.
Их губы слились в поцелуе – не в том дружеском поцелуе в щечку, которым они всегда здоровались и прощались. Это был настоящий, страстный поцелуй. Поцелуй любовников.

– Ты всегда была слишком правильной. Слишком предсказуемой. С тобой стало скучно. Ты сама меня к этому подтолкнула!
Максим смотрел с насмешкой:
– Знаешь, когда у мужчины дома все есть, он на стороне ничего не ищет. Я сейчас выйду от тебя, и окажусь свободным, привлекательным мужиком. Крутым, успешным, всего-то тридцатипятилетним. А ты? Кто ты, Лиза?
Муж посмотрел на меня с раздражением.
– Уставшая женщина тридцати двух лет. Кому ты нужна? Да тебе держаться за меня надо руками и ногами, Лизок! И на работе ты всего лишь до старшего менеджера дослужилась. Из имущества — только эта халупа. Хрущевка с бабкиным ремонтом!
Максим откровенно издевался.
– Учти, недвижимость записана на меня. И между прочим, дом мы купили как раз перед свадьбой. Мой дом, Лизонька.
– С моих сбережений, – откликнулась я эхом.

***
На новогодний корпоратив муж заявился с любовницей. Думал, что я проглочу обиду?

Я развелась с ним, когда застукала с другой. Скрыла беременность, потому что знала – он не отпустит. Но спустя полгода мы столкнулись вновь...

– Ты беременна, – он хмуро посмотрел на мой живот. – Мой?
Я молчала.
– Даша.
– Нет.
– Тогда чей? – процедил сквозь зубы.
– Главное, что не твой, – с ненавистью посмотрела ему в глаза.
– Не верю. Мы развелись всего полгода назад.
– Я уже тогда...
– Врёшь!

Денис обернулся и омерзительно засуетился: стал отодвигаться от любовницы, прикрываясь ладошками. Девица его тоже подорвалась, потянувшись к одежде.

Я не знала ее. Никогда не видела. Даже предположить не могла, где муж ее мог подцепить. Судя по чуть размазавшемуся слишком яркому макияжу и фасону платья, который стал очевиден, когда она натянула его на себя, с трудом протиснув щедрые телеса в узкий, сразу все обтянувший трикотаж, где-то точно не в научной библиотеке или на художественной выставке.

— Ань, у тебя ж смена должна еще быть… — Глаза у Дениса были круглыми, как у подростка, пойманного за самоудовлетворением в кабинке школьного туалета.

Он бормотал что-то еще, но его слова я уже не разбирала, слышала только эту испуганно стыдливую, торопливо гаденькую интонацию. В ушах гудело. И думать я могла сейчас только о том, что за стеной, прижав к себе любимого плюшевого зайца, спит наша с Денисом дочь. Спит, в то время как ее отец…

История не просто об измене и предательстве, а о потере и обретении себя. О том, как катастрофа может стать точкой отсчета новой, настоящей жизни, и о том, что настоящее прощение рождается не из слабости, а из обретенной силы.

Я наблюдала за этой сценой с улыбкой, но внутри уже начинало подмораживать, я ждала своего подарка.
«Сейчас, — подумала я, и ладони стали чуть влажными. — Сейчас он подарит мне браслет и скажет что-то важное и… поцелует меня, как раньше, как в молодости».
Саша протянул мне пакет.
— Ну и тебе, Оль, конечно. Спасибо за год, за заботу.
Его тон был ровным, благодарственно-деловым, таким, каким благодарят секретаря за хорошую работу.
Я взяла пакет. Он был лёгким. Через тонкую бумагу угадывалась прямоугольная коробка, совсем не похожая на коробку с дорогим украшением, которую я себе представляла.

— Ты изменял мне с первого дня нашего брака? — слезы душат, когда я смотрю на своего мужа и жду его ответа.

— Думай, что хочешь! Не жди от меня оправданий. Сауле — моя женщина! И раз ты узнала, то ничего мне не мешает взять ее своей второй женой! — слова супруга обрушились на меня ледяным градом, в глазах его — отстраненность, будто он говорил о погоде. — Но не волнуйся, между мной и тобой все останется, как прежде. Ты же любишь меня, и я позволю тебе продолжать.

Шесть лет брака оказались полны обмана и лжи! У мужа на стороне была вторая семья и, когда это вскрылось, он решил, что пора их переселить в наш дом. Но я не стала терпеть! Забрала дочку и сбежала, чтобы начать новую жизнь вдали от предателя. Вот только спустя два года он объявился на пороге моего дома:

— Ты соберешь свои вещи и переедешь в мой дом! Такому мужчине, как я, мало одной жены!

— Я могу тебе помочь, — говорит спокойно.
Я резко поворачиваюсь.
— Помочь? — переспрашиваю хрипло и тут же усмехаюсь сквозь остатки слёз. — Чем? Телепортировать меня в Москву?
Он не улыбается.
— Дать тебе то, чего у тебя нет, — отвечает ровно. — Деньги. Дом.
— А вы что, все тут так переживаете за брошенных невест? — язвлю я. — Или это просто семейная вежливость?
Имран не обижается, но и не оправдывается.
— Мне плевать на вежливость, — говорит он. — И на то, кто что думает.
— Допустим я соглашусь на ваше предложение и что мне придется сделать взамен.
Я снова отворачиваюсь к окну, потому что слёзы подступают предательски быстро. Во дворе кто-то смеётся слишком громко, будто нарочно. Музыка режет по нервам. Мужчина делает шаг ближе. Я чувствую это кожей, хотя не смотрю на него.
— Допустим, — говорю я, не оборачиваясь, — допустим, я соглашусь на ваше предложение, — голос у меня хриплый, чужой. — И что мне придётся сделать взамен?
— Ты выйдешь за меня замуж, — говорит он спокойно

- Я встречаюсь с мужчиной, - говорит моя подруга. - Уже три месяца. Он замечательный. Понимающий, нежный, заботливый.
- Это же прекрасно! - радуюсь за неё искренне. - Ты так долго была одна. Расскажи о нём! Как познакомились? Что он за человек?
Но моя радость быстро сменяется тревогой, когда я вижу выражение её лица. Олеся не улыбается, наоборот, выглядит ещё более напряженной.
- В чём дело? Он женат? - спрашиваю тише, и сердце начинает биться чаще.
- Люб, мы любим друг друга, - голос Олеси дрожит, в нём появляются оправдательные нотки.
- Кто он? - едва шевелю губами.
- Михаил, - выдыхает Олеся.
Время словно останавливается.
Мой муж?