Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
Офицер у шлагбаума хмурится, листает планшет и вдруг говорит.
— Вас нет в списке.
Земля уходит из-под ног.
— Как нет? Я жена комбата элитной группы. Мы всегда в списке.
— Лавров есть. Но там другая семья. Жена и ребенок. Они уже прошли. Товарищ подполковник только что ушел вместе с ними.
Толпа расступается, и я вижу у двери автобуса своего мужа. Он держит на руках чужого мальчика. К его плечу прижимается молодая женщина, а он наклоняется к ней.
— Мам, это же папа? Почему папа там? Почему он не с нами?
Автобус трогается. И муж уезжает.
Раздается свист. Так звучит приближающийся снаряд.
— ЛОЖИСЬ!!!
Мир вокруг рушится. Но я выжила. И теперь муж увидит, кого потерял. Потому что предателей я не прощаю.
— Вас нет в списке.
Земля уходит из-под ног.
— Как нет? Я жена комбата элитной группы. Мы всегда в списке.
— Лавров есть. Но там другая семья. Жена и ребенок. Они уже прошли. Товарищ подполковник только что ушел вместе с ними.
Толпа расступается, и я вижу у двери автобуса своего мужа. Он держит на руках чужого мальчика. К его плечу прижимается молодая женщина, а он наклоняется к ней.
— Мам, это же папа? Почему папа там? Почему он не с нами?
Автобус трогается. И муж уезжает.
Раздается свист. Так звучит приближающийся снаряд.
— ЛОЖИСЬ!!!
Мир вокруг рушится. Но я выжила. И теперь муж увидит, кого потерял. Потому что предателей я не прощаю.
Люся — женщина, которая привыкла всё контролировать. Она актуарий в крупной страховой, она считает риски, она знает, что вероятность случайностей стремится к нулю. Но когда она застаёт своего мужа Андрона в четыре утра в гостевом туалете с телефоном в руке, её мир рушится. Андрон говорит, что успокаивает соседку — одинокую миллиардершу Анжелу Королькову. А она, Королькова, в ответ переводит ему пятьдесят тысяч за «консультацию». Но ведь это неправда…
— Моя жена, — сказал незнакомец, — сейчас находится в номере с вашим мужем. Через две двери отсюда. Идёмте, пожелаем им доброго вечера.
Муж повез меня в шикарный отпуск: элитный отель, море, экзотический Китай... И поселил свою любовницу на одном этаже с нами. Видимо, чтобы далеко не ходить.
Сообщил мне об этом объявившийся муж любовницы. И показал, в каком они номере развлекаются. Предложил поймать на горячем.
И что вы думаете, заявил мне мой Коленька, сидя полуголым рядом с девицей в одном белье? Нагло ухмыльнувшись сказал:
— Дорогая, это не то, что ты подумала.
После этого я перестала быть его женой, а ещё он узнал, что я действительно "дорогая" — особенно если со мной разводиться.
Муж повез меня в шикарный отпуск: элитный отель, море, экзотический Китай... И поселил свою любовницу на одном этаже с нами. Видимо, чтобы далеко не ходить.
Сообщил мне об этом объявившийся муж любовницы. И показал, в каком они номере развлекаются. Предложил поймать на горячем.
И что вы думаете, заявил мне мой Коленька, сидя полуголым рядом с девицей в одном белье? Нагло ухмыльнувшись сказал:
— Дорогая, это не то, что ты подумала.
После этого я перестала быть его женой, а ещё он узнал, что я действительно "дорогая" — особенно если со мной разводиться.
🩵 🤍 🩵 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩵 🤍 🩵
— Знаешь, почему он до сих пор не ушёл? — улыбается беременная незнакомка. — Его жена после операции. Ему просто жалко её.
Я молчу.
Потому что она ещё не знает: эта несчастная жена — я.
Она показывает мне фотографии своего любимого мужчины, строит планы на свадьбу и рождение ребёнка.
А я узнаю на снимках собственного мужа.
Он обещает мне, что скучает.
Ей — что совсем скоро станет свободным.
Но утром он приезжает в санаторий… и видит нас за одним столом.
— Знаешь, почему он до сих пор не ушёл? — улыбается беременная незнакомка. — Его жена после операции. Ему просто жалко её.
Я молчу.
Потому что она ещё не знает: эта несчастная жена — я.
Она показывает мне фотографии своего любимого мужчины, строит планы на свадьбу и рождение ребёнка.
А я узнаю на снимках собственного мужа.
Он обещает мне, что скучает.
Ей — что совсем скоро станет свободным.
Но утром он приезжает в санаторий… и видит нас за одним столом.
Я застала мужа с подругой в своей постели. Думала, хуже уже не будет. Но он оформил на меня проблемную фирму и пообещал развод только после передачи её любовнице. Я осталась без работы, без денег, без будущего.
А потом я устроилась на работу к НЕМУ.
К альфе.
К моему истинному.
И он уже не собирался меня отпускать.
А потом я устроилась на работу к НЕМУ.
К альфе.
К моему истинному.
И он уже не собирался меня отпускать.
— У тебя есть любовница?
— Марина…
— Только не ври. Я сегодня уже видела её. И живот тоже.
После двадцати двух лет брака муж решил начать новую жизнь. Желательно так, чтобы старая жена ещё немного помогла ему закончить дела.
Не вышло.
Потому что один из этих деловых «хвостов» привёл меня к контр-адмиралу Михаилу Северину — человеку, которого я сначала не пустила без билета на катер, потом послала и попросила не вмешиваться в мою жизнь, а потом сама согласилась поехать с ним к морю.
Муж уверен, что я всё ещё прикрою его. Адмирал уверен, что я слишком много спорю.
А я пока уверена только в одном: скучно мне уже не будет.
— Марина…
— Только не ври. Я сегодня уже видела её. И живот тоже.
После двадцати двух лет брака муж решил начать новую жизнь. Желательно так, чтобы старая жена ещё немного помогла ему закончить дела.
Не вышло.
Потому что один из этих деловых «хвостов» привёл меня к контр-адмиралу Михаилу Северину — человеку, которого я сначала не пустила без билета на катер, потом послала и попросила не вмешиваться в мою жизнь, а потом сама согласилась поехать с ним к морю.
Муж уверен, что я всё ещё прикрою его. Адмирал уверен, что я слишком много спорю.
А я пока уверена только в одном: скучно мне уже не будет.
Сердце у меня не забилось чаще. Оно, наоборот, будто остановилось на пару ударов, а потом толкнуло где-то в горле, тяжело, с провалом внизу живота. В ушах зазвенело, комната качнулась на полградуса вбок. Я ухватилась за дверную ручку, чтобы не искать равновесие ногами.
— Надя, — сказал Саша. Голос ровный, отработанный, тот, которым он разговаривает с клиентами. — Это не то, что...
Он не договорил. Марина отступила на шаг, прижала ладонь ко рту, и в этом жесте было больше правды, чем в целой Сашиной фразе.
Я развернулась и пошла обратно по коридору. Ноги слушались плохо, я считала шаги, чтобы не упасть — раз, два, три, — мимо стеклянной переговорной, мимо секретарши, вставшей из-за стола с каким-то вопросом на лице, который я не стала читать.
На улице было холодно для сентября. Я остановилась у мусорной урны на углу здания и достала из сумки конверт — тот, с бланком, с моим именем, выведенным лаборантским почерком. Подержала его секунду в руке. Потом бросила.
— Надя, — сказал Саша. Голос ровный, отработанный, тот, которым он разговаривает с клиентами. — Это не то, что...
Он не договорил. Марина отступила на шаг, прижала ладонь ко рту, и в этом жесте было больше правды, чем в целой Сашиной фразе.
Я развернулась и пошла обратно по коридору. Ноги слушались плохо, я считала шаги, чтобы не упасть — раз, два, три, — мимо стеклянной переговорной, мимо секретарши, вставшей из-за стола с каким-то вопросом на лице, который я не стала читать.
На улице было холодно для сентября. Я остановилась у мусорной урны на углу здания и достала из сумки конверт — тот, с бланком, с моим именем, выведенным лаборантским почерком. Подержала его секунду в руке. Потом бросила.
«— Он больше не имеет права даже смотреть в твою сторону, — тихо, но с пугающей, непреклонной веской силой заговорил Тимур. — Его слова — мусор. Это тело… эта мягкость… все это — мое. Слышишь? Только мое. И я буду защищать его от любого, кто посмеет открыть рот».
После мучительного развода и семи лет брака, разрушившего её самооценку, Алина пытается собрать себя по кусочкам и случайно оказывается в закрытом стрелковом клубе. Там она встречает Тимура — опасного, властного инструктора, который видит в её пышном, неидеальном теле источник первобытной страсти и истинной женственности. Готова ли она сжечь дотла своё прошлое, довериться чужому мужчине и принять его жесткую, собственническую кавказскую любовь как единственное спасение?
После мучительного развода и семи лет брака, разрушившего её самооценку, Алина пытается собрать себя по кусочкам и случайно оказывается в закрытом стрелковом клубе. Там она встречает Тимура — опасного, властного инструктора, который видит в её пышном, неидеальном теле источник первобытной страсти и истинной женственности. Готова ли она сжечь дотла своё прошлое, довериться чужому мужчине и принять его жесткую, собственническую кавказскую любовь как единственное спасение?
– Смотри, что у меня есть. Мистер гигант!
Мое сердце заколотилось так сильно, что я почувствовала, как оно отдается в висках. Ноги словно приросли к полу.
Я не хотела верить своим ушам, но звуки из спальни стали отчетливее: смех, голоса, скрип кровати. И я пошла на них. Медленно, будто в тумане.
Каждый шаг давался с трудом, но я должна увидеть все своими глазами.
Рука сама потянулась к ручке, но я остановилась, услышав еще один смешок.
– Какие отвратительные духи у твоей жены, – прозвучал женский голос, а в нем наглость, которая заставила меня сжаться внутри. – Нос закладывает. Как ты тут спишь? С ней.
– Самого тошнит, – ответил он хохотнув. – Вот твой аромат мне по душе...
Мое сердце заколотилось так сильно, что я почувствовала, как оно отдается в висках. Ноги словно приросли к полу.
Я не хотела верить своим ушам, но звуки из спальни стали отчетливее: смех, голоса, скрип кровати. И я пошла на них. Медленно, будто в тумане.
Каждый шаг давался с трудом, но я должна увидеть все своими глазами.
Рука сама потянулась к ручке, но я остановилась, услышав еще один смешок.
– Какие отвратительные духи у твоей жены, – прозвучал женский голос, а в нем наглость, которая заставила меня сжаться внутри. – Нос закладывает. Как ты тут спишь? С ней.
– Самого тошнит, – ответил он хохотнув. – Вот твой аромат мне по душе...
Аппарат в кармане завибрировал снова. На этот раз долго и настойчиво.
– В половине одиннадцатого вечера? У вас настолько срочный проект, что звонки работников не терпят до утра?
Андрей оглянулся. В его позе отчетливо читалась снисходительность к моим нелепым, по его мнению, вопросам.
– Там проблемы на строительной площадке. Работы ведутся круглосуточно. Секунду.
Он вышел в коридор, прикрыв за собой дверь, но не защелкнув ее до конца. Я не собиралась подслушивать чужие разговоры. Но тон Андрея изменился настолько резко, что слова сами врезались в слух.
Усталость и глухое раздражение моментально исчезли. Голос мужа стал низким, мягким и удивительно живым.
– Да, Вик... Нет, все нормально, я дома уже. Говори.
В коридоре раздался его тихий, искренний смешок. За весь сегодняшний вечер со мной Андрей не смеялся ни разу.
Каждое его слово имело вполне логичное объяснение. Бизнес, подрядчики. Но почему тогда от этого короткого разговора веяло интимной близостью?
– В половине одиннадцатого вечера? У вас настолько срочный проект, что звонки работников не терпят до утра?
Андрей оглянулся. В его позе отчетливо читалась снисходительность к моим нелепым, по его мнению, вопросам.
– Там проблемы на строительной площадке. Работы ведутся круглосуточно. Секунду.
Он вышел в коридор, прикрыв за собой дверь, но не защелкнув ее до конца. Я не собиралась подслушивать чужие разговоры. Но тон Андрея изменился настолько резко, что слова сами врезались в слух.
Усталость и глухое раздражение моментально исчезли. Голос мужа стал низким, мягким и удивительно живым.
– Да, Вик... Нет, все нормально, я дома уже. Говори.
В коридоре раздался его тихий, искренний смешок. За весь сегодняшний вечер со мной Андрей не смеялся ни разу.
Каждое его слово имело вполне логичное объяснение. Бизнес, подрядчики. Но почему тогда от этого короткого разговора веяло интимной близостью?
Подборка коротких романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги