Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «predatelstvo»
— Ты сама виновата, что отпустила мужа одного на двухдневный корпоратив в компании вот таких вот девиц, — Катя кивает на видео, где пышногрудая блондинка утаскивает из зала за руку моего мужа.
— Потому что у меня работа, Катя! И я… я ему доверяю!
— Все еще доверяешь? — она переключает на видео, где они танцуют медленный танец, девица что-то ему шепчет, и Родион замирает.
— Да… — на самом деле хочется плакать.
— А знаешь, Мил. Ты молодец. Ведь именно сейчас ты можешь либо опровергнуть подозрения, либо подтвердить.
— В смысле?
— Мы тут закончим сами. А ты должна поехать и своими глазами увидеть, достоин твой муж доверия или нет.
— Думаешь?
— Уверена.
— А что, если он правда… с этой? — меня сковывает страхом.
— Вот и подумай, что будет.
— Развод, — отвечаю уверенно. Потому что если он способен на измену, тогда… не заслуживает права быть моим мужем.
— Потому что у меня работа, Катя! И я… я ему доверяю!
— Все еще доверяешь? — она переключает на видео, где они танцуют медленный танец, девица что-то ему шепчет, и Родион замирает.
— Да… — на самом деле хочется плакать.
— А знаешь, Мил. Ты молодец. Ведь именно сейчас ты можешь либо опровергнуть подозрения, либо подтвердить.
— В смысле?
— Мы тут закончим сами. А ты должна поехать и своими глазами увидеть, достоин твой муж доверия или нет.
— Думаешь?
— Уверена.
— А что, если он правда… с этой? — меня сковывает страхом.
— Вот и подумай, что будет.
— Развод, — отвечаю уверенно. Потому что если он способен на измену, тогда… не заслуживает права быть моим мужем.
— Ты когда-нибудь меня любил?
— Нет, — спокойно, без эмоций отвечает муж. — Ты просто была репетицией… Пока я ждал, что она разведётся и снова вернётся ко мне.
Пауза.
— Валерия… Её зовут.
Смотрю на него и не могу поверить.
— Ты серьезно? Поэтому ты женился на мне? Меня зовут так, как звали твою бывшую?!
— Я хотел, чтобы хоть что-то напоминало мне о ней…
Слезы хлынули из глаз.
Я смотрю на его профиль. На кольцо на пальце. На руки, которые я держала в реанимации, когда никто не верил, а я боролась до последнего.
И понимаю — я была временной.
— Останови машину.
— Лер, давай дома поговорим…
— Останови. Машину. Сейчас же!
Он тормозит на обочине. Я выхожу. Иду по зимней трассе в тонкой куртке. Снег бьёт в лицо.
— Лера! Ты куда?! Замёрзнешь!
— Я уже замёрзла, — кричу, не оборачиваясь. — Десять лет назад. Когда полюбила тебя. Но ты не знаешь одного! Из холода рождается алмаз. И однажды я засияю так, что ты будешь жалеть…
— Нет, — спокойно, без эмоций отвечает муж. — Ты просто была репетицией… Пока я ждал, что она разведётся и снова вернётся ко мне.
Пауза.
— Валерия… Её зовут.
Смотрю на него и не могу поверить.
— Ты серьезно? Поэтому ты женился на мне? Меня зовут так, как звали твою бывшую?!
— Я хотел, чтобы хоть что-то напоминало мне о ней…
Слезы хлынули из глаз.
Я смотрю на его профиль. На кольцо на пальце. На руки, которые я держала в реанимации, когда никто не верил, а я боролась до последнего.
И понимаю — я была временной.
— Останови машину.
— Лер, давай дома поговорим…
— Останови. Машину. Сейчас же!
Он тормозит на обочине. Я выхожу. Иду по зимней трассе в тонкой куртке. Снег бьёт в лицо.
— Лера! Ты куда?! Замёрзнешь!
— Я уже замёрзла, — кричу, не оборачиваясь. — Десять лет назад. Когда полюбила тебя. Но ты не знаешь одного! Из холода рождается алмаз. И однажды я засияю так, что ты будешь жалеть…
Ольга ждёт ребёнка и верит, что у неё крепкая семья, надёжный муж и счастливое будущее, которое они строят вместе.
Она уверена: рядом с ней мужчина, на которого можно опереться.
Пока одно фото не рушит всё.
На снимке — её муж, в её машине.
Вот только рядом с ним не она... - другая!
Камера беспристрастно фиксирует время..., то самое время, когда он говорил, что помогает отцу на даче…, когда его мать подтверждала: они ремонтируют крышу.
Теперь Ольге предстоит решить: закрыть глаза или начать жизнь заново, с новорождённым ребёнком на руках.
Она уверена: рядом с ней мужчина, на которого можно опереться.
Пока одно фото не рушит всё.
На снимке — её муж, в её машине.
Вот только рядом с ним не она... - другая!
Камера беспристрастно фиксирует время..., то самое время, когда он говорил, что помогает отцу на даче…, когда его мать подтверждала: они ремонтируют крышу.
Теперь Ольге предстоит решить: закрыть глаза или начать жизнь заново, с новорождённым ребёнком на руках.
💚🤍💚 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💚🤍💚
— Катерина, ты старая. Ты мне больше не нужна.
Тридцать пять свечей на моём торте ещё горят, когда муж объявляет при всех гостях, что подаёт на развод.
Он перечисляет мои морщины и лишние килограммы, когда в дверях моего дома появляется Она — двадцать пять лет, красное платье, полтора года тайных встреч.
Гости бесшумно исчезают, словно их никогда и не было. Дочь плачет у мамы на коленях.
Олег наклоняется к моему уху: «Улыбнись, Катя. Не позорься».
Он думает, я сломаюсь. Он забыл, что тринадцать лет брака — это не только борщи и сериалы. Это знание всех его тайн.
Я задуваю свечи.
И улыбаюсь.
Самое интересное только начинается.
— Катерина, ты старая. Ты мне больше не нужна.
Тридцать пять свечей на моём торте ещё горят, когда муж объявляет при всех гостях, что подаёт на развод.
Он перечисляет мои морщины и лишние килограммы, когда в дверях моего дома появляется Она — двадцать пять лет, красное платье, полтора года тайных встреч.
Гости бесшумно исчезают, словно их никогда и не было. Дочь плачет у мамы на коленях.
Олег наклоняется к моему уху: «Улыбнись, Катя. Не позорься».
Он думает, я сломаюсь. Он забыл, что тринадцать лет брака — это не только борщи и сериалы. Это знание всех его тайн.
Я задуваю свечи.
И улыбаюсь.
Самое интересное только начинается.
— Я слышала каждое слово! — чеканю я, глядя в лицо мужа. — Слышала, как ты обещал ей отель. И про то, что я для тебя просто удобная ширма!
Муж делает ко мне шаг, но на его лице нет раскаяния. Только пугающая улыбка.
— Милая, ты так переутомилась. Ты вырвала слова из контекста и построила в голове заговор. Я пытался избавиться от внимания девицы, а ты выставляешь меня виноватым. Я за тебя волнуюсь. Завтра мы поедем к доктору, он выпишет таблетки…
Я поймала мужа на измене. Но вместо того, чтобы просить прощения, он решил сделать из меня сумасшедшую. Он хочет убедить всех, что я больна, чтобы выбросить меня на улицу без копейки.
Он думает, что я сломаюсь. Он ошибается!
Муж делает ко мне шаг, но на его лице нет раскаяния. Только пугающая улыбка.
— Милая, ты так переутомилась. Ты вырвала слова из контекста и построила в голове заговор. Я пытался избавиться от внимания девицы, а ты выставляешь меня виноватым. Я за тебя волнуюсь. Завтра мы поедем к доктору, он выпишет таблетки…
Я поймала мужа на измене. Но вместо того, чтобы просить прощения, он решил сделать из меня сумасшедшую. Он хочет убедить всех, что я больна, чтобы выбросить меня на улицу без копейки.
Он думает, что я сломаюсь. Он ошибается!
❤️🤍❤️ КНИГА ЗАВЕРШЕНА! ❤️🤍❤️
— Сколько тебе? — Артём смотрит мне в лицо. — Тридцать два, да? Ты старая, Лиза.
Десятая годовщина свадьбы.
Тридцать гостей.
Белые лилии, которые он выбирал сам.
Моя мама с больным сердцем за соседним столом.
Утром я дарила ему серебряные запонки. Он поцеловал меня в висок. А карты заблокировал ещё накануне вечером.
— Я не люблю врать, — говорит он залу. — С Елизаветой мы расходимся.
Квартиру освободить до конца недели. Машину — сдать водителю. Десять лет жизни — выбросить в мусор под звон бокалов.
Я смотрю на человека, которого любила. И не узнаю ни одной чёрточки.
— Сколько тебе? — Артём смотрит мне в лицо. — Тридцать два, да? Ты старая, Лиза.
Десятая годовщина свадьбы.
Тридцать гостей.
Белые лилии, которые он выбирал сам.
Моя мама с больным сердцем за соседним столом.
Утром я дарила ему серебряные запонки. Он поцеловал меня в висок. А карты заблокировал ещё накануне вечером.
— Я не люблю врать, — говорит он залу. — С Елизаветой мы расходимся.
Квартиру освободить до конца недели. Машину — сдать водителю. Десять лет жизни — выбросить в мусор под звон бокалов.
Я смотрю на человека, которого любила. И не узнаю ни одной чёрточки.
Я возвращаюсь с работы пораньше и слышу голос сестры у нас дома.
— Ну сколько еще ждать, Юра? — голос сестры капризный и требовательный. — Ты уже четыре месяца не можешь бросить ее. Четыре месяца, Юра!
— А что я ей скажу? — В его голосе слышна досада. — «Марта, я ухожу от тебя к твоей сестре»? Ты представляешь, что начнется?
— А что начнется? — Рита фыркает. — Поплачет и успокоится. Не маленькая. Юра, ты мужик или кто?
— Ты думаешь, это так просто?
— А что сложного? Она тебе не инвалид, не ребенок. Найдет себе кого-нибудь. Может, еще спасибо скажет.
Четыре месяца. Четыре месяца мой муж и моя сестра спят за моей спиной, а я в это время стираю его рубашки, готовлю ужин и жду его.
— Юра, я уже квартиру присмотрела в центре. Двушка, евроремонт, двадцать пятый этаж…
Я толкаю дверь. На кровати лежит Рита в моём халате. Юра сидит в одних трусах. Он бледнеет.
— Марта?
Рита улыбается:
— Ой, привет, сестрёнка. А мы тебя не ждали.
— Ну сколько еще ждать, Юра? — голос сестры капризный и требовательный. — Ты уже четыре месяца не можешь бросить ее. Четыре месяца, Юра!
— А что я ей скажу? — В его голосе слышна досада. — «Марта, я ухожу от тебя к твоей сестре»? Ты представляешь, что начнется?
— А что начнется? — Рита фыркает. — Поплачет и успокоится. Не маленькая. Юра, ты мужик или кто?
— Ты думаешь, это так просто?
— А что сложного? Она тебе не инвалид, не ребенок. Найдет себе кого-нибудь. Может, еще спасибо скажет.
Четыре месяца. Четыре месяца мой муж и моя сестра спят за моей спиной, а я в это время стираю его рубашки, готовлю ужин и жду его.
— Юра, я уже квартиру присмотрела в центре. Двушка, евроремонт, двадцать пятый этаж…
Я толкаю дверь. На кровати лежит Рита в моём халате. Юра сидит в одних трусах. Он бледнеет.
— Марта?
Рита улыбается:
— Ой, привет, сестрёнка. А мы тебя не ждали.
🤎 🤍 🤎 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🤎 🤍 🤎
— Ваш муж сказал, что хочет познакомить наших детей, — нагло говорит любовница моего мужа. — Я сначала удивилась, конечно. Но потом подумала — он прав. Дети не виноваты, что у него две семьи.
Две семьи.
У моего мужа — двое детей.
Одна — моя дочь. Второй — её сын.
Четыре года. Ровно столько, сколько он клялся мне в любви по утрам и целовал перед сном.
Четыре года я была дурой в голубом сарафане, который он подарил мне на годовщину.
Четыре года она была его настоящей женой. А я — прикрытием.
«Разойдитесь по-тихому, — говорит она мне. — Он всё равно давно не ваш».
Но я ещё не знаю, что это — даже не предательство. Настоящий удар мне ещё только предстоит получить.
— Ваш муж сказал, что хочет познакомить наших детей, — нагло говорит любовница моего мужа. — Я сначала удивилась, конечно. Но потом подумала — он прав. Дети не виноваты, что у него две семьи.
Две семьи.
У моего мужа — двое детей.
Одна — моя дочь. Второй — её сын.
Четыре года. Ровно столько, сколько он клялся мне в любви по утрам и целовал перед сном.
Четыре года я была дурой в голубом сарафане, который он подарил мне на годовщину.
Четыре года она была его настоящей женой. А я — прикрытием.
«Разойдитесь по-тихому, — говорит она мне. — Он всё равно давно не ваш».
Но я ещё не знаю, что это — даже не предательство. Настоящий удар мне ещё только предстоит получить.
– Валя, – муж впервые за вечер смотрит мне прямо в лицо. Голос спокойный, почти нежный. – Я благодарен тебе за всё. За детей. За дом. У меня нет к тебе претензий.
«У меня нет к тебе претензий» – как приговор, написанный золотыми буквами. Я понимаю, что вместо воздуха во мне – стеклянная пыль. В такие моменты хочется рассмеяться и сказать какую-нибудь глупую шутку, чтобы расслабиться, чтобы перевести разговор на другую тему... Но я молчу.
– Я… – он запинается на долю секунды, – я много думал. Мне нужно… другое. Молодость. Свобода.
– Ты… – голос предательски хрипит, – ты хочешь сказать, что это… всё? – Я улыбаюсь неправильно. – До моря неделя, Андрей. Мы же как всегда… – Я понимаю, что говорю не то, но язык сам ищет спасательный круг. – Друзья, отель, море… дети обещали заехать…
Он не мигает.
– Ты никуда не едешь, – произносит он медленно. – Мы разводимся.
_______
«У меня нет к тебе претензий» – как приговор, написанный золотыми буквами. Я понимаю, что вместо воздуха во мне – стеклянная пыль. В такие моменты хочется рассмеяться и сказать какую-нибудь глупую шутку, чтобы расслабиться, чтобы перевести разговор на другую тему... Но я молчу.
– Я… – он запинается на долю секунды, – я много думал. Мне нужно… другое. Молодость. Свобода.
– Ты… – голос предательски хрипит, – ты хочешь сказать, что это… всё? – Я улыбаюсь неправильно. – До моря неделя, Андрей. Мы же как всегда… – Я понимаю, что говорю не то, но язык сам ищет спасательный круг. – Друзья, отель, море… дети обещали заехать…
Он не мигает.
– Ты никуда не едешь, – произносит он медленно. – Мы разводимся.
_______
— Я встретила мужчину, — говорит моя подруга. — Он женат. Но это временно. Он уйдёт от неё.
— А ты не думаешь, что его жена заслуживает правды? — спрашиваю я.
— Это другое, — отмахивается она. — Она холодная, расчётливая, думает только о доме. А ему нужна страсть.
Я чувствую запах её духов. Тот самый, что остался на рубашке мужа.
Потом я застаю ее со своим мужем.
Вадим полулежит на кровати, рубашка расстёгнута. Кристина сидит рядом, её красное платье задралось до бедра.
— А вот и я. Не ждали?
Я делаю шаг к ней.
— Ты восемь лет ела мой хлеб. Я вытаскивала тебя из долгов. А ты решила забрать у меня мужа?
— Твоего мужа? — она криво усмехается. — Который говорит, что ты ему надоела? Что ты холодная и расчётливая, без души! Он мой, Аня! Он выбрал меня!
— Вадим, — я поворачиваюсь к нему. — Я отдала тебе пятнадцать лет. Я потеряла нашего сына. Это тоже было «без души»?
Он опускает голову и молчит, а из меня будто вынули сердце.
— А ты не думаешь, что его жена заслуживает правды? — спрашиваю я.
— Это другое, — отмахивается она. — Она холодная, расчётливая, думает только о доме. А ему нужна страсть.
Я чувствую запах её духов. Тот самый, что остался на рубашке мужа.
Потом я застаю ее со своим мужем.
Вадим полулежит на кровати, рубашка расстёгнута. Кристина сидит рядом, её красное платье задралось до бедра.
— А вот и я. Не ждали?
Я делаю шаг к ней.
— Ты восемь лет ела мой хлеб. Я вытаскивала тебя из долгов. А ты решила забрать у меня мужа?
— Твоего мужа? — она криво усмехается. — Который говорит, что ты ему надоела? Что ты холодная и расчётливая, без души! Он мой, Аня! Он выбрал меня!
— Вадим, — я поворачиваюсь к нему. — Я отдала тебе пятнадцать лет. Я потеряла нашего сына. Это тоже было «без души»?
Он опускает голову и молчит, а из меня будто вынули сердце.
Подборка коротких любовных романов о предательстве
Выберите полку для книги