Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
– Я проведу ритуал. Только нужно все сделать от начала и до конца. Ты согласна?
– Да! – выпаливаю я.
Как я могу быть не согласна, когда тут такое? Он столько всего рассказал, что я просто не могу ему не верить.
– Закрой глаза и постарайся расслабиться. – Я выполняю указания Даниэля. – Думай о хорошем.
Экстрасенс кладет в мою руку гладкий камушек. Я ощущаю исходящее от него тепло.
– Держи его всегда рядом. Будет тебя оберегать.
Несколько минут я сижу с закрытыми глазами. Даниэль сидит напротив меня со свечой в руке и что-то шепчет на неизвестном мне языке. Мне совершенно не страшно. Я чувствую спокойствие. Мне становится легче – будто все плохое покидает меня.
– А сейчас сделай глубокий вдох через нос и резкий выдох через рот, – голос экстрасенса вытаскивает меня из блаженной неги. – А теперь открывай глаза.
– Спасибо, – шепчу я, вглядываясь в лицо Даниэля.
– Это еще не все. Осталась заключительная часть ритуала – мы должны заняться с тобой сексом.
– Да! – выпаливаю я.
Как я могу быть не согласна, когда тут такое? Он столько всего рассказал, что я просто не могу ему не верить.
– Закрой глаза и постарайся расслабиться. – Я выполняю указания Даниэля. – Думай о хорошем.
Экстрасенс кладет в мою руку гладкий камушек. Я ощущаю исходящее от него тепло.
– Держи его всегда рядом. Будет тебя оберегать.
Несколько минут я сижу с закрытыми глазами. Даниэль сидит напротив меня со свечой в руке и что-то шепчет на неизвестном мне языке. Мне совершенно не страшно. Я чувствую спокойствие. Мне становится легче – будто все плохое покидает меня.
– А сейчас сделай глубокий вдох через нос и резкий выдох через рот, – голос экстрасенса вытаскивает меня из блаженной неги. – А теперь открывай глаза.
– Спасибо, – шепчу я, вглядываясь в лицо Даниэля.
– Это еще не все. Осталась заключительная часть ритуала – мы должны заняться с тобой сексом.
– Я нарисовала маму и папу. Хочешь посмотреть?
– Конечно хочу, – согласился с моей дочерью босс.
Малышка принялась комментировать:
– Это я. Это мама. А это мой папа. Видишь какой он большой и сильный?
Я вжалась в спинку рабочего кресла.
– Вижу, – подтвердил отец моей дочери.
– На самом деле я его ни разу не видела. Но когда нибудь он приедет ко мне…
– Думаю, все так и случится, – улыбнулся ей Марк. – Так, где говоришь, твоя мама?
Мое сердце надрывно дернулось.
– Как где?! – Малышка повернулась, широко улыбнулась и ткнула в меня: – Вот же она!
Босс поднял заинтересованный взгляд. Встретился с моим.
На его лице сменились миллионы эмоций.
Удивление…
Непонимание…
Злость?.. И...
Особенно страшно было увидеть одно – осознание.
Марк всё понял за миг до того, как я вскочила со стула и подлетала к ним, заслоняя Соню собой.
Три года назад у нас был короткий роман.Но Он выбрал не меня.
Я ушла, не сказав, что беременна.А сейчас мы встретились вновь.
Он стал моим новым боссом.
– Конечно хочу, – согласился с моей дочерью босс.
Малышка принялась комментировать:
– Это я. Это мама. А это мой папа. Видишь какой он большой и сильный?
Я вжалась в спинку рабочего кресла.
– Вижу, – подтвердил отец моей дочери.
– На самом деле я его ни разу не видела. Но когда нибудь он приедет ко мне…
– Думаю, все так и случится, – улыбнулся ей Марк. – Так, где говоришь, твоя мама?
Мое сердце надрывно дернулось.
– Как где?! – Малышка повернулась, широко улыбнулась и ткнула в меня: – Вот же она!
Босс поднял заинтересованный взгляд. Встретился с моим.
На его лице сменились миллионы эмоций.
Удивление…
Непонимание…
Злость?.. И...
Особенно страшно было увидеть одно – осознание.
Марк всё понял за миг до того, как я вскочила со стула и подлетала к ним, заслоняя Соню собой.
Три года назад у нас был короткий роман.Но Он выбрал не меня.
Я ушла, не сказав, что беременна.А сейчас мы встретились вновь.
Он стал моим новым боссом.
— Думаешь, я не заметил?
— Я…
— Ты не она. Может лица у вас и одинаковые, но в остальном…
— Прости…
— Поздно. Ты — в моём доме. В моей постели. В моей жизни.
— Я не хотела…
— Хотела. Надела платье, вышла к мулле, стала моей женой.
— Я… я испугалась. Это была ошибка…
— Нет. Это была подмена. Сознательная. И за неё ты ответишь. Сегодня. На супружеском ложе.
Она — скромная девушка, вынужденная выйти замуж вместо сестры. Он — властный мужчина, не прощающий обмана. С первых минут их брака вспыхивает страсть, где границы между ненавистью и желанием стираются. Сможет ли она растопить его сердце, или станет пленницей его власти?
— Я…
— Ты не она. Может лица у вас и одинаковые, но в остальном…
— Прости…
— Поздно. Ты — в моём доме. В моей постели. В моей жизни.
— Я не хотела…
— Хотела. Надела платье, вышла к мулле, стала моей женой.
— Я… я испугалась. Это была ошибка…
— Нет. Это была подмена. Сознательная. И за неё ты ответишь. Сегодня. На супружеском ложе.
Она — скромная девушка, вынужденная выйти замуж вместо сестры. Он — властный мужчина, не прощающий обмана. С первых минут их брака вспыхивает страсть, где границы между ненавистью и желанием стираются. Сможет ли она растопить его сердце, или станет пленницей его власти?
─ Да, у меня есть любовница, ─ невозмутимо произносит муж. ─ Ты ведь это хотела услышать?
Не хотела… Не хотела, чтобы такое произошло в моей жизни.
─ Ну, Кать, чего ты молчишь? ─ муж делает шаг ко мне и приподнимает мое лицо за подбородок. ─ Ты ведь это хотела услышать. Рада теперь, что настояла на своем?
─ Я рада, ─ шепчу в ужасе и отшатываюсь назад. ─ Надеюсь, ты так же будешь радоваться нашему разводу…
***
Двое детей и двадцать лет вместе. Но все закончилось изменой и разводом. Я ушла, забрав лишь дочь, и попыталась начать новую жизнь.
Только судьба снова и снова сталкивает меня с предателем, ведь он решил, что хочет вернуть нас...
Не хотела… Не хотела, чтобы такое произошло в моей жизни.
─ Ну, Кать, чего ты молчишь? ─ муж делает шаг ко мне и приподнимает мое лицо за подбородок. ─ Ты ведь это хотела услышать. Рада теперь, что настояла на своем?
─ Я рада, ─ шепчу в ужасе и отшатываюсь назад. ─ Надеюсь, ты так же будешь радоваться нашему разводу…
***
Двое детей и двадцать лет вместе. Но все закончилось изменой и разводом. Я ушла, забрав лишь дочь, и попыталась начать новую жизнь.
Только судьба снова и снова сталкивает меня с предателем, ведь он решил, что хочет вернуть нас...
Я прожила с Алексом пятнадцать лет. Семья, сын, общая жизнь — казалось, всё правильно, стабильно, надёжно. До того самого вечера, когда за чашкой чая он спокойно сказал: «У меня есть другая. Это ничего не значит».
После предательства я решаю начать сначала — в тридцать пять, с нуля, без гарантий. Я не знаю, к чему это приведёт. Не знаю, хватит ли сил. Но точно знаю одно: терять мне нечего.
А судьба, как назло, подбрасывает мне встречу, которую я не ждала. И выбор, от которого зависит всё.
После предательства я решаю начать сначала — в тридцать пять, с нуля, без гарантий. Я не знаю, к чему это приведёт. Не знаю, хватит ли сил. Но точно знаю одно: терять мне нечего.
А судьба, как назло, подбрасывает мне встречу, которую я не ждала. И выбор, от которого зависит всё.
- Вера, - сказал он тихо. - Нам надо поговорить.
Я знала. Ещё до того, как он произнёс эту фразу - самую страшную фразу в семейной жизни - я знала.
- Конечно, - сказала я слишком бодрым голосом. - Давай поговорим за ужином. Я утку запекла, с апельсиновым соусом, как ты любишь.
- Вера, - он наконец посмотрел мне в глаза. - Я ухожу.
Два слова. Они повисли между нами, тяжёлые, как бетонные плиты.
- Куда? - глупо спросила я, словно он собирался в командировку.
Александр вздохнул. В этом вздохе было всё: усталость, сожаление и облегчение человека, наконец решившегося прыгнуть с высоты.
- К Ольге. Моей… - он запнулся.
- Секретарше, - закончила я за него. - Вы давно?..
- Восемь месяцев, - ответил он просто.
- Ты уверен? - спросила я тихо, чувствуя как на кусочки рвётся сердце. - В том, что хочешь разрушить всё, что у нас было?
- Я больше не люблю тебя, - ответил он просто. - Прости.
Я знала. Ещё до того, как он произнёс эту фразу - самую страшную фразу в семейной жизни - я знала.
- Конечно, - сказала я слишком бодрым голосом. - Давай поговорим за ужином. Я утку запекла, с апельсиновым соусом, как ты любишь.
- Вера, - он наконец посмотрел мне в глаза. - Я ухожу.
Два слова. Они повисли между нами, тяжёлые, как бетонные плиты.
- Куда? - глупо спросила я, словно он собирался в командировку.
Александр вздохнул. В этом вздохе было всё: усталость, сожаление и облегчение человека, наконец решившегося прыгнуть с высоты.
- К Ольге. Моей… - он запнулся.
- Секретарше, - закончила я за него. - Вы давно?..
- Восемь месяцев, - ответил он просто.
- Ты уверен? - спросила я тихо, чувствуя как на кусочки рвётся сердце. - В том, что хочешь разрушить всё, что у нас было?
- Я больше не люблю тебя, - ответил он просто. - Прости.
На мой юбилей вместо цветов и подарка муж приносит новость о любовнице и ее беременности. Отказавшись играть роль прислуги в собственном доме, я принимаю решение уйти и превратить их жизнь в ад.
- Света, молчать я больше не хочу и не буду. У меня есть другая женщина!
- Что?! – вскрикиваю я, задыхаясь от шока и боли. – Женя, что ты такое говоришь?
Слезы обжигают глаза, но я не позволю им пролиться. Не сейчас. Сердце начинает стучать так громко, что я не понимаю, что он говорит.
«Этого просто не может быть!» - стучит в висках. Мы двадцать лет в браке, у нас есть дочь. Мы прошли через огонь и воду.
- Мы вместе уже пять лет, и она ждет от меня сына! – продолжает спокойно убивать меня муж, словно это не катастрофические факты, а какой-то пустяк.
- Света, молчать я больше не хочу и не буду. У меня есть другая женщина!
- Что?! – вскрикиваю я, задыхаясь от шока и боли. – Женя, что ты такое говоришь?
Слезы обжигают глаза, но я не позволю им пролиться. Не сейчас. Сердце начинает стучать так громко, что я не понимаю, что он говорит.
«Этого просто не может быть!» - стучит в висках. Мы двадцать лет в браке, у нас есть дочь. Мы прошли через огонь и воду.
- Мы вместе уже пять лет, и она ждет от меня сына! – продолжает спокойно убивать меня муж, словно это не катастрофические факты, а какой-то пустяк.
— Ты же сам говорил, что она для тебя как чемодан без ручки — нести неудобно, а выбросить жалко. Может, пора уже избавиться от хлама?
— Котёнок, подумай, что ты говоришь? — В голосе Альберта сквозила усталость, чувствовалось, что этот разговор у них не впервые. — Сейчас год семьи, любви и верности. Представляешь, как развод скажется на репутации? На рейтингах?
— Слушай, а если мы запустим слух, что у неё проблемы с головой? Поэтому и сниматься почти перестала: текст забывает, на людей срывается…
— Но это же неправда.
Надо же, хоть какие-то отголоски совести у мужа ещё остались!
— Правда — не правда, кому какая разница? Наймём грамотных пиарщиков, сперва просто слушок пойдёт. Поищем кого-нибудь, кто с ней работал. Не может же так быть, что она никогда ни на ком не срывалась…
Альберт молчал, а моё сердце прямо сейчас разбивалось от этого молчаливого согласия.
— Котёнок, подумай, что ты говоришь? — В голосе Альберта сквозила усталость, чувствовалось, что этот разговор у них не впервые. — Сейчас год семьи, любви и верности. Представляешь, как развод скажется на репутации? На рейтингах?
— Слушай, а если мы запустим слух, что у неё проблемы с головой? Поэтому и сниматься почти перестала: текст забывает, на людей срывается…
— Но это же неправда.
Надо же, хоть какие-то отголоски совести у мужа ещё остались!
— Правда — не правда, кому какая разница? Наймём грамотных пиарщиков, сперва просто слушок пойдёт. Поищем кого-нибудь, кто с ней работал. Не может же так быть, что она никогда ни на ком не срывалась…
Альберт молчал, а моё сердце прямо сейчас разбивалось от этого молчаливого согласия.
— С такими как ты не разводятся, — Марат поймал мой подбородок и сдавил пальцами. — Но таким как ты изменяют...
— Твоя любовница- замужняя дама, и ее муж приезжал с тобой разбираться. Это по-твоему нормально? — прошептала я, стараясь вырваться.
— Она хорошая, если ее муж осел и не любит ее, кто-то же должен выполнять его работу, — усмехнулся зло Марат. — Но ты не переживай. С тобой у нас никакого развода не будет. Я решу все.
— Она беременна. И если от тебя… — меня затрясло от боли.
— Я разрешу ей родить, Лея.
— Твоя любовница- замужняя дама, и ее муж приезжал с тобой разбираться. Это по-твоему нормально? — прошептала я, стараясь вырваться.
— Она хорошая, если ее муж осел и не любит ее, кто-то же должен выполнять его работу, — усмехнулся зло Марат. — Но ты не переживай. С тобой у нас никакого развода не будет. Я решу все.
— Она беременна. И если от тебя… — меня затрясло от боли.
— Я разрешу ей родить, Лея.
Мне двадцать пять, и моя жизнь складывается совсем не так, как мечталось в юности. Безвольно я плыву по течению, надеясь, что однажды найдётся тот, кто вытянет из опостылевшей донельзя рутины, исправит сделанные ошибки и обогреет, растопив объятиями стылый лёд, сковавший сердце тисками. Время неумолимо бежит вперёд, только выдуманный спаситель так и не появляется в моей жизни.
Да, я не одинока, только мой мужчина совсем не предел мечтаний. Я понимаю, что своим поведением он подавляет и унижает меня, но вопреки всему цепляюсь за него, как за спасительный якорь в штормовом море. Боюсь ли я одиночества или же люблю его? Не знаю… Я ничего уже не знаю. И, разве можно любить того, кто всё время лжёт? Быть может, я просто боюсь изменить привычную жизнь, несмотря на то что она полна разочарования.
А быть может, мне нужен пинок, чтобы наконец привести мысли в порядок и зажить той жизнью, о которой грезила в юности? Когда умела любить по-настоящему и жила искренними неподдельными эмоциями…
Да, я не одинока, только мой мужчина совсем не предел мечтаний. Я понимаю, что своим поведением он подавляет и унижает меня, но вопреки всему цепляюсь за него, как за спасительный якорь в штормовом море. Боюсь ли я одиночества или же люблю его? Не знаю… Я ничего уже не знаю. И, разве можно любить того, кто всё время лжёт? Быть может, я просто боюсь изменить привычную жизнь, несмотря на то что она полна разочарования.
А быть может, мне нужен пинок, чтобы наконец привести мысли в порядок и зажить той жизнью, о которой грезила в юности? Когда умела любить по-настоящему и жила искренними неподдельными эмоциями…
Выберите полку для книги