Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «vlastnyy-geroy»
— Нельзя быть таким, Максим, — выдыхаю.
— Каким, Диана Александровна? — нагло ухмыляется, прикусывая мою нижнюю губу.
— Наглым, — шепчу, и мой голос ломается, превращаясь в прерывистый выдох. — Невыносимым. Таким, от которого хочется бежать на край света и одновременно… сгореть прямо здесь, в этой машине. Ты лишаешь меня выбора, Максим. Заставляешь забыть, что я должна быть мудрее, сильнее…
— Настоящим, Ди, — произносит серьезно, обжигая кожу своим дыханием. — Тем единственным, кто видит тебя настоящую за этим твоим идеальным образом строгой взрослой.
Его голос падает до опасного вибрирующего шепота.
— Можешь называть это недопустимым сколько угодно. Можешь прятаться за возрастом или дружбой с моей матерью. Но мы оба знаем правду: ты уже моя. Ещё тогда, в клубе, стала моей. А сейчас… я просто забираю свое.
***
Случайная связь в клубе оборачивается для Дианы катастрофой, когда её молодым любовником оказывается сын лучшей подруги, не знающий слова «нет».
— Каким, Диана Александровна? — нагло ухмыляется, прикусывая мою нижнюю губу.
— Наглым, — шепчу, и мой голос ломается, превращаясь в прерывистый выдох. — Невыносимым. Таким, от которого хочется бежать на край света и одновременно… сгореть прямо здесь, в этой машине. Ты лишаешь меня выбора, Максим. Заставляешь забыть, что я должна быть мудрее, сильнее…
— Настоящим, Ди, — произносит серьезно, обжигая кожу своим дыханием. — Тем единственным, кто видит тебя настоящую за этим твоим идеальным образом строгой взрослой.
Его голос падает до опасного вибрирующего шепота.
— Можешь называть это недопустимым сколько угодно. Можешь прятаться за возрастом или дружбой с моей матерью. Но мы оба знаем правду: ты уже моя. Ещё тогда, в клубе, стала моей. А сейчас… я просто забираю свое.
***
Случайная связь в клубе оборачивается для Дианы катастрофой, когда её молодым любовником оказывается сын лучшей подруги, не знающий слова «нет».
Бабушка всегда говорит: «Неизвестно, где найдёшь, а где потеряешь».
По её теории, я должна была встретить принца, но судьба подкинула мне Никиту. Этот тип — сплошной ред флаг: холодный, властный, душный до невозможности. Однако стоит ему посмотреть на меня, как воздух вокруг начинает буквально искрить, а моё бедное сердце выскакивать из груди.
«Дорогой дневник, что происходит? Почему этот тип вызывает у меня только одно желание — проверить, насколько он горяч на самом деле? И, ради всего святого, что будет дальше?»
Она — неунывающая авантюристка, само воплощение хаоса.
Он — непробиваемый айсберг: вместо чувств у него протоколы защиты, а вместо сердца — камень.
Она взорвет его жизнь неоновыми красками, даже если он об этом не просил, а он — вправит ей мозги или хотя бы научит переходить дорогу на зелёный свет.
Он её Кольт, она — его Асечка.
По её теории, я должна была встретить принца, но судьба подкинула мне Никиту. Этот тип — сплошной ред флаг: холодный, властный, душный до невозможности. Однако стоит ему посмотреть на меня, как воздух вокруг начинает буквально искрить, а моё бедное сердце выскакивать из груди.
«Дорогой дневник, что происходит? Почему этот тип вызывает у меня только одно желание — проверить, насколько он горяч на самом деле? И, ради всего святого, что будет дальше?»
Она — неунывающая авантюристка, само воплощение хаоса.
Он — непробиваемый айсберг: вместо чувств у него протоколы защиты, а вместо сердца — камень.
Она взорвет его жизнь неоновыми красками, даже если он об этом не просил, а он — вправит ей мозги или хотя бы научит переходить дорогу на зелёный свет.
Он её Кольт, она — его Асечка.
— Проси что хочешь. Любые гарантии, любые бумаги. Но дай мне несколько дней. Я достану деньги, клянусь тебе! Из-под земли достану!
— Что хочешь, говоришь? — друг мужа резко останавливается. Наступает короткая, звенящая тишина: — Твою жену.
— Что?!
— Да не насовсем, не думай. Возьму ее пару раз, пока здесь, и отдам обратно тебе. Поделишься по-братски.
— Макс…
Я судорожно закрываю рот обеими руками, чтобы не закричать во весь голос. Ноги мгновенно становятся ватными, в глазах темнеет. Нет, нет, нет… Этого не может быть. Внутри меня бьется отчаянная, глупая надежда. Гена не пойдет на такое. Он гордый, он эгоист, он никогда не согласится отдать меня кому-то другому… Я его жена, его собственность! Он найдет деньги, он откажет ему! Откажет же?
— Что хочешь, говоришь? — друг мужа резко останавливается. Наступает короткая, звенящая тишина: — Твою жену.
— Что?!
— Да не насовсем, не думай. Возьму ее пару раз, пока здесь, и отдам обратно тебе. Поделишься по-братски.
— Макс…
Я судорожно закрываю рот обеими руками, чтобы не закричать во весь голос. Ноги мгновенно становятся ватными, в глазах темнеет. Нет, нет, нет… Этого не может быть. Внутри меня бьется отчаянная, глупая надежда. Гена не пойдет на такое. Он гордый, он эгоист, он никогда не согласится отдать меня кому-то другому… Я его жена, его собственность! Он найдет деньги, он откажет ему! Откажет же?
ЗАВЕРШЕНА
Однажды мне понадобилась помощь, чтобы спасти младшую сестру, и я пришла к нему. Пришла, зная, что он любит и не откажет.
Он помог мне, а я его предала. Взамен он сделал всё, чтобы я его возненавидела.
Но прошло семь лет, и наши дороги вновь пересеклись.
Однажды мне понадобилась помощь, чтобы спасти младшую сестру, и я пришла к нему. Пришла, зная, что он любит и не откажет.
Он помог мне, а я его предала. Взамен он сделал всё, чтобы я его возненавидела.
Но прошло семь лет, и наши дороги вновь пересеклись.
- Я беременна!
Мой босс зависает и мрачно таращится на меня. Хмурит брови. И даже отступает на шаг.
Пользуясь ступором этого мрачного мужчины, я соскальзываю со стола и бегу на выход.
В спину летит властный рык:
- Стоять!
Испуганно останавливаюсь. Замираю.
Он начинает хищно надвигаться на меня…
В следующую секунду мое хрупкое тело зажато в ловушке между его мощным торсом и дверью…
Обязательно ХЭ!
В книге есть постельные сцены и ненормативная лексика.
Мой босс зависает и мрачно таращится на меня. Хмурит брови. И даже отступает на шаг.
Пользуясь ступором этого мрачного мужчины, я соскальзываю со стола и бегу на выход.
В спину летит властный рык:
- Стоять!
Испуганно останавливаюсь. Замираю.
Он начинает хищно надвигаться на меня…
В следующую секунду мое хрупкое тело зажато в ловушке между его мощным торсом и дверью…
Обязательно ХЭ!
В книге есть постельные сцены и ненормативная лексика.
Меня унизили и выбросили полуголой на мороз… Поиграли, как с безвольной игрушкой, не имеющей права выбора. Конечно! Ведь они — мужчины! Они — сила, у ног которых распластался весь этот порочный мир. У них власть, деньги, и мужские законы!
А у меня? У меня только жгучее желание выжить!
И я сумела! Бросилась под колёса машины, в которой сидел ОН! Моя любовь, моя нежность. Он спас, защитил и заставил влюбиться!
Принц?
Нет…
В его глазах пляшут черти. Он мстителен, упрям и одержим мной до безумия. У него так много тайн… Но пока у нас есть всего семь ночей, чтобы познать любовь.
Пока нас не разлучили навсегда.
Навсегда? ХА!
Да он спалит все, к дьяволу, только бы я вновь оказалась в его руках. Вернее, уже спалил….
…— Леся, вот это новости… Вы выходите замуж?
— Да, Вадим. Буду рада видеть вас на свадьбе….
— А вашей свадьбы не будет, — прошипел Вадим, проследив за моим взглядом. — Не будет!
— Что… Что вы говорите?
— Ты моя, Лисёна. Моя! Вспомни семь ночей… Наши семь ночей…
А у меня? У меня только жгучее желание выжить!
И я сумела! Бросилась под колёса машины, в которой сидел ОН! Моя любовь, моя нежность. Он спас, защитил и заставил влюбиться!
Принц?
Нет…
В его глазах пляшут черти. Он мстителен, упрям и одержим мной до безумия. У него так много тайн… Но пока у нас есть всего семь ночей, чтобы познать любовь.
Пока нас не разлучили навсегда.
Навсегда? ХА!
Да он спалит все, к дьяволу, только бы я вновь оказалась в его руках. Вернее, уже спалил….
…— Леся, вот это новости… Вы выходите замуж?
— Да, Вадим. Буду рада видеть вас на свадьбе….
— А вашей свадьбы не будет, — прошипел Вадим, проследив за моим взглядом. — Не будет!
— Что… Что вы говорите?
— Ты моя, Лисёна. Моя! Вспомни семь ночей… Наши семь ночей…
– Отпусти меня. Ты обещал,- я посмотрела в темные глаза.
Мужские руки обхватили мое лицо.
– Отпусти, Тигран. Прошу!
Жадные губы прикоснулись к моим. А потом я услышала тихий выдох:
– Нет.
------
Из одного плена я попала в другой.
Жаркий плен Ти(Г)рана. Я боюсь его, он для меня опасен.
Но от него не убежать. И, кажется, я уже не хочу этого делать.
-------
🔥очень эмоционально
🔥крайне откровеннно
🔥безумно остро
🔥обязательный ХЭ, но не для всех
🔥регулярная выкладка по графику
Мужские руки обхватили мое лицо.
– Отпусти, Тигран. Прошу!
Жадные губы прикоснулись к моим. А потом я услышала тихий выдох:
– Нет.
------
Из одного плена я попала в другой.
Жаркий плен Ти(Г)рана. Я боюсь его, он для меня опасен.
Но от него не убежать. И, кажется, я уже не хочу этого делать.
-------
🔥очень эмоционально
🔥крайне откровеннно
🔥безумно остро
🔥обязательный ХЭ, но не для всех
🔥регулярная выкладка по графику
- Не реви, ты! – он поднимает разбросанные повсюду вещи. – Толстые тоже в красивом белье ходят? Никогда этого не понимал. Вот, костюмчик спортивный – это хорошо. Весы? Просто, замечательно! Мужика хочешь найти?
- Вам какое дело?! Хам! – поднимаюсь на ноги,и хромаю в сторону такси.
- Стоп, тетенька! А, кто мне ремонт байка оплатит? – идет он за мной следом.
- Какая я тебе тетенька?! – разворачиваюсь и, наконец, вижу лицо байкера.
- Булочка?! Ничего себе! – он подбегает и обнимает меня до хруста.
- Богдан? Ничего себе ты вымахал! – пытаюсь скинуть с себя его руки. Но мужчина, как скала. Не сдвинешь.
- Ты тоже вымахала. Из булочки превратилась в секси-пышку! – слышу второй раз эти слова.
И смотрю на второго демона, кореша Киселева. Богдан Савельев.
- Сегодня в преисподней день открытых дверей?
Богдан снимает шлем. Как же он похорошел! Ёжик светлых волос, квадратная челюсть, легкая щетина, голубые глаза и голливудская улыбка. Фигурой – Шварценеггер, лицом Бред мать его Пит!
- Вам какое дело?! Хам! – поднимаюсь на ноги,и хромаю в сторону такси.
- Стоп, тетенька! А, кто мне ремонт байка оплатит? – идет он за мной следом.
- Какая я тебе тетенька?! – разворачиваюсь и, наконец, вижу лицо байкера.
- Булочка?! Ничего себе! – он подбегает и обнимает меня до хруста.
- Богдан? Ничего себе ты вымахал! – пытаюсь скинуть с себя его руки. Но мужчина, как скала. Не сдвинешь.
- Ты тоже вымахала. Из булочки превратилась в секси-пышку! – слышу второй раз эти слова.
И смотрю на второго демона, кореша Киселева. Богдан Савельев.
- Сегодня в преисподней день открытых дверей?
Богдан снимает шлем. Как же он похорошел! Ёжик светлых волос, квадратная челюсть, легкая щетина, голубые глаза и голливудская улыбка. Фигурой – Шварценеггер, лицом Бред мать его Пит!
– Как рассчитываться думаешь, девочка?
– Вы в своем уме, Егор Максимович? – голос у нее уже дрожал от сдерживаемых слез. – Даже если буду отдавать всю зарплату, я за всю жизнь с вами не рассчитаюсь!
Я еще раз посмотрел на девушку, которая от нервов зажевала прядку светлых волос. А красивая телочка...Забавная.
Интересная. Интригующая.
– Тогда... я подберу тебе варианты...
Подберу я, подберу. Очень жаркие, горячие и страстные варианты. И рассчитываться она будет ровно столько, сколько я буду ее хотеть.
Все же просто, моя любовь – мои правила.
– Вы в своем уме, Егор Максимович? – голос у нее уже дрожал от сдерживаемых слез. – Даже если буду отдавать всю зарплату, я за всю жизнь с вами не рассчитаюсь!
Я еще раз посмотрел на девушку, которая от нервов зажевала прядку светлых волос. А красивая телочка...Забавная.
Интересная. Интригующая.
– Тогда... я подберу тебе варианты...
Подберу я, подберу. Очень жаркие, горячие и страстные варианты. И рассчитываться она будет ровно столько, сколько я буду ее хотеть.
Все же просто, моя любовь – мои правила.
- Мы с твоей младшей сестрой спим уже больше месяца, - заявляет подлец-муж в десятую годовщину нашей свадьбы, - пока ты занимаешься спасением семейного бизнеса, Ада, мы занимаемся любовью...
Слова предателя ранят в самое сердце...
Сама сестра тоже рядом, насмехается надо мной.
- Надо было лучше держаться за муженька, Ада, зазевалась, без мужика осталась.
Ещё и серёжки мои нацепила, те самые, которые муж подарил мне на первую годовщину.
- Вы не люди, вы монстры, - говорю, с трудом сдерживая эмоции, - к чему эти унижения, Оман? Ты хочешь избавиться от меня? Хочешь развода?
- Хочу избавиться, - усмехается подлец, - но я не собираюсь с тобой разводиться, Ада. Ты знаешь слишком много тайн, и тебя придётся убить...
Слова предателя ранят в самое сердце...
Сама сестра тоже рядом, насмехается надо мной.
- Надо было лучше держаться за муженька, Ада, зазевалась, без мужика осталась.
Ещё и серёжки мои нацепила, те самые, которые муж подарил мне на первую годовщину.
- Вы не люди, вы монстры, - говорю, с трудом сдерживая эмоции, - к чему эти унижения, Оман? Ты хочешь избавиться от меня? Хочешь развода?
- Хочу избавиться, - усмехается подлец, - но я не собираюсь с тобой разводиться, Ада. Ты знаешь слишком много тайн, и тебя придётся убить...
Подборка романтической эротики с властным героем
Выберите полку для книги