Книги в жанре «Женский роман» по тегу «razvod»
– Нам нужно поговорить о разводе, – произносит сухо. – Я подал документы на расторжение брака, Марин.
Муж смотрит на меня чужим, холодным, непроницаемым взглядом.
– В твоей жизни появилась другая женщина…
– Да, я встретил кое-кого. С ней я чувствую то, чего не ощущал долгие годы.
Он хочет, чтобы я покорно приняла его решение. Чтобы не было слез, скандалов, эмоций. Чтобы я просто отпустила двадцать лет своей жизни.
Но Леша ошибается. Я не буду плакать и умолять. Я не дам ему удовольствия видеть меня сломленной. Я не позволю ему просто уйти и разрушить все, что мы строили вместе.
Муж смотрит на меня чужим, холодным, непроницаемым взглядом.
– В твоей жизни появилась другая женщина…
– Да, я встретил кое-кого. С ней я чувствую то, чего не ощущал долгие годы.
Он хочет, чтобы я покорно приняла его решение. Чтобы не было слез, скандалов, эмоций. Чтобы я просто отпустила двадцать лет своей жизни.
Но Леша ошибается. Я не буду плакать и умолять. Я не дам ему удовольствия видеть меня сломленной. Я не позволю ему просто уйти и разрушить все, что мы строили вместе.
— Я люблю тебя с того дня, когда ты отобрала у Петьки мою машинку.
— Идиот, это было в садике! Почему только сейчас?!
— Боялся потерять.
— Ты потерял двадцать четыре года, доктор...
Я ловлю букет на чужой свадьбе, а через неделю сижу в развалюхе без света с тем самым мальчиком из детсада, который дарил мне снежинки. Двадцать четыре года мы мастерски всё портили — собаками, салютами, моим идиотским «шучу». А теперь бывшие звонят, снег по пояс... Господи, ну хоть раз пусть ничего не помешает!
— Идиот, это было в садике! Почему только сейчас?!
— Боялся потерять.
— Ты потерял двадцать четыре года, доктор...
Я ловлю букет на чужой свадьбе, а через неделю сижу в развалюхе без света с тем самым мальчиком из детсада, который дарил мне снежинки. Двадцать четыре года мы мастерски всё портили — собаками, салютами, моим идиотским «шучу». А теперь бывшие звонят, снег по пояс... Господи, ну хоть раз пусть ничего не помешает!
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ. МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ ПРОДАЖ!
— Я уже придумала, что загадаю на Новый год, — щебечет Машенька.
— Расскажешь? — спрашиваю я.
— Я хочу, чтобы ты стала моей мамой, — радостно произносит она.
Я замираю и перевожу взгляд на отца малышки. Мой бывший муж и бровью не ведёт, спокойно открывая входную дверь своего особняка.
В полной тишине мы переступаем порог и в следующее мгновение на нас обрушивается крик.
— Сюрприз! — восклицает Елена, та самая любовница и мать Маши. — А вот и мамочка вернулась! Маша, ты рада видеть маму? А ты, мой дорогой Егор, скучал по мне?
Шесть лет назад мы развелись из-за его измены. Он женился на любовнице, и та родила ему дочь. Спустя годы я, ничего не подозревая, случайно оказываюсь няней его дочери, а вскрытая правда о нашем расставании теперь не кажется такой уж однозначной…
— Я уже придумала, что загадаю на Новый год, — щебечет Машенька.
— Расскажешь? — спрашиваю я.
— Я хочу, чтобы ты стала моей мамой, — радостно произносит она.
Я замираю и перевожу взгляд на отца малышки. Мой бывший муж и бровью не ведёт, спокойно открывая входную дверь своего особняка.
В полной тишине мы переступаем порог и в следующее мгновение на нас обрушивается крик.
— Сюрприз! — восклицает Елена, та самая любовница и мать Маши. — А вот и мамочка вернулась! Маша, ты рада видеть маму? А ты, мой дорогой Егор, скучал по мне?
Шесть лет назад мы развелись из-за его измены. Он женился на любовнице, и та родила ему дочь. Спустя годы я, ничего не подозревая, случайно оказываюсь няней его дочери, а вскрытая правда о нашем расставании теперь не кажется такой уж однозначной…
— Прости, Белка, но так будет лучше. Пойми, мне нужен наследник. Нас-лед-ник! Мальчик! Мой род должен быть продолжен. Катя родит сына. Моего сына.
— Но, Тёма, я тоже могу родить, — я начинаю злиться на себя. Зачем что-то доказываю? Зачем унижаюсь? Но все равно продолжаю говорить. — Врач сказал, что я здорова!
— Мы женаты два года. Не предохранялись ни одного дня, но ты не залетела.
— Но это неправда! Я прошла все обследования, я здорова! Может быть, проблемы в тебе?
— Какие проблемы, женщина? —начинает злиться мой муж. — У меня будет ребенок! Катя, в отличие от тебя, забеременела сразу же. А ведь мама меня предупреждала, но я не послушал, только зря потерял несколько лет.
Зря потерял? Вот же скотина!
— Но, Тёма, я тоже могу родить, — я начинаю злиться на себя. Зачем что-то доказываю? Зачем унижаюсь? Но все равно продолжаю говорить. — Врач сказал, что я здорова!
— Мы женаты два года. Не предохранялись ни одного дня, но ты не залетела.
— Но это неправда! Я прошла все обследования, я здорова! Может быть, проблемы в тебе?
— Какие проблемы, женщина? —начинает злиться мой муж. — У меня будет ребенок! Катя, в отличие от тебя, забеременела сразу же. А ведь мама меня предупреждала, но я не послушал, только зря потерял несколько лет.
Зря потерял? Вот же скотина!
– Екатерина Матвеевна, вы согласны со всеми пунктами? – обращается ко мне адвокат, и я вздрагиваю.
Поднимаю глаза и случайно напарываюсь на ожесточенный взгляд мужа.
Он впервые смотрит на меня так убийственно строго.
Секунды тянутся, но он не отводит глаз. В них нет ни капли того тепла.. Только лёд. Глубокий, промерзший, граничащий с презрением.
Полагаю, Лёша меня теперь ненавидит.
Муж не хотел разводиться. Именно поэтому наш бракоразводный процесс так затянулся. Он был против и сделал всё, чтобы дать мне время «одуматься».
– Да, согласна, – отзываюсь тихо.
– Отлично! – голос адвоката звучит излишне бодро. Это злит. Он бы ещё в ладоши похлопал. – В таком случае вам осталось лишь поставить свои подписи…
Рука не слушается. Пальцы едва держат ручку. Она кажется неподъёмной, словно отлита из свинца. Каждая клетка тела сопротивляется любой попытке лишиться самого дорогого и любимого человека…
Да, я продолжаю любить Лёшу. Так уж вышло. Безумно, отчаянно, безрассудно…
Поднимаю глаза и случайно напарываюсь на ожесточенный взгляд мужа.
Он впервые смотрит на меня так убийственно строго.
Секунды тянутся, но он не отводит глаз. В них нет ни капли того тепла.. Только лёд. Глубокий, промерзший, граничащий с презрением.
Полагаю, Лёша меня теперь ненавидит.
Муж не хотел разводиться. Именно поэтому наш бракоразводный процесс так затянулся. Он был против и сделал всё, чтобы дать мне время «одуматься».
– Да, согласна, – отзываюсь тихо.
– Отлично! – голос адвоката звучит излишне бодро. Это злит. Он бы ещё в ладоши похлопал. – В таком случае вам осталось лишь поставить свои подписи…
Рука не слушается. Пальцы едва держат ручку. Она кажется неподъёмной, словно отлита из свинца. Каждая клетка тела сопротивляется любой попытке лишиться самого дорогого и любимого человека…
Да, я продолжаю любить Лёшу. Так уж вышло. Безумно, отчаянно, безрассудно…
– Ревнуешь меня? – в интонации голоса Руслана нескрываемое удовольствие.
– Вот ещё! – отвечает со злостью дамочка. Но в этой злости я чувствую и обиду, которую она пытается скрыть. – К кому, спрашивается, ревновать? К этой занудной серой мыши? Смешно!
– Ты вроде как не в духе, – недовольно спрашивает мой муж.
– Смотри за настроением своей жены, а меня не трогай. Или есть возражения?
– Не то, чтобы возражения, – сдаётся Руслан, – но…
– Без «но»! Ты ведь надел кольцо не на мой палец. Так что свои замечания прибереги для своей замухрышки. А мне ты никто. Хотя, если память не изменяет, совсем недавно сулил золотые горы.
– Вот ещё! – отвечает со злостью дамочка. Но в этой злости я чувствую и обиду, которую она пытается скрыть. – К кому, спрашивается, ревновать? К этой занудной серой мыши? Смешно!
– Ты вроде как не в духе, – недовольно спрашивает мой муж.
– Смотри за настроением своей жены, а меня не трогай. Или есть возражения?
– Не то, чтобы возражения, – сдаётся Руслан, – но…
– Без «но»! Ты ведь надел кольцо не на мой палец. Так что свои замечания прибереги для своей замухрышки. А мне ты никто. Хотя, если память не изменяет, совсем недавно сулил золотые горы.
- Не смей! - ору, тыча в его сторону пальцем. - Не смей говорить, что я тебе изменила! - Не знаю, что тебе там почудилось, Баринов, но я всегда была тебе верна. Дура! Лучше бы и правда изменила. Сейчас было бы не так обидно.
- Полина… - зовет меня сестра.
- Придумал и свалил! Даже не дал объясниться!
- Поля, - делает новую попытку сестра, а я уже встаю на ноги и хватаю лыжные палки, воткнутые в снег.
- Знаешь, что, Давид?! Вот пусть те, кто тебе эту чушь наговорил, докажут это сначала!
- Поля, ты не умеешь кататься на лыжах, - напоминает сестра, но я ее не слушаю.
- А я сваливаю, - припечатываю. - Потому что ты недостоин того, чтобы я с тобой разговаривала!
Он выставил меня из своей жизни, а теперь, когда мы встретились на горнолыжном курорте, понял свою ошибку и хочет меня вернуть.
- Полина… - зовет меня сестра.
- Придумал и свалил! Даже не дал объясниться!
- Поля, - делает новую попытку сестра, а я уже встаю на ноги и хватаю лыжные палки, воткнутые в снег.
- Знаешь, что, Давид?! Вот пусть те, кто тебе эту чушь наговорил, докажут это сначала!
- Поля, ты не умеешь кататься на лыжах, - напоминает сестра, но я ее не слушаю.
- А я сваливаю, - припечатываю. - Потому что ты недостоин того, чтобы я с тобой разговаривала!
Он выставил меня из своей жизни, а теперь, когда мы встретились на горнолыжном курорте, понял свою ошибку и хочет меня вернуть.
— Где ты был? — мой голос срывается.
— Телефон сел, — бросает он, даже не глядя на меня.
— Ты мне врешь... Врешь мне прямо в глаза!
— Да хватит истерить! — он с размаху бьет ладонью по косяку. — Уйми свой беременный мозг!
— Иди к черту, — шепчу я, глотая слезы. — Просто уходи.
— С удовольствием. Мне здесь уже давно нечем дышать!
Оглушительный хлопок двери. Взрыв тишины, от которой звенит в ушах. Я стою в пустой квартире, залитой праздничными огнями, и чувствую, как внутри всё обрывается. А в следующий миг, ощущаю резкий толчок и странное, пугающее тепло, невосстановимым потоком заливающее ноги.
До боя курантов — всего три часа. Весь мир ждет чуда и брызг шампанского. А мой Новый год... мой личный ад начинается прямо сейчас.
— Телефон сел, — бросает он, даже не глядя на меня.
— Ты мне врешь... Врешь мне прямо в глаза!
— Да хватит истерить! — он с размаху бьет ладонью по косяку. — Уйми свой беременный мозг!
— Иди к черту, — шепчу я, глотая слезы. — Просто уходи.
— С удовольствием. Мне здесь уже давно нечем дышать!
Оглушительный хлопок двери. Взрыв тишины, от которой звенит в ушах. Я стою в пустой квартире, залитой праздничными огнями, и чувствую, как внутри всё обрывается. А в следующий миг, ощущаю резкий толчок и странное, пугающее тепло, невосстановимым потоком заливающее ноги.
До боя курантов — всего три часа. Весь мир ждет чуда и брызг шампанского. А мой Новый год... мой личный ад начинается прямо сейчас.
– Мне кажется, что муж мне изменяет, – поделилась я с подругой за чашкой кофе.
Но кто ж знал, что именно она окажется той самой разлучницей!
После горькой правды о двойном предательстве я превратилась в ту самую женщину, которая поставит на колени любого, кто посмел её обидеть.
Я отомщу вам, голубки. Да так, что вы пожалеете о том, что когда-то посмотрели друг на друга!
Но кто ж знал, что именно она окажется той самой разлучницей!
После горькой правды о двойном предательстве я превратилась в ту самую женщину, которая поставит на колени любого, кто посмел её обидеть.
Я отомщу вам, голубки. Да так, что вы пожалеете о том, что когда-то посмотрели друг на друга!
Телефон мужа лежит на столе в прихожей и светится. Я стою на кухне, вытираю руки полотенцем и слышу, как приходит очередное уведомление. Потом ещё одно. И ещё.
Я не хочу смотреть. Честно. Но любопытство побеждает.
Беру телефон. На экране вижу сообщения от Тани.
«Ты не ответил мне на сообщение, любимый. Ты помнишь, что обещал?»
«Я скучаю. Когда мы сможем встретиться снова?»
«Это фото для тебя. Ты говорил, что хочешь такое?»
Я не смотрю на фото. Не могу.
Отбрасываю телефон на место, словно он горячий. Словно может обжечь руки. Стою в прихожей нашего дома, где мы прожили двадцать лет, который я считала безопасным, и чувствую, как земля уходит из-под ног.
Я не хочу смотреть. Честно. Но любопытство побеждает.
Беру телефон. На экране вижу сообщения от Тани.
«Ты не ответил мне на сообщение, любимый. Ты помнишь, что обещал?»
«Я скучаю. Когда мы сможем встретиться снова?»
«Это фото для тебя. Ты говорил, что хочешь такое?»
Я не смотрю на фото. Не могу.
Отбрасываю телефон на место, словно он горячий. Словно может обжечь руки. Стою в прихожей нашего дома, где мы прожили двадцать лет, который я считала безопасным, и чувствую, как земля уходит из-под ног.
Подборка женских романов о разводе
Выберите полку для книги