Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
– Что вы делаете?! – воплю.
Так больно, что слезы из глаз.
– Наказываю тебя, – поясняет Риткин папа. – Нечего было ложиться в таком виде в постель ко взрослому мужику! Чего ты ждала?
Чего угодно! Только не этого!
***
Осталась ночевать у подружки. Легла в спальне ее отца, которого не было дома, а он вернулся внезапно и сразу приступил к делу. Перепутал меня с одной из своих пассий!
Так больно, что слезы из глаз.
– Наказываю тебя, – поясняет Риткин папа. – Нечего было ложиться в таком виде в постель ко взрослому мужику! Чего ты ждала?
Чего угодно! Только не этого!
***
Осталась ночевать у подружки. Легла в спальне ее отца, которого не было дома, а он вернулся внезапно и сразу приступил к делу. Перепутал меня с одной из своих пассий!
Я устроилась в частную академию, где учатся отпрыски самых влиятельных людей нашей страны. А накануне переспала с красавчиком в ночном клубе. И каково же было увидеть его среди своих студентов. Или узнать, что его папа - министр образования, и если я не сделаю так, как хочет Он, моей карьере конец...
Мне нужны деньги для спасения брата. Я готова пойти на что угодно, даже... Продать девственность на закрытом аукционе. Двое мужчин, одна ночь и никаких запретов. Совсем. Я не имею права сказать "Нет", ведь я подписала контракт.
Может быть, мне повезёт, и мои покупатели не будут со мной жестоки? Главное - пережить эту ночь, а потом забыть, как страшный сон. Только... Что, если я не захочу забывать?
Может быть, мне повезёт, и мои покупатели не будут со мной жестоки? Главное - пережить эту ночь, а потом забыть, как страшный сон. Только... Что, если я не захочу забывать?
— Анна, солнышко, у меня куча работы, и я забыл о посылке для отца. Ты не могла бы отвезти ему корзину с твоей выпечкой? Он в загородном доме.
Она замерла, рука с ложкой ванильного крема зависла в воздухе. Михаил. Её свёкр. Тот самый мужчина, чей взгляд заставлял её загораться.
— Конечно, милый, — ответила она спокойно, но сердце забилось чаще. — Что именно отвезти?
— Просто коробку с пирожными и тем шоколадным тортом, который ты пекла вчера. Он обожает твою выпечку. Я бы сам, но... ты знаешь.
Анна кивнула, хотя он не мог видеть.
— Хорошо, я поеду вечером. — Она повесила трубку и улыбнулась зеркалу.
Это был шанс. Она выбрала самое соблазнительное платье — облегающее, красное, которое подчёркивало её талию и бедра, — и начала паковать корзину. В тесто ещё вчера она добавила немного специй, которые, по слухам, разжигали страсть: корицу, имбирь и шоколад, который таял на языке, как поцелуй.
Она замерла, рука с ложкой ванильного крема зависла в воздухе. Михаил. Её свёкр. Тот самый мужчина, чей взгляд заставлял её загораться.
— Конечно, милый, — ответила она спокойно, но сердце забилось чаще. — Что именно отвезти?
— Просто коробку с пирожными и тем шоколадным тортом, который ты пекла вчера. Он обожает твою выпечку. Я бы сам, но... ты знаешь.
Анна кивнула, хотя он не мог видеть.
— Хорошо, я поеду вечером. — Она повесила трубку и улыбнулась зеркалу.
Это был шанс. Она выбрала самое соблазнительное платье — облегающее, красное, которое подчёркивало её талию и бедра, — и начала паковать корзину. В тесто ещё вчера она добавила немного специй, которые, по слухам, разжигали страсть: корицу, имбирь и шоколад, который таял на языке, как поцелуй.
Вот это я попала!
Пришла к гинекологу с деликатной проблемой, а там он… Мой персональный ад.
— Проходи, садись, — ухмыляется сводный.
Издевался надо мной всю юность.
— Мне нужен другой гинеколог.
— Другого нет. Только я. Давай уже. Не трать мое время, сводная сестрица.
Это худшее, что могло со мной произойти, не считая моей «маленькой» интимной проблемы.
Даже не знаю, что мне дороже: мой цветочек или собственная психика!
Пришла к гинекологу с деликатной проблемой, а там он… Мой персональный ад.
— Проходи, садись, — ухмыляется сводный.
Издевался надо мной всю юность.
— Мне нужен другой гинеколог.
— Другого нет. Только я. Давай уже. Не трать мое время, сводная сестрица.
Это худшее, что могло со мной произойти, не считая моей «маленькой» интимной проблемы.
Даже не знаю, что мне дороже: мой цветочек или собственная психика!
– Мне нужен другой гинеколог, – протестую. – Перед тобой не стану!
– Другого нет. Только я, – ухмыляется брат моего мужа. – Ты просто расслабься, а я сделаю все остальное.
Несносный хам и вдруг мой гинеколог! Еще и проблема у меня очень интимная и своеобразная.
– Другого нет. Только я, – ухмыляется брат моего мужа. – Ты просто расслабься, а я сделаю все остальное.
Несносный хам и вдруг мой гинеколог! Еще и проблема у меня очень интимная и своеобразная.
– Костя, не надо, – прошу брата своего мужа.
– Надо. Потому что ты хочешь, – закрывает мне рот поцелуем.
Ночь. Раскладушка на кухне. Непозволительное с братом мужа. Роман, который сожжет меня дотла.
– Надо. Потому что ты хочешь, – закрывает мне рот поцелуем.
Ночь. Раскладушка на кухне. Непозволительное с братом мужа. Роман, который сожжет меня дотла.
– Признайся, что хочешь этого, Лизонька, – говорит мой свекор.
– Чего хочу?
– Нас, – укладывает на мои голые плечи горячие ладони Андрей Владимирович, друг моего свекра. – Обоих. Во всех самых пошлых смыслах.
– Так нельзя, – почти плачу.
– Можно, – отвечает свекор и целует меня в губы.
– Чего хочу?
– Нас, – укладывает на мои голые плечи горячие ладони Андрей Владимирович, друг моего свекра. – Обоих. Во всех самых пошлых смыслах.
– Так нельзя, – почти плачу.
– Можно, – отвечает свекор и целует меня в губы.
– Ты все еще хочешь детей? – спрашивает свекор.
– Хочу.
– Мой сын на них не способен, но у меня есть другой вариант. Без ЭКО. И ребенок будет ему родной.
– Константин Александрович, вы с ума сошли.
– Ты меня свела, Кристин, – шепчет горячо. – Настолько свела, что я даже на это готов ради тебя.
– Хочу.
– Мой сын на них не способен, но у меня есть другой вариант. Без ЭКО. И ребенок будет ему родной.
– Константин Александрович, вы с ума сошли.
– Ты меня свела, Кристин, – шепчет горячо. – Настолько свела, что я даже на это готов ради тебя.
— Ты не посмеешь.
— Не посмею? — он смеётся. Почти беззвучно. — Ты ещё не поняла? Мне нравится, когда люди думают, что я не посмею. Но я смею всё.
Он прижимает меня к холодильнику. Настойчиво, почти грубо. Я чувствую его тело — горячее, твёрдое. Моя футболка тонкая, я без белья, и я знаю, что он видит это. И я совершенно не хочу его отталкивать.
Мой наглый сводный брат. От которого у меня кругом шла голова. Но я не готова сдаваться – не так просто. Еще посмотрим, кто победит в этой схватке.
— Не посмею? — он смеётся. Почти беззвучно. — Ты ещё не поняла? Мне нравится, когда люди думают, что я не посмею. Но я смею всё.
Он прижимает меня к холодильнику. Настойчиво, почти грубо. Я чувствую его тело — горячее, твёрдое. Моя футболка тонкая, я без белья, и я знаю, что он видит это. И я совершенно не хочу его отталкивать.
Мой наглый сводный брат. От которого у меня кругом шла голова. Но я не готова сдаваться – не так просто. Еще посмотрим, кто победит в этой схватке.
Подборка жесткой эротики
Выберите полку для книги