Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
— Дусь, ты чего… Доча!
Я зову её, а она — ноль реакции.
Тяну руку, чтобы схватить её за рукав, и она в этот же миг отмирает:
— Папа, — непонимающе смотрит на меня, — папа…
— Что папа, Эрика?
Терпение лопается. Я и сама уже как натянутая струна, и внутри всё клокочет, хотя причины я не понимаю.
— Папа с Иветтой. Он её целует.
Мир мой рушится за секунду. Я наконец въезжаю в происходящее, поворачиваю голову вбок и ловлю два силуэта.
Узнаю в них и преподавателя Эрики, и своего мужа, с которым мы пятнадцать лет в браке...
Очень эмоционально! Обещаем ХЭ!
Я зову её, а она — ноль реакции.
Тяну руку, чтобы схватить её за рукав, и она в этот же миг отмирает:
— Папа, — непонимающе смотрит на меня, — папа…
— Что папа, Эрика?
Терпение лопается. Я и сама уже как натянутая струна, и внутри всё клокочет, хотя причины я не понимаю.
— Папа с Иветтой. Он её целует.
Мир мой рушится за секунду. Я наконец въезжаю в происходящее, поворачиваю голову вбок и ловлю два силуэта.
Узнаю в них и преподавателя Эрики, и своего мужа, с которым мы пятнадцать лет в браке...
Очень эмоционально! Обещаем ХЭ!
— Я хочу развода.
— Дима, ты шутишь? — я нервно смеюсь. — Это какой-то розыгрыш?
— Я никогда не шучу по поводу серьезных вещей. Ты же знаешь.
— Но почему? — голос срывается. — Мы же были счастливы...
— Не волнуйся, я не буду тебя обижать, — он говорит это покровительственным тоном, как будто я ребенок, которому объясняют правила игры. — Квартира останется твоей, а Егор взрослый мальчик, поймет.
— Дима, — шепчу я. — Скажи мне правду. Пожалуйста. Что на самом деле происходит?
— Потому что я полюбил другую, — говорит он ровным голосом. — И в отличие от нас, там все по-настоящему.
***
Учиться жить заново было непросто, но я справилась почти со всем. Кроме одного случая спустя год. Наглецу хватило смелости просить вернуться к нему, но, увидев, кто сопровождал бывшего мужа в самый важный день моего сына день — его свадьбу, повергло в шок.
— Дима, ты шутишь? — я нервно смеюсь. — Это какой-то розыгрыш?
— Я никогда не шучу по поводу серьезных вещей. Ты же знаешь.
— Но почему? — голос срывается. — Мы же были счастливы...
— Не волнуйся, я не буду тебя обижать, — он говорит это покровительственным тоном, как будто я ребенок, которому объясняют правила игры. — Квартира останется твоей, а Егор взрослый мальчик, поймет.
— Дима, — шепчу я. — Скажи мне правду. Пожалуйста. Что на самом деле происходит?
— Потому что я полюбил другую, — говорит он ровным голосом. — И в отличие от нас, там все по-настоящему.
***
Учиться жить заново было непросто, но я справилась почти со всем. Кроме одного случая спустя год. Наглецу хватило смелости просить вернуться к нему, но, увидев, кто сопровождал бывшего мужа в самый важный день моего сына день — его свадьбу, повергло в шок.
— Отпусти, гад! Я все равно не выйду за него замуж! Кража невесты карается законом, — возмущалась девчонка с самыми красивыми на свете глазами.
Я украл для брата невесту. Она дочь нашего врага, в которую брат давно влюблен.
Вот только мне обещали, что невеста будет молчаливой и покорной, а досталась нам бедовая хулиганка, которая так и норовит сбежать и наотрез отказывается выходить замуж. Все нервы мне вытрепала.
А я... Кажется, я и сам уже не готов отдать ее брату...
Я украл для брата невесту. Она дочь нашего врага, в которую брат давно влюблен.
Вот только мне обещали, что невеста будет молчаливой и покорной, а досталась нам бедовая хулиганка, которая так и норовит сбежать и наотрез отказывается выходить замуж. Все нервы мне вытрепала.
А я... Кажется, я и сам уже не готов отдать ее брату...
— Даниэль, прошу… Я клянусь, что ни с кем не была до тебя.
Он прикрывает глаза. Его ноздри раздуваются. Желваки ходуном ходят.
— Не ври мне хотя бы сейчас.
Мне больно это слышать, но я не хочу сдаваться.
— Даниэль, это правда, я люблю тебя и никогда бы…
— Не смей! — жестко обрубает он. — Не смей использовать эти слова в качестве доводов. Для меня это важно…
— Чистота? — шепчу я. — Если это так, почему ты не женился на девушке из своих?
Я бросаю ему это со злостью.
— Честность, — отвечает мне он. — Меня предупреждали, что от местных девушек не стоит ее ждать, но я… как дурак…
Он обвинил меня во всех смертных грехах, его кавказская семейка нарыла на меня компромат, Даниэль вычеркнул меня из своей жизни и исчез, оставив мне под сердцем небольшой подарочек.
А потом пять лет спустя мы снова встретились.
Он прикрывает глаза. Его ноздри раздуваются. Желваки ходуном ходят.
— Не ври мне хотя бы сейчас.
Мне больно это слышать, но я не хочу сдаваться.
— Даниэль, это правда, я люблю тебя и никогда бы…
— Не смей! — жестко обрубает он. — Не смей использовать эти слова в качестве доводов. Для меня это важно…
— Чистота? — шепчу я. — Если это так, почему ты не женился на девушке из своих?
Я бросаю ему это со злостью.
— Честность, — отвечает мне он. — Меня предупреждали, что от местных девушек не стоит ее ждать, но я… как дурак…
Он обвинил меня во всех смертных грехах, его кавказская семейка нарыла на меня компромат, Даниэль вычеркнул меня из своей жизни и исчез, оставив мне под сердцем небольшой подарочек.
А потом пять лет спустя мы снова встретились.
Три года я стирала его рубашки, готовила ужины и верила, что недостаточно хороша для него. Что он – моё везение.
А потом застала мужа в нашей постели с другой, с моей лучшей подругой.
- Ты гадкий утёнок, Аля. Всегда им была.
Эти слова должны были меня уничтожить, но вместо этого они привели меня к Вадиму Рахманинову - человеку, который ненавидит моего бывшего больше, чем я сама.
Его предложение звучало безумно: он превратит меня в женщину, от которой Кирилл потеряет голову.
Он сказал, что месть подают… красивой!
Вот только не подумал о том, что будет, когда утёнок станет лебедем.
А потом застала мужа в нашей постели с другой, с моей лучшей подругой.
- Ты гадкий утёнок, Аля. Всегда им была.
Эти слова должны были меня уничтожить, но вместо этого они привели меня к Вадиму Рахманинову - человеку, который ненавидит моего бывшего больше, чем я сама.
Его предложение звучало безумно: он превратит меня в женщину, от которой Кирилл потеряет голову.
Он сказал, что месть подают… красивой!
Вот только не подумал о том, что будет, когда утёнок станет лебедем.
— Тише, — хрипит он. — Нас могут услышать, мы же в сауне…
— Ммм, так это адреналин! Ты сам говорил: тебе нравится рисковать, Сергей Самец!
— Да, все ощущения обостряются, — его голос низкий, разгорячённый. — Сделать это в общественном месте жена в жизни бы не согласилась!
Его любовница из чата коротко взвизгивает от смеха.
— Жена у тебя, наверное, монашка, да? Строгая, правильная… — пауза, и голос становится почти ласковым, но с ядом. — А я вот плохая девочка.
— Плохая, — соглашается он, — Тебя нужно наказать!
Внутри слышится шуршание… движение тел… рваное дыхание….
— Ты такой горячий… Совсем не похож на женатого мужчину!
— А я и не чувствую себя женатым, когда с тобой, — он смеётся. — С тобой я живой, не то что дома, с надоевшей женой…
Моя жизнь меняется, когда я узнаю, что мой муж сидит на сайте знакомств.
Только там он не мой Паша, а… Сергей Самец!
А в его статусе написано: «Ищу новых ощущений».
Что ж, раз ищешь новых ощущений, то ты их найдешь, дорогой муж!
— Ммм, так это адреналин! Ты сам говорил: тебе нравится рисковать, Сергей Самец!
— Да, все ощущения обостряются, — его голос низкий, разгорячённый. — Сделать это в общественном месте жена в жизни бы не согласилась!
Его любовница из чата коротко взвизгивает от смеха.
— Жена у тебя, наверное, монашка, да? Строгая, правильная… — пауза, и голос становится почти ласковым, но с ядом. — А я вот плохая девочка.
— Плохая, — соглашается он, — Тебя нужно наказать!
Внутри слышится шуршание… движение тел… рваное дыхание….
— Ты такой горячий… Совсем не похож на женатого мужчину!
— А я и не чувствую себя женатым, когда с тобой, — он смеётся. — С тобой я живой, не то что дома, с надоевшей женой…
Моя жизнь меняется, когда я узнаю, что мой муж сидит на сайте знакомств.
Только там он не мой Паша, а… Сергей Самец!
А в его статусе написано: «Ищу новых ощущений».
Что ж, раз ищешь новых ощущений, то ты их найдешь, дорогой муж!
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
— Уговор был простым, — муж наклоняется ближе. — Ты — мать. В первую очередь. Не врач. Вся твоя работа – быть матерью моей дочери.
— Отстань от нас, — выдыхаю я.
Шрам от его рук холодеет на губе.
- И, если я замечу хоть тень другого мужчины рядом с тобой, — его голос теряет всякую бархатистость, становится стальным и острым, — я заберу Машу. Навсегда. Ты её больше не увидишь. Никаких звонков. Никаких свиданий в парке под присмотром. Ты исчезнешь из её жизни. Как будто тебя никогда не было. Поняла?
❤️ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ МУЖЧИНА-ГЕНЕРАЛ!
— Уговор был простым, — муж наклоняется ближе. — Ты — мать. В первую очередь. Не врач. Вся твоя работа – быть матерью моей дочери.
— Отстань от нас, — выдыхаю я.
Шрам от его рук холодеет на губе.
- И, если я замечу хоть тень другого мужчины рядом с тобой, — его голос теряет всякую бархатистость, становится стальным и острым, — я заберу Машу. Навсегда. Ты её больше не увидишь. Никаких звонков. Никаких свиданий в парке под присмотром. Ты исчезнешь из её жизни. Как будто тебя никогда не было. Поняла?
❤️ВЕЛИКОЛЕПНЫЙ МУЖЧИНА-ГЕНЕРАЛ!
– Будь послушной, Розалия, – касается подбородка мой сводный брат.
Монстр, который меня ненавидит, вдруг решил на мне жениться.
– Никогда, – всхлипываю. – Зачем тебе я, Тамерлан? Зачем? Ты же можешь выбрать любую.
– Мне нужна именно ты, – цедит шайтан глубоким баритоном, не отпуская меня от себя.
– Зачем? – спрашиваю тихо.
– Ты тут для моего удовольствия! И для того, чтоб родить мне наследника! Ты родишь мне сына, поняла?
***
Сводный брат появился в моей жизни десять лет спустя. Он ненавидит меня, но зачем-то взял в жены. Мои мытарства начинаются, и они никогда не кончатся, ведь на Кавказе не принято разводиться.
Монстр, который меня ненавидит, вдруг решил на мне жениться.
– Никогда, – всхлипываю. – Зачем тебе я, Тамерлан? Зачем? Ты же можешь выбрать любую.
– Мне нужна именно ты, – цедит шайтан глубоким баритоном, не отпуская меня от себя.
– Зачем? – спрашиваю тихо.
– Ты тут для моего удовольствия! И для того, чтоб родить мне наследника! Ты родишь мне сына, поняла?
***
Сводный брат появился в моей жизни десять лет спустя. Он ненавидит меня, но зачем-то взял в жены. Мои мытарства начинаются, и они никогда не кончатся, ведь на Кавказе не принято разводиться.
🔥 ЗАВЕРШЕНА!
🔥НИЧЕГО ПОДОБНОГО В КНИГЕ НЕТ! ЭТО НОВЫЙ ДИЗАЙ
— Снимайте штаны, — произношу я, решительно входя в платную палату.
— Что?! — гремит из глубины низкий, привыкший к эху кабинетов и протоколам бас. Голос, который не спрашивает, а требует.
Н-да. Противник серьезный, но я и не таких учила уму-разуму.
— Поворачивайтесь ко мне спиной и снимайте штаны, — повторяю я, не повышая тона, но и не добавляя в него ни капли тепла, и громко ставлю металлический лоток со шприцем, ваткой и ампулой на тумбочку. — Повторяю для не особо сообразительных.
— Что?! — его вопль набирает обороты, а совсем еще не старческое лицо мужчины лет пятидесяти на глазах заливается густым, опасным багровым цветом, от лба к упрямому, квадратному подбородку.
Внутренний голос предостерегающе шепчет: «Сбавь обороты, Люба. Мужик приехал с кризом, двести на сто двадцать. Не дай бог, лопнет сосуд от натуги. Потом бумаги, объяснительные, комиссия…»
Вот только у меня сегодня, похоже, предохранитель пе
🔥НИЧЕГО ПОДОБНОГО В КНИГЕ НЕТ! ЭТО НОВЫЙ ДИЗАЙ
— Снимайте штаны, — произношу я, решительно входя в платную палату.
— Что?! — гремит из глубины низкий, привыкший к эху кабинетов и протоколам бас. Голос, который не спрашивает, а требует.
Н-да. Противник серьезный, но я и не таких учила уму-разуму.
— Поворачивайтесь ко мне спиной и снимайте штаны, — повторяю я, не повышая тона, но и не добавляя в него ни капли тепла, и громко ставлю металлический лоток со шприцем, ваткой и ампулой на тумбочку. — Повторяю для не особо сообразительных.
— Что?! — его вопль набирает обороты, а совсем еще не старческое лицо мужчины лет пятидесяти на глазах заливается густым, опасным багровым цветом, от лба к упрямому, квадратному подбородку.
Внутренний голос предостерегающе шепчет: «Сбавь обороты, Люба. Мужик приехал с кризом, двести на сто двадцать. Не дай бог, лопнет сосуд от натуги. Потом бумаги, объяснительные, комиссия…»
Вот только у меня сегодня, похоже, предохранитель пе
— …а ваш Гриша такой темный кудряш, вы и волосы ему не стрижете, а красиво так лежат, — щебечет женщина. — И глаза синие-синие. Наверное, в папу?
Я вздрагиваю.
— Что?
— В папу, говорю, такой красивый? У вас муж, наверное, брюнет? Вы-то блондинка…
— Да, — отвечаю рассеяно. — Он очень похож на папу…
На мужчину из моего прошлого, которого я вижу через лобовое стекло припаркованной недалеко машины.
Отец моего сына — греческий миллионер Джордж Ниархос, с которым я познакомилась во время отпуска в Афинах. У нас была лишь одна ночь на борту его яхты, после которой он исчез, поручив своему помощнику избавиться от меня. А я вернулась в Москву, еще не зная, что кроме воспоминаний привезла с собой ребенка под сердцем.
Несмотря на отсутствие какой-либо поддержки я сохранила малыша. И вырастила его вдали от родины отца, даже не думая, что когда-то вновь встречусь с Джорджем. Но жизнь вновь сводит нас на приеме в греческом посольстве. Он — с невестой, я — с подносом в руках.
Я вздрагиваю.
— Что?
— В папу, говорю, такой красивый? У вас муж, наверное, брюнет? Вы-то блондинка…
— Да, — отвечаю рассеяно. — Он очень похож на папу…
На мужчину из моего прошлого, которого я вижу через лобовое стекло припаркованной недалеко машины.
Отец моего сына — греческий миллионер Джордж Ниархос, с которым я познакомилась во время отпуска в Афинах. У нас была лишь одна ночь на борту его яхты, после которой он исчез, поручив своему помощнику избавиться от меня. А я вернулась в Москву, еще не зная, что кроме воспоминаний привезла с собой ребенка под сердцем.
Несмотря на отсутствие какой-либо поддержки я сохранила малыша. И вырастила его вдали от родины отца, даже не думая, что когда-то вновь встречусь с Джорджем. Но жизнь вновь сводит нас на приеме в греческом посольстве. Он — с невестой, я — с подносом в руках.
Выберите полку для книги