Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «razvod»
— Умар, кто это?
— Марьям. Теперь она тоже моя жена.
— Ты серьёзно? Двадцать лет со мной, а теперь вот так?
— Так решили. Смирись.
— Смирись? — я горько усмехнулась. — Нет, Умар. Это не я должна смириться. Это ты однажды пожалеешь, что предал меня.
Он привёл в дом девчонку двадцати лет и назвал это «правильным браком».
А я узнала, что под моим именем подписаны бумаги, которых я никогда не видела.
Сделка, долги, чужая выгода — всё построено на моем молчании.
Но я не красивая мебель, которую можно задвинуть в темный угол.
Я женщина, которой хватит сил выстоять против лжи, долгов и «совета старших».
И если муж думал, что я смирюсь, он ещё не знает, как выглядит женская месть.
— Марьям. Теперь она тоже моя жена.
— Ты серьёзно? Двадцать лет со мной, а теперь вот так?
— Так решили. Смирись.
— Смирись? — я горько усмехнулась. — Нет, Умар. Это не я должна смириться. Это ты однажды пожалеешь, что предал меня.
Он привёл в дом девчонку двадцати лет и назвал это «правильным браком».
А я узнала, что под моим именем подписаны бумаги, которых я никогда не видела.
Сделка, долги, чужая выгода — всё построено на моем молчании.
Но я не красивая мебель, которую можно задвинуть в темный угол.
Я женщина, которой хватит сил выстоять против лжи, долгов и «совета старших».
И если муж думал, что я смирюсь, он ещё не знает, как выглядит женская месть.
ЗАВЕРШЁННАЯ ПОВЕСТЬ! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!
– Я ухожу не к кому-то, Лара. Я ухожу от тебя! – мой муж, которого я сегодня весь день ждала домой, чтобы сообщить новость, окидывает брезгливым взглядом холл. – Я устал, Лар. Устал от всего… этого!
– От чего «этого»? – выговариваю, с трудом шевеля губами.
– От всего, – Егор морщится, смотрит на меня, и я вижу усталую снисходительность в его глазах. – Да, ты тоже входишь в это «всё». Только давай обойдёмся без сцен.
У нас всё было хорошо.
Во всяком случае, мне так казалось.
Но после семи лет брака муж потребовал развод, и его не остановила моя беременность.
Вот только и спустя четыре года он не даёт мне с сыном спокойной жизни.
– Я ухожу не к кому-то, Лара. Я ухожу от тебя! – мой муж, которого я сегодня весь день ждала домой, чтобы сообщить новость, окидывает брезгливым взглядом холл. – Я устал, Лар. Устал от всего… этого!
– От чего «этого»? – выговариваю, с трудом шевеля губами.
– От всего, – Егор морщится, смотрит на меня, и я вижу усталую снисходительность в его глазах. – Да, ты тоже входишь в это «всё». Только давай обойдёмся без сцен.
У нас всё было хорошо.
Во всяком случае, мне так казалось.
Но после семи лет брака муж потребовал развод, и его не остановила моя беременность.
Вот только и спустя четыре года он не даёт мне с сыном спокойной жизни.
— Дорогая, — муж поднял бокал, — спасибо за всё, что сделала. Ты была хорошей женой. На этом всё!
«Была» — это слово кольнуло.
А потом он добавил:
— А теперь я ухожу. Сегодня. Прямо отсюда. С тобой скучно и пресно. Страсти нет давно, а я мужик, сама понимаешь.
Родственники шумели, смеялись, думали — шутка.
А я стояла с бокалом в руках и понимала: мой юбилей превратился в похороны брака.
«Была» — это слово кольнуло.
А потом он добавил:
— А теперь я ухожу. Сегодня. Прямо отсюда. С тобой скучно и пресно. Страсти нет давно, а я мужик, сама понимаешь.
Родственники шумели, смеялись, думали — шутка.
А я стояла с бокалом в руках и понимала: мой юбилей превратился в похороны брака.
Я толкаю дверь. Она бесшумно подается внутрь.
Дима стоит спиной ко мне, у мини-бара. Вика лежит в отельной постели. Натягивает на голое тело его белую рубашку.
— Вера? — его голос — не больше, чем хриплый выдох.
Я делаю шаг назад. Потом еще один.
— Вера, подожди! Ради бога, это не то, что ты думаешь! — его голос доносится до меня, как сквозь толщу воды, глухой и бессмысленный.
Не то? Это не то? Это он, полуголый. Это она, в его рубашке, в этой постели. Это я, стоящая здесь, с разбитым вдребезги сердцем. Что же еще это может быть? Репетиция новой пьесы?
И тогда, сквозь шок и боль, до меня доходит. Холодной, стальной иглой. Меня не случайно подловили. Меня подставили.
***
Я разбита. Но я уже знаю. Это только начало моего ада.
Дима стоит спиной ко мне, у мини-бара. Вика лежит в отельной постели. Натягивает на голое тело его белую рубашку.
— Вера? — его голос — не больше, чем хриплый выдох.
Я делаю шаг назад. Потом еще один.
— Вера, подожди! Ради бога, это не то, что ты думаешь! — его голос доносится до меня, как сквозь толщу воды, глухой и бессмысленный.
Не то? Это не то? Это он, полуголый. Это она, в его рубашке, в этой постели. Это я, стоящая здесь, с разбитым вдребезги сердцем. Что же еще это может быть? Репетиция новой пьесы?
И тогда, сквозь шок и боль, до меня доходит. Холодной, стальной иглой. Меня не случайно подловили. Меня подставили.
***
Я разбита. Но я уже знаю. Это только начало моего ада.
🍁МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА В ПЕРВЫЕ ДНИ!🍁
— Ну а ты что хотела, дорогая? — произносит Марина своим обычным спокойным голосом, будто мы с ней сейчас обсуждаем погоду или завтрак. — Ты почти на сносях. Кому понравится спать с бегемотом? Лучше уж я, чем кто-то чужой, правда? Мы же подруги! За меня ты хотя бы можешь быть уверена, я ничем не болею.
Я едва стою, опираясь на комод, и вдруг отчетливо понимаю, как нелепо сейчас выглядит моя жизнь...
— Ну чего ты? Расстроилась что ли, Оксан? Не устраивай истерику, я же тебе не чужая. Ничего страшного не произошло. Или ты всерьёз верила, что беременность делает из тебя священную корову? Ох, моя хорошая, как же ты наивна…
— Ты… стерва, — выдыхаю я и поворачиваюсь к Марине. — Я тебя…
— И что же, дорогая? Что ты сделаешь? Поплачешь мужу в в плечо? Расскажешь, какая я нехорошая девочка?
— Нет, милая, я сделаю это, — шиплю и швыряю туфлю прямо ей в лицо…
Месть - это блюдо,которое подают холодным? Не обязательно... Я подам сладким! Лови, стерва!
— Ну а ты что хотела, дорогая? — произносит Марина своим обычным спокойным голосом, будто мы с ней сейчас обсуждаем погоду или завтрак. — Ты почти на сносях. Кому понравится спать с бегемотом? Лучше уж я, чем кто-то чужой, правда? Мы же подруги! За меня ты хотя бы можешь быть уверена, я ничем не болею.
Я едва стою, опираясь на комод, и вдруг отчетливо понимаю, как нелепо сейчас выглядит моя жизнь...
— Ну чего ты? Расстроилась что ли, Оксан? Не устраивай истерику, я же тебе не чужая. Ничего страшного не произошло. Или ты всерьёз верила, что беременность делает из тебя священную корову? Ох, моя хорошая, как же ты наивна…
— Ты… стерва, — выдыхаю я и поворачиваюсь к Марине. — Я тебя…
— И что же, дорогая? Что ты сделаешь? Поплачешь мужу в в плечо? Расскажешь, какая я нехорошая девочка?
— Нет, милая, я сделаю это, — шиплю и швыряю туфлю прямо ей в лицо…
Месть - это блюдо,которое подают холодным? Не обязательно... Я подам сладким! Лови, стерва!
На юбилей их свадьбы он подарил ей измену.
– Ну что, Верунь? Как тебе? - самодовольно спросил Дмитрий и взглядом указал на молодую любовницу, словно хвастаясь.
А Вера ощутила, как земля уходит у неё из-под ног.
– Ну что, Верунь? Как тебе? - самодовольно спросил Дмитрий и взглядом указал на молодую любовницу, словно хвастаясь.
А Вера ощутила, как земля уходит у неё из-под ног.
— У меня другая. Извини. Наши отношения… они изжили себя. Словно… — произносит Артем и запинается, ища сравнение.
Отмечаю, что его мозг, всегда такой быстрый и находчивый, в самый неподходящий момент дает сбой. Он стоит, моргая, и не может подобрать слова, чтобы описать, что такого случилось с ним за наши пять лет супружества.
Что умерло, что сломалось, что он променял меня на эту куклу в норковой шубе?
И тут подключается его смазливая блондинка. Она смотрит на меня сверху вниз, с высоты своего «правильного» положения рядом с моим мужем, и, состроив презрительную гримасу, выпаливает с нескрываемым торжеством:
— Словно старое пальто. Ты носишь его годами, оно привычное, удобное, но ты понимаешь — пора выбрасывать. Просто потому, что оно старое и уже требует замены.
Отмечаю, что его мозг, всегда такой быстрый и находчивый, в самый неподходящий момент дает сбой. Он стоит, моргая, и не может подобрать слова, чтобы описать, что такого случилось с ним за наши пять лет супружества.
Что умерло, что сломалось, что он променял меня на эту куклу в норковой шубе?
И тут подключается его смазливая блондинка. Она смотрит на меня сверху вниз, с высоты своего «правильного» положения рядом с моим мужем, и, состроив презрительную гримасу, выпаливает с нескрываемым торжеством:
— Словно старое пальто. Ты носишь его годами, оно привычное, удобное, но ты понимаешь — пора выбрасывать. Просто потому, что оно старое и уже требует замены.
Он стоит передо мной, такой холодный, успешный, чужой. Мой новый заказчик. Мой бывший муж.
- Мне не подходит ваш специалист, - бросает Марк в трубку. - Пришлите другого, или отказываюсь от ваших услуг.
Все, лишь бы не я...
Эти слова бьют больнее, чем любая обида прошлого. Это удар ниже пояса, и я готова кричать о непрофессионализме, готова высказать ему в лицо все… Но тут из машины выбегает она.
- Мамочка, я посмотрела все мультики!
Наша дочь. Его живое отражение.
- От кого? - повисает в воздухе вопрос, полный ярости и неверия.
- Я хотела бы сказать, что не от тебя, - отвечаю и понимаю, что это начало сражения. И я не отдам ему свою дочь. Никогда.
- Мне не подходит ваш специалист, - бросает Марк в трубку. - Пришлите другого, или отказываюсь от ваших услуг.
Все, лишь бы не я...
Эти слова бьют больнее, чем любая обида прошлого. Это удар ниже пояса, и я готова кричать о непрофессионализме, готова высказать ему в лицо все… Но тут из машины выбегает она.
- Мамочка, я посмотрела все мультики!
Наша дочь. Его живое отражение.
- От кого? - повисает в воздухе вопрос, полный ярости и неверия.
- Я хотела бы сказать, что не от тебя, - отвечаю и понимаю, что это начало сражения. И я не отдам ему свою дочь. Никогда.
— Ты слышала? Твоего мужа видели с молодой.
— Где?
— На площади. Он сказал, она будет его женой. Второй.
Вот так я узнала о предательстве. Не от него. От чужих людей, от шёпота аула, где новости разносятся быстрее ветра.
Я стояла посреди рынка с корзиной яблок и понимала: всё, что я строила двадцать лет, рушится.
Род уже решил за меня. Свекровь давит, сестра мужа злорадствует. А девчонка едва двадцать лет — смотрит на меня дерзко и улыбается, будто я здесь лишняя.
Но я не позволю превратить себя в тень. И если он выбрал предательство, я выберу борьбу. Правду не спрячешь. А жизнь у меня только начинается.
— Где?
— На площади. Он сказал, она будет его женой. Второй.
Вот так я узнала о предательстве. Не от него. От чужих людей, от шёпота аула, где новости разносятся быстрее ветра.
Я стояла посреди рынка с корзиной яблок и понимала: всё, что я строила двадцать лет, рушится.
Род уже решил за меня. Свекровь давит, сестра мужа злорадствует. А девчонка едва двадцать лет — смотрит на меня дерзко и улыбается, будто я здесь лишняя.
Но я не позволю превратить себя в тень. И если он выбрал предательство, я выберу борьбу. Правду не спрячешь. А жизнь у меня только начинается.
- А ну-ка стоять, я сказал, - останавливая меня, говорит муж, когда я застала его в постели с моей сестрой. - Угомонись, Ева. Не надо здесь строить из себя униженную и оскорбленную особь.
- Пусти меня. Ненавижу, - пытаюсь вырваться, но он держит слишком крепко.
- Ой, давай без драмы, только, Ев. Ты насмотрелась сериалов и говоришь даже так же, как героиня тупых мелодрам. Хватит. Иди домой. Жду твою фирменную индейку на ужин.
Я и ушла. Навсегда, как тупая героиня мелодрам, а через месяц узнала, что ушла не одна и начала новую жизнь без него.
Вот только кто-то там сверху решил, что я легко отделалась и через пять лет прошлое меня настигло в лице бывшего, и теперь он пытается забрать у меня дочь, раз не возвращаюсь к нему добровольно.
- Пусти меня. Ненавижу, - пытаюсь вырваться, но он держит слишком крепко.
- Ой, давай без драмы, только, Ев. Ты насмотрелась сериалов и говоришь даже так же, как героиня тупых мелодрам. Хватит. Иди домой. Жду твою фирменную индейку на ужин.
Я и ушла. Навсегда, как тупая героиня мелодрам, а через месяц узнала, что ушла не одна и начала новую жизнь без него.
Вот только кто-то там сверху решил, что я легко отделалась и через пять лет прошлое меня настигло в лице бывшего, и теперь он пытается забрать у меня дочь, раз не возвращаюсь к нему добровольно.
Подборка коротких любовных романов о разводе
Выберите полку для книги