Книги в жанре «Служебный роман» по тегу «skachat»
Он старше меня. Он друг моего отца. Мы ненавидим друг друга.
Артур считает меня избалованной стервой, потому что знает меня с детства. А он настолько идеальный, что меня от него тошнит.
Всё меняется, когда нам приходится узнать друг друга ближе. Настолько близко, что ближе уже некуда.
Он пообещал моему отцу присматривать за мной, как за собственной дочерью, но всё летит к чертям. За образом идеального мужчины скрывается дьявол и тиран. А я вообще никому ничего не обещала.
Артур считает меня избалованной стервой, потому что знает меня с детства. А он настолько идеальный, что меня от него тошнит.
Всё меняется, когда нам приходится узнать друг друга ближе. Настолько близко, что ближе уже некуда.
Он пообещал моему отцу присматривать за мной, как за собственной дочерью, но всё летит к чертям. За образом идеального мужчины скрывается дьявол и тиран. А я вообще никому ничего не обещала.
- Это вообще-то одиночное плавание! – голос Волкова был злющий, как и его глаза.
- Так высадите меня! – разозлилась я в ответ.
- Тогда ты сбежишь, а мне надо на суше хорошенько допросить тебя и узнать, чего ты замышляешь. Поверь, эти дни со мной на яхте будут худшими в твоей жизни. Ты испортила отдых мне, а я испорчу жизнь тебе, - он вбивал слова, как гвозди, которыми заколачивали доски моей карьеры.
Я должна была лишь передать документы на подпись боссу, а вместо этого оказалась с ним вдвоем на яхте в открытом море! Вот только он не верит, что я юрист его компании и принимает меня то ли за шпионку, то ли за девицу, которая хочет «заарканить» его. И мне даже страшно представить, что он со мной сделает за эти десять дней…
- Так высадите меня! – разозлилась я в ответ.
- Тогда ты сбежишь, а мне надо на суше хорошенько допросить тебя и узнать, чего ты замышляешь. Поверь, эти дни со мной на яхте будут худшими в твоей жизни. Ты испортила отдых мне, а я испорчу жизнь тебе, - он вбивал слова, как гвозди, которыми заколачивали доски моей карьеры.
Я должна была лишь передать документы на подпись боссу, а вместо этого оказалась с ним вдвоем на яхте в открытом море! Вот только он не верит, что я юрист его компании и принимает меня то ли за шпионку, то ли за девицу, которая хочет «заарканить» его. И мне даже страшно представить, что он со мной сделает за эти десять дней…
- Ты врешь мне с первого дня, Аня, — прошептал босс. Его губы были в сантиметре от моих, его рука скользнула мне под футболку. - Я хочу знать, зачем.
- Я не… - попыталась я отстраниться, но сильные руки не пустили. Я не знала, чего боялась больше: поцелуя или того, что он узнает правду.
- Кто ты? – от его близости и прикосновений меня бросило в жар.
- Я ваша…сотрудница.
- Врешь. Зачем ты обыскивала мой дом?
Босс Роман Руднев считает меня дочерью влиятельного бизнесмена. У меня же есть свои, веские причины оставаться в чужой роли как можно дольше. Вот только в мои планы совсем не входили чувства к боссу…
- Я не… - попыталась я отстраниться, но сильные руки не пустили. Я не знала, чего боялась больше: поцелуя или того, что он узнает правду.
- Кто ты? – от его близости и прикосновений меня бросило в жар.
- Я ваша…сотрудница.
- Врешь. Зачем ты обыскивала мой дом?
Босс Роман Руднев считает меня дочерью влиятельного бизнесмена. У меня же есть свои, веские причины оставаться в чужой роли как можно дольше. Вот только в мои планы совсем не входили чувства к боссу…
— Шамиль Анзорович, если вы из-за своего раздутого эго не способны слышать слово «нет», то включайте зрение и читайте по губам: Я. ГОВОРЮ. ВАМ. НЕТ. Вы свободны.
Шамиль Анзорович — суровый дагестанский миллиардер. Он привык брать от жизни всё и никогда не слышал отказов. Ни в бизнесе, ни от женщин. Он был уверен, что за свои деньги купил красивую игрушку в свой особняк.
Но я — Ольга, независимый столичный сомелье с железным характером. Я стала первой женщиной, которая посмела ему отказать. В ответ он поймал меня в жесткий юридический капкан, объявив войну на выживание.
Нас ждали изнурительные пикировки, удушающая ревность и... шторм в заброшенном домике в горах, который отрежет нас от мира и сожжет мою броню дотла. Теперь между нами война на выживание. Смогу ли я устоять перед его властной, сбивающей с ног страстью? И сможет ли мужчина, не знающий отказов, научиться доверять той, которую мечтает подчинить!
Шамиль Анзорович — суровый дагестанский миллиардер. Он привык брать от жизни всё и никогда не слышал отказов. Ни в бизнесе, ни от женщин. Он был уверен, что за свои деньги купил красивую игрушку в свой особняк.
Но я — Ольга, независимый столичный сомелье с железным характером. Я стала первой женщиной, которая посмела ему отказать. В ответ он поймал меня в жесткий юридический капкан, объявив войну на выживание.
Нас ждали изнурительные пикировки, удушающая ревность и... шторм в заброшенном домике в горах, который отрежет нас от мира и сожжет мою броню дотла. Теперь между нами война на выживание. Смогу ли я устоять перед его властной, сбивающей с ног страстью? И сможет ли мужчина, не знающий отказов, научиться доверять той, которую мечтает подчинить!
Я пришла в компанию Глеба Ратникова не просить работу.
Совет директоров дал мне сорок пять дней и право блокировать решения генерального директора. Моя задача проста только на бумаге: выяснить, можно ли спасти его бизнес или выгоднее подготовить компанию к продаже.
Глеб уверен, что никто не знает его компанию лучше него. Я уверена, что цифрам безразлично, кто здесь хозяин.
Мы спорим о миллионах, закрываем убыточные направления, возвращаем клиентов и слишком быстро перестаем быть друг для друга просто людьми по разные стороны переговорного стола.
Есть только одна проблема.
Глеб не знает, что при продаже его компании я получу самый большой бонус в своей карьере.
И чем ближе мы становимся, тем опаснее вопрос: что случится, когда он узнает настоящую цену моего контракта?
Совет директоров дал мне сорок пять дней и право блокировать решения генерального директора. Моя задача проста только на бумаге: выяснить, можно ли спасти его бизнес или выгоднее подготовить компанию к продаже.
Глеб уверен, что никто не знает его компанию лучше него. Я уверена, что цифрам безразлично, кто здесь хозяин.
Мы спорим о миллионах, закрываем убыточные направления, возвращаем клиентов и слишком быстро перестаем быть друг для друга просто людьми по разные стороны переговорного стола.
Есть только одна проблема.
Глеб не знает, что при продаже его компании я получу самый большой бонус в своей карьере.
И чем ближе мы становимся, тем опаснее вопрос: что случится, когда он узнает настоящую цену моего контракта?
Шесть лет Герман Кордин был моим начальником. Год назад я попросила сделать меня партнером — и услышала короткое «нет». Без объяснений.
Тогда я решила закончить самый важный проект бюро и уйти.
Но на решающей встрече заказчик ставит условие: контракт останется у Кордина только в том случае, если руководить проектом буду я. Теперь каждое серьезное решение Германа должно пройти через меня.
Он все еще владелец компании. Все еще талантливый, упрямый и совершенно невыносимый мужчина, привыкший оставлять последнее слово за собой.
Только теперь его последнее слово ничего не решает без моего.
Я думала, самым трудным будет заставить бывшего босса признать, что я права.
Ошиблась.
Гораздо труднее не перепутать власть с доверием, профессиональное уважение — с чувствами, а желание наконец стать равной — с желанием остаться рядом с ним.
Тогда я решила закончить самый важный проект бюро и уйти.
Но на решающей встрече заказчик ставит условие: контракт останется у Кордина только в том случае, если руководить проектом буду я. Теперь каждое серьезное решение Германа должно пройти через меня.
Он все еще владелец компании. Все еще талантливый, упрямый и совершенно невыносимый мужчина, привыкший оставлять последнее слово за собой.
Только теперь его последнее слово ничего не решает без моего.
Я думала, самым трудным будет заставить бывшего босса признать, что я права.
Ошиблась.
Гораздо труднее не перепутать власть с доверием, профессиональное уважение — с чувствами, а желание наконец стать равной — с желанием остаться рядом с ним.
На горнолыжном курорте я проиграла в карты и теперь обязана исполнить желание мужчины, который вызывает во мне страх, но и необъяснимое притяжение. Я догадываюсь, что это будет за желание, но в последний момент все меняется, и он требует, чтобы я… поехала с ним в Давос на международную конференцию! Ведь он замминистра, и ему нужна помощница.
Когда новый босс Север Ясин вызвал меня к себе, я ожидала увольнения, а не предложения ухаживать за его котом!
- Коту нужен курс уколов. Три недели, в одно и то же время. Мой график – катастрофа после того бардака, что устроил Илья, сын нашего учредителя.
Сердце замерло, когда речь зашла о моем парне. Знает ли про нас Ясин?
- У вас был опыт ухода за больным животным. Делайте уколы Маркизу после работы – мой водитель привезет и отвезет. Я щедро заплачу, это решит ваши финансовые проблемы, - предложил босс.
Я согласилась. Не столько ради денег, сколько ради больного животного. И понятия не имела, что «больной кот» – лишь ширма в опасной игре, а циничный Север Ясин хочет меня соблазнить и жестко бросить, чтобы заставить Илью жениться на другой и защитить многомиллиардную сделку. Но он не учел одного: игра в соблазнение может обернуться против самого игрока...
- Коту нужен курс уколов. Три недели, в одно и то же время. Мой график – катастрофа после того бардака, что устроил Илья, сын нашего учредителя.
Сердце замерло, когда речь зашла о моем парне. Знает ли про нас Ясин?
- У вас был опыт ухода за больным животным. Делайте уколы Маркизу после работы – мой водитель привезет и отвезет. Я щедро заплачу, это решит ваши финансовые проблемы, - предложил босс.
Я согласилась. Не столько ради денег, сколько ради больного животного. И понятия не имела, что «больной кот» – лишь ширма в опасной игре, а циничный Север Ясин хочет меня соблазнить и жестко бросить, чтобы заставить Илью жениться на другой и защитить многомиллиардную сделку. Но он не учел одного: игра в соблазнение может обернуться против самого игрока...
Держу в руках телефон, на экране которого открыта медицинская статья из интернета: «После овуляции яйцеклетка попадает в полость малого таза. Оттуда она направляется в маточную трубу, где живет двенадцать — двадцать четыре часа. Если за этот период клетка не оплодотворяется, то она гибнет!»
— Ань, там шансы минимальные.
Успокаиваю скорее себя, чем ее. Папой становиться в планах как-то не было.
— Это меня не успокаивает. Я не готова сейчас к детям. И вообще, я не уверена, что хочу их. Это же ответственность. Это на всю жизнь.
Наблюдая за ней, я сбился со счета, сколько кругов она нарезала по комнате за последние пять минут.
А вот эти ее слова почему-то заставляют меня напрячься. Ладно я —старый холостяк, уже давно без надежды на прекрасный брак, борщи и семейные вечера, — она-то что? У нее же все впереди! Откуда в ее голове такие мысли?
—У-у-у! — практически взвываю я. — Что ж ты мне так мозг выносишь? Ничего страшного еще не произошло.
— Ань, там шансы минимальные.
Успокаиваю скорее себя, чем ее. Папой становиться в планах как-то не было.
— Это меня не успокаивает. Я не готова сейчас к детям. И вообще, я не уверена, что хочу их. Это же ответственность. Это на всю жизнь.
Наблюдая за ней, я сбился со счета, сколько кругов она нарезала по комнате за последние пять минут.
А вот эти ее слова почему-то заставляют меня напрячься. Ладно я —старый холостяк, уже давно без надежды на прекрасный брак, борщи и семейные вечера, — она-то что? У нее же все впереди! Откуда в ее голове такие мысли?
—У-у-у! — практически взвываю я. — Что ж ты мне так мозг выносишь? Ничего страшного еще не произошло.
– Нет, это никуда не годится! – раздражённо ворчит, запыхавшись, муж, и устало перекатывается на спину.
Тяжело вздыхает, а потом вдруг выкрикивает:
– Катя, заходи! Ты там? Милая, не стесняйся. Мы же договорились.
Что? Кто? Какая ещё?.. Нет! Это что, репетитор дочери? Здесь? В нашей спальне? В такое время? И когда мы в таком виде? Но зачем?
– Ир, я так больше не могу. Она поможет. Без нее ничего не получится. Сама видишь. Решай! Либо мы делаем это все вместе, либо никак.
Смотрю на молодую девушку, нагло заявившуюся к нам в одном нижнем белье, и не могу поверить ни глазам, ни ушам. Муж что, серьезно сейчас? Да, у нас есть определенные сложности. Но чтобы так их решать? Он за кого меня принимает?
А уже во время своего очередного дежурства следующим вечером приезжаю на вызов к беременной женщине с болями в животе и окончательно убеждаюсь – я давно списанный со счетов материал.
И снова здравствуйте. Муж, просто муж. Только уже со своей второй любовницей.
Тяжело вздыхает, а потом вдруг выкрикивает:
– Катя, заходи! Ты там? Милая, не стесняйся. Мы же договорились.
Что? Кто? Какая ещё?.. Нет! Это что, репетитор дочери? Здесь? В нашей спальне? В такое время? И когда мы в таком виде? Но зачем?
– Ир, я так больше не могу. Она поможет. Без нее ничего не получится. Сама видишь. Решай! Либо мы делаем это все вместе, либо никак.
Смотрю на молодую девушку, нагло заявившуюся к нам в одном нижнем белье, и не могу поверить ни глазам, ни ушам. Муж что, серьезно сейчас? Да, у нас есть определенные сложности. Но чтобы так их решать? Он за кого меня принимает?
А уже во время своего очередного дежурства следующим вечером приезжаю на вызов к беременной женщине с болями в животе и окончательно убеждаюсь – я давно списанный со счетов материал.
И снова здравствуйте. Муж, просто муж. Только уже со своей второй любовницей.
Подборка книг
Выберите полку для книги