Книги в жанре «Жесткая эротика» по тегу «skachat»

Я играла с ними, не замечая, как они играют со мной. Пять преступников и я в кругу, привязанная к потолочному крюку. Они явно не знают, что со мной делать, но я знаю, чего хочет каждый из них в отдельности.

В Академии Высшей Магии студентам-аристократам из древних родов дозволено многое. Особенно — тем, кто считается потомком великих. Одним из таких является Раэль Тал’Аннор — высокородный эльф, хладнокровный, надменный, прекрасный, как рассвет над Ледяными Вратами. На пятом курсе он получает в подарок от семьи человеческую служанку.

Её зовут Мила. Она — сирота из людского приюта. Она знала, что может стать чьей-то игрушкой, телом для сброса силы и утешения. В их мире это не называлось рабством — это именовалось «покровительством», но суть оставалась прежней: она принадлежала господину.

Девушка никогда не была близка с мужчиной, но Раэль не привык откладывать то, что считает своим по праву, а она обладала телом, каким рождаются лишь единицы — с тонкими каналами и врождённой восприимчивостью к эфирной магии. Регулярная близость с ней стабилизировала поток мага.

Она была подарком, но стала необходимостью.

— Ты что, дурак? — выругалась я. Надо позвонить в кружок самодеятельности и сказать, что их главный актёр сбежал и донимает прохожих.
— А тебе стало меня жалко?
— Нет!
— Тогда я останусь лежать здесь, пусть меня задавит машина.
Я резко развернулась, тряхнув головой, и пошла в сторону дома. Через десять метров оглянулась — парень так и лежал на асфальте в той же позе.
— Идиот, — выругалась я и, сделав ещё пять шагов к дому, повернулась снова. Упрямый дятел. Вот он кто.
— Только на одну ночь, а дальше ты уходишь утром и больше никогда не появляешься, и паспорт свой покажешь, понял?! — крикнула я, но труп не пошевелился.
— А ты меня покормишь? — донеслось до меня очень жалобное вопрошание.
Вот же вымогатель.
— Покормлю, — ответила я, тяжело вздохнув. Если вынесет хоть что-нибудь из моей квартиры, сядет на всю жизнь.
Парень вскочил на ноги и со скоростью дикого оленя добежал до меня.
— Шмотки ещё постирать теперь надо, — снова положил мне руку на плечо вымогатель.

- Что ты хочешь от меня? Кто ты такой?

- Я? Что же я хочу, Хейзел? Может... твою душу? Не ту, что ты выставляешь напоказ этим идиотам. А ту, что прячешь в самой глубине своего прелестного сердечка.

Я сбежала, чтобы стать другой. Чтобы забыть, как легко тьма может взять верх. В этом городе, в этой кофейне, среди запахов кофе и тихой суеты, я строила себе клетку из рутины - безопасную, скучную, мою.

Я убеждала себя, что научилась контролировать свои эмоции. Что если я буду достаточно внимательной, достаточно собранной, я смогу удержать ту сторону себя на цепи. Но все изменилось, когда эта цепь попала в руки ему - дьяволу, решившему вытащить наружу всю эту тьму.

#темный роман

#стокгольмский синдром

#тяжелое прошлое

#токсичные отношения

Фанаты дарка бегом читать🔥😈📚

— Марин, тебе давно пора выходить замуж, — говорит подруга Альбина, сидя в моём кабинете заведующей лекарствами. Я оторвалась на секунду от бумаг, которые нужно будет сдать в министерство. Девушка пила уже вторую чашку кофе из моей кофемашины. Клиника частная, а вот кофемашина в ординаторской сломана вторую неделю. Директор денег не выделил. Скупердяй. Теперь все бегают ко мне и засиживаются, отвлекая от важных дел.
— Там такого красавчика привезли с огнестрелом. Лысый, брутальный, какой-то бизнесмен. Может, зайдёшь к нему? Глазки построишь, мм? — спрашивает меня блондинка.
— Ты вроде медсестра, а не сваха, — бурчу себе под нос и утыкаюсь в бумажки.
— Он идеальный кандидат: высокий, красивый и неженатый. Я сама паспорт видела в регистратуре.
— И зачем мне такое счастье?

— Ты не та, за кого себя выдаёшь. Я это вижу.
— Ты ничего не видишь.
— Вижу. Ты не боишься отца. Ты боишься только меня.
— Я хочу тебя, Дара. Не потому что ты невеста моего брата. А потому что ты — моя война.
— Ты спала с моим братом?
— Да.
— Ты любишь его?
— Я не знаю.
— А он тебя?
— Он говорит, что да.
— Он говорит это каждой женщине, которая спит с ним. Но ты не такая. Он не выбросит тебя. Почему? Потому что ты сильная.
— Я откажусь от тебя. Скажу отцу, что ты мне не нужна. Чтобы ты могла остаться с ним.
— Я не заслуживаю твоей доброты.
— Мне не нужна твоя благодарность. Мне нужно, чтобы ты была счастлива.
Она пришла, чтобы найти правду.
Она нашла войну, страсть и любовь.
И теперь ей предстоит выбор между двумя братьями — и между жизнью и смертью.

«Чужая невеста». В чужом доме не бывает чужих тайн.

Меня усыпили и привезли в какой-то особняк. Сама не понимая как, но сейчас я лежу связанная перед почти обнажённым мужчиной.
-Вы что делаете? - с нескрываемой дрожью в голосе, спрашиваю его.
-Готовлюсь взять своё, - словно тигр, рычит он.
Неееет. Этого не может быть. Меня просто разыгрывают. Он шутит, шутит. Шутит же?
-Так давайте развязывайте меня, пошутили и хватит, - надеясь услышать утвердительный ответ, говорю я.
-Детка, ты так и не поняла? Я не шучу и серьёзен как никогда, - приближаясь ко мне, убивает он мою надежду на спасение.
-Ааах, - судорожно втягиваю воздух, стараясь заглушить собственное сердцебиение.
-Как красиво вздымается твоя грудь, - он прямо буравит меня взглядом.
-Ты скоро всё поймёшь, Мирослава Сергеевна, - меня прошибает током.
Так меня называл только один человек, кого я ненавижу всей душой.

— Ты чего такая грустная, Ир? — его голос звучит тихо, с лёгкой хрипотцой.
— Всё хорошо, — я отворачиваюсь, чтобы он не видел моих слёз.
— Я вижу. Мой сын опять уехал, да?
— Он всегда уезжает, Лёнь. Это нормально.
— Это не нормально, — он подходит ближе. — Ты заслуживаешь большего, чем бегать за ним.
— Например? — я поднимаю на него глаза, и в них — надежда, которую я боюсь признать даже себе.
— Например, остаться здесь. Со мной.
Я замираю. Он — отец моего мужа. Старше меня. И единственный, кто за эти годы сказал мне, что я — не просто мебель в чужом доме.
— А если я останусь? — шепчу я.
— Тогда у тебя будет лето. Настоящее. Тёплое. И я рядом.
Муж уехал к любовницам. Свёкор остался со мной. И теперь мне предстоит выбрать: вернуться к тому, кто меня предал, или остаться в объятиях того, кто подарил мне надежду.
Даже если эти объятия — запретные.

Я вышла замуж за Антона. Все было хорошо, но его отец не дает мне прохода. Я его игнорировала. Только теперь игнорировать мне не получается. И что теперь делать?

Арсений подошёл к столу. От него пахло дорогим табаком, морозом и чем-то ещё — холодным металлом и властью. Он положил на стол свёрток из тёмно-синего бархата.
— Мне сказали, что вы можете спасти то, что другие считают безнадёжным, — он развернул ткань. Внутри лежал фрагмент старинного манускрипта, обгоревший, истончённый, почти рассыпающийся в прах. — Это единственная сохранившаяся часть дневника восемнадцатого века. Я хочу, чтобы он был восстановлен. Полностью.
Кира бережно, почти с благоговением, коснулась края пергамента.
— Это потребует месяцев, господин…
— Арсений, — перебил он. — И у вас есть столько времени, сколько потребуется. Но есть одно условие. Вы будете работать только со мной. Никаких посредников. Никаких звонков. Только личные встречи в моей библиотеке.
Кира подняла на него взгляд. В его глазах она увидела то, что заставило её сердце пропустить удар. Он не просто смотрел на неё. Он видел её.