Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «predatelstvo»
— Ты серьёзно думаешь, что я ничего не узнаю?
— Крис… давай спокойно.
— Спокойно? Ты был в нашей постели. С ней.
— Это ошибка.
— Нет. Это твое осознанное решение.
В тот день я потеряла ребёнка. И веру в него. Он выбрал деньги. Решил, что я справлюсь. И я справилась.
А потом вернулась в его жизнь — с планом. Туда, где ему больнее всего. Туда, где он привык быть главным.
Он думал, что всё контролирует. Теперь правила другие. Иногда развод — не финал.
Иногда это только начало расплаты.
— Крис… давай спокойно.
— Спокойно? Ты был в нашей постели. С ней.
— Это ошибка.
— Нет. Это твое осознанное решение.
В тот день я потеряла ребёнка. И веру в него. Он выбрал деньги. Решил, что я справлюсь. И я справилась.
А потом вернулась в его жизнь — с планом. Туда, где ему больнее всего. Туда, где он привык быть главным.
Он думал, что всё контролирует. Теперь правила другие. Иногда развод — не финал.
Иногда это только начало расплаты.
— Нам надо поговорить.
— Говори.
— Я встретил другую женщину.
— Встретил… и что?
— Я люблю её. И ты должна съехать с детьми из моей служебной квартиры.
Сердце не разрывается — оно будто падает в пустоту. Двадцать лет брака, двое детей, переезды, бессонные ночи, вера в «навсегда» — и всё перечёркнуто одним спокойным голосом.
— А я кто тогда?
— Ты… родная. Но с ней я живой.
Вот так. Без крика. Без скандала. Просто выбор — не в мою пользу.
Он думает, что я заплачу. Соберу вещи. Уйду красиво. Он ошибается.
Предательство — это не конец. Это точка отсчёта.
Когда муж выбирает другую, у жены есть два пути: сломаться… или вспомнить, кто она на самом деле.
Я выберу второе. И очень скоро он поймёт, что потерял гораздо больше, чем наш брак.
— Говори.
— Я встретил другую женщину.
— Встретил… и что?
— Я люблю её. И ты должна съехать с детьми из моей служебной квартиры.
Сердце не разрывается — оно будто падает в пустоту. Двадцать лет брака, двое детей, переезды, бессонные ночи, вера в «навсегда» — и всё перечёркнуто одним спокойным голосом.
— А я кто тогда?
— Ты… родная. Но с ней я живой.
Вот так. Без крика. Без скандала. Просто выбор — не в мою пользу.
Он думает, что я заплачу. Соберу вещи. Уйду красиво. Он ошибается.
Предательство — это не конец. Это точка отсчёта.
Когда муж выбирает другую, у жены есть два пути: сломаться… или вспомнить, кто она на самом деле.
Я выберу второе. И очень скоро он поймёт, что потерял гораздо больше, чем наш брак.
— Я больше так не могу.
— Как — так?
— Я встретил другую женщину. И я буду с ней.
— А я?
— Ты… прошлое.
Всего несколько фраз — и двадцать лет будто стерли. Он сказал, что с ней чувствует себя живым. А со мной — привычка.
Привычка.
Он думал, я тихо уйду из нашей квартиры. Приму его любовницу. Переживу предательство и измену. Я уже знала, что буду делать дальше. И это будет совсем не та история, к которой он готовился.
— Как — так?
— Я встретил другую женщину. И я буду с ней.
— А я?
— Ты… прошлое.
Всего несколько фраз — и двадцать лет будто стерли. Он сказал, что с ней чувствует себя живым. А со мной — привычка.
Привычка.
Он думал, я тихо уйду из нашей квартиры. Приму его любовницу. Переживу предательство и измену. Я уже знала, что буду делать дальше. И это будет совсем не та история, к которой он готовился.
❤️РОМАН ЗАВЕРШЁН❤️
— За нас. Двенадцать лет вместе…
Я улыбаюсь.
— Мы пережили многое, — продолжает он, глядя на меня так, будто репетировал это не раз. — И неважно, что… мы с тобой не смогли. У нас всё ещё впереди.
Слова режут по живому.
Восемь лет назад наша дочь умерла — не в один день и не внезапно. Врачи говорили правильные, пустые слова, а я слышала только одно: поздно.
— Мы оставим прошлое в прошлом, — улыбается муж. — И будем жить дальше.
И в этот момент распахиваются двери ресторана.
Янка — моя сестра, за ней несётся её сын.
— Димуля! — встаю резко. Я не видела его три года. Димка бежит быстрее… но не ко мне.
Он пролетает мимо — и бросается к моему мужу.
— Папо-о-очка! — звонко кричит он на весь зал.
Мир замирает, лица гостей вытягиваются — но я вижу только одно: как рука моего мужа, слишком привычно, ложится мальчику на голову.
Яна улыбается, подходит ближе и, глядя не на меня — на него, говорит сладко, спокойно, будто ставит точку:
— А вот и мы, любимый
— За нас. Двенадцать лет вместе…
Я улыбаюсь.
— Мы пережили многое, — продолжает он, глядя на меня так, будто репетировал это не раз. — И неважно, что… мы с тобой не смогли. У нас всё ещё впереди.
Слова режут по живому.
Восемь лет назад наша дочь умерла — не в один день и не внезапно. Врачи говорили правильные, пустые слова, а я слышала только одно: поздно.
— Мы оставим прошлое в прошлом, — улыбается муж. — И будем жить дальше.
И в этот момент распахиваются двери ресторана.
Янка — моя сестра, за ней несётся её сын.
— Димуля! — встаю резко. Я не видела его три года. Димка бежит быстрее… но не ко мне.
Он пролетает мимо — и бросается к моему мужу.
— Папо-о-очка! — звонко кричит он на весь зал.
Мир замирает, лица гостей вытягиваются — но я вижу только одно: как рука моего мужа, слишком привычно, ложится мальчику на голову.
Яна улыбается, подходит ближе и, глядя не на меня — на него, говорит сладко, спокойно, будто ставит точку:
— А вот и мы, любимый
— Ты где был? — я не выдерживаю, слова срываются сами, пока он стоит в дверях и даже не разувается.
Он медлит, снимает куртку, бросает взгляд мимо меня.
— На работе.
Я медленно вытираю мокрые руки о полотенце, смотрю прямо на него.
— Всю ночь?
Он молчит секунду. И этого хватает.
Я жила с ним, верила, терпела, прикрывала перед всеми и собой. Думала — просто тяжёлый период. Пока в больнице не услышала правду. Моя подруга. Его любовница. И ребёнок, который может быть от него.
Он уверен, что я никуда не денусь. Ошибся. Я больше не буду удобной. И теперь он пожалеет, что выбрал не меня.
Он медлит, снимает куртку, бросает взгляд мимо меня.
— На работе.
Я медленно вытираю мокрые руки о полотенце, смотрю прямо на него.
— Всю ночь?
Он молчит секунду. И этого хватает.
Я жила с ним, верила, терпела, прикрывала перед всеми и собой. Думала — просто тяжёлый период. Пока в больнице не услышала правду. Моя подруга. Его любовница. И ребёнок, который может быть от него.
Он уверен, что я никуда не денусь. Ошибся. Я больше не буду удобной. И теперь он пожалеет, что выбрал не меня.
– Я сплю с твоим мужем! Лерочка — его дочь! – сестра шокирует меня своим признанием.
Огромный ком размером с кулак встаёт посреди горла, я начинаю задыхаться и жадно хватать ртом воздух.
– Ч-что? – не верю своим ушам.
– Кирилл никогда не любил тебя! Он всегда был моим! Кир поставил передо мной условие: если я рожу сына, то он бросит тебя и женится на мне. Но я родила дочку и осталась в статусе любовницы...
Боль в животе становится едва терпимой. Утробный стон срывается с моих губ…
– Надо же, какой хороший яд. Уже подействовал! – срывается на крик, полный злости и ненависти. – Я добавила в твой чай лошадиную дозу таблеток для экстренной контрацепции. Целую пачку! Твой ребёнок сдохнет, а вместе с ним и ты!
Пять лет брака. Долгожданная новость о беременности омрачилась тем, что я узнала об изменах любимого мужа. Предатель пять лет спал с моей родной младшей сестрой. Она родила ему дочь. Мерзавка хочет занять моё место и прибегает к самым грязным методам.
Огромный ком размером с кулак встаёт посреди горла, я начинаю задыхаться и жадно хватать ртом воздух.
– Ч-что? – не верю своим ушам.
– Кирилл никогда не любил тебя! Он всегда был моим! Кир поставил передо мной условие: если я рожу сына, то он бросит тебя и женится на мне. Но я родила дочку и осталась в статусе любовницы...
Боль в животе становится едва терпимой. Утробный стон срывается с моих губ…
– Надо же, какой хороший яд. Уже подействовал! – срывается на крик, полный злости и ненависти. – Я добавила в твой чай лошадиную дозу таблеток для экстренной контрацепции. Целую пачку! Твой ребёнок сдохнет, а вместе с ним и ты!
Пять лет брака. Долгожданная новость о беременности омрачилась тем, что я узнала об изменах любимого мужа. Предатель пять лет спал с моей родной младшей сестрой. Она родила ему дочь. Мерзавка хочет занять моё место и прибегает к самым грязным методам.
— Ты женишься на дочери моего партнера. Это даже не обсуждается, Дмитрий.
Голос отца Волкова хлестнул по нервам.
В кармане медицинского халата влажные от волнения пальцы намертво сжали тест на беременность.
— Я помню условия, отец. Сделка с ее семьей — мой приоритет. Я не собирался отказываться от контракта.
Грудь сдавило так, словно ребра сковали стальным обручем. Дима хладнокровно вычеркнул меня из жизни.
Он женился на другой — богатой и статусной наследнице. А я... я оказалась лишь наивной провинциалкой и «средством снять напряжение» на время учебы.
Но спустя шесть лет судьба вновь сводит меня с миллиардером Волковым.
И у него лишь один вопрос, когда он видит нашу малышку:
— Чья это дочь, Вера?
Голос отца Волкова хлестнул по нервам.
В кармане медицинского халата влажные от волнения пальцы намертво сжали тест на беременность.
— Я помню условия, отец. Сделка с ее семьей — мой приоритет. Я не собирался отказываться от контракта.
Грудь сдавило так, словно ребра сковали стальным обручем. Дима хладнокровно вычеркнул меня из жизни.
Он женился на другой — богатой и статусной наследнице. А я... я оказалась лишь наивной провинциалкой и «средством снять напряжение» на время учебы.
Но спустя шесть лет судьба вновь сводит меня с миллиардером Волковым.
И у него лишь один вопрос, когда он видит нашу малышку:
— Чья это дочь, Вера?
— Май, я вчера видела твою Марго. В Нескучном саду. Она гуляла с коляской. С мальчиком, года два, светленький, глазки голубые.
Я застываю на месте.
— Мам, у Марго нет детей. Она не замужем. Ты что-то путаешь.
— Да нет же! Своими глазами видела. Катила коляску, поправляла шапочку. Смотрела на него, как мать.
Я сбрасываю звонок и еду к дому Марго. У первого подъезда стоит черный «Мерседес» Димы. Моего мужа. А потом я вижу их вместе, а им навстречу выбегает светловолосый мальчик и кричит:
— Папа, папа, я тебя нашел!
За ним, в расстегнутой рубашке, выбегает Дима. Мой муж.
— Что это, Дима? Объясни мне, что это?
Он молчит, только кадык ходит ходуном. Я перевожу взгляд на мальчика, потом на мужа:
— Это твой сын? — он опускает голову. — Отвечай!
— Да, — выдавливает он.
Марго выходит вперед. Ее голос звенит, в нем нет раскаяния:
— А чего ты ожидала, Мая? У нас семья. А ты кто? Ты бесплодная, Мая. Что же ему теперь, из-за тебя без детей жить?
Я застываю на месте.
— Мам, у Марго нет детей. Она не замужем. Ты что-то путаешь.
— Да нет же! Своими глазами видела. Катила коляску, поправляла шапочку. Смотрела на него, как мать.
Я сбрасываю звонок и еду к дому Марго. У первого подъезда стоит черный «Мерседес» Димы. Моего мужа. А потом я вижу их вместе, а им навстречу выбегает светловолосый мальчик и кричит:
— Папа, папа, я тебя нашел!
За ним, в расстегнутой рубашке, выбегает Дима. Мой муж.
— Что это, Дима? Объясни мне, что это?
Он молчит, только кадык ходит ходуном. Я перевожу взгляд на мальчика, потом на мужа:
— Это твой сын? — он опускает голову. — Отвечай!
— Да, — выдавливает он.
Марго выходит вперед. Ее голос звенит, в нем нет раскаяния:
— А чего ты ожидала, Мая? У нас семья. А ты кто? Ты бесплодная, Мая. Что же ему теперь, из-за тебя без детей жить?
— Я никогда не связывалась с женатыми мужчинами. Считала это чем-то… плохим… — говорит она.
— А я никогда не изменял, — чертыхается мой муж.
Она целует его — нежно, осторожно, как будто пробует на вкус.
— Ты мне нравишься, Ян. Как мужчина. Очень.
— Только не влюбляйся в меня, Амелия. Помни, что я женат.
Его руки скользят по ее плечам, задирают ткань легкого платья вверх.
— Ян, твоя жена…
— Не говори ничего о ней. Пожалуйста. Мне и так паршиво.
Я нахожусь в одной секунде от горечи.
Еще одно их движение навстречу — и обратной дороги не будет. Не будет семьи, которая рушится у меня на глазах.
— Чего ты хочешь, Ян?
— Я сам не знаю, — признается он. — Вернуться к жене или остаться этой ночью с тобой — женщиной, которая ничего не требует.
— Тогда поцелуй меня уже, — просит Амелия. — Она ничего не узнает…
У нас было все: семья, двенадцать лет брака. Интрижка — это секунда слабости, которая может перечеркнуть все. Что перевесит, когда придется выбирать?
— А я никогда не изменял, — чертыхается мой муж.
Она целует его — нежно, осторожно, как будто пробует на вкус.
— Ты мне нравишься, Ян. Как мужчина. Очень.
— Только не влюбляйся в меня, Амелия. Помни, что я женат.
Его руки скользят по ее плечам, задирают ткань легкого платья вверх.
— Ян, твоя жена…
— Не говори ничего о ней. Пожалуйста. Мне и так паршиво.
Я нахожусь в одной секунде от горечи.
Еще одно их движение навстречу — и обратной дороги не будет. Не будет семьи, которая рушится у меня на глазах.
— Чего ты хочешь, Ян?
— Я сам не знаю, — признается он. — Вернуться к жене или остаться этой ночью с тобой — женщиной, которая ничего не требует.
— Тогда поцелуй меня уже, — просит Амелия. — Она ничего не узнает…
У нас было все: семья, двенадцать лет брака. Интрижка — это секунда слабости, которая может перечеркнуть все. Что перевесит, когда придется выбирать?
— Послушайте. Я не сумасшедшая и не с улицы. Я прилетела из Краснодара. Всеволод мне муж, у нас двое детей, и я только вчера узнала, что он бывает здесь. Я не воевать приехала. Я приехала взглянуть вам в лицо.
Она слушала, склонив голову, вежливо и терпеливо, и это терпение было хуже всякого спора.
— Из Краснодара. — Она чуть улыбнулась, впервые, одними губами, и от этой жалостливой улыбки мне сделалось хуже, чем от любого крика. — Сева никогда не жил в Краснодаре. Он вырос в Твери, у него там мать. Вы что-то путаете.
Тверь. Мать в Твери.
Его мать Нонна тридцать лет живёт под Ростовом и пьёт чай только из своей чашки, никому не даёт. А для этой женщины он выдумал себе Тверь и другую мать, как выдумывают героя в книжке.
И вот это оказалось страшнее всего. Не что он завёл вторую. А что он выстроил ей целую отдельную жизнь, до последней мелочи, до города, которого у нас никогда не было.
Она слушала, склонив голову, вежливо и терпеливо, и это терпение было хуже всякого спора.
— Из Краснодара. — Она чуть улыбнулась, впервые, одними губами, и от этой жалостливой улыбки мне сделалось хуже, чем от любого крика. — Сева никогда не жил в Краснодаре. Он вырос в Твери, у него там мать. Вы что-то путаете.
Тверь. Мать в Твери.
Его мать Нонна тридцать лет живёт под Ростовом и пьёт чай только из своей чашки, никому не даёт. А для этой женщины он выдумал себе Тверь и другую мать, как выдумывают героя в книжке.
И вот это оказалось страшнее всего. Не что он завёл вторую. А что он выстроил ей целую отдельную жизнь, до последней мелочи, до города, которого у нас никогда не было.
Подборка коротких любовных романов о предательстве
Выберите полку для книги