Книги в жанре «Романы о молодых героях»

И Зак тоже... Да, кстати, не забудь еще про Зака Теннера. Про того самого придурка, которого все вокруг так обожали, что у тебя аж зубы сводило. Того самого Зака Теннера, кто – пора бы это признать – был во всем лучше тебя. Про того самого Зака-мать-его-Теннера, который имел идиотскую привычку говорить с тобой словами твоего умершего папаши. И, наконец, того самого вшивого выпендрежника Зака, который точно так же тебя бросил.

Я - лягушка. Большая такая, зеленая и очень наглая. Передвигаюсь большими скачками от одного дома к другому. И тихо живу с его обитателями обычно дней пять-семь. Стараюсь не вредить и ничем не выдать своего существования. Не приближаюсь к слишком зажиточным домам, потому что там обычно повсюду камеры. А вот дома среднего класса с одной только сигнализацией вполне подходят. У них тоже полно мест, где можно спрятаться.

Я поспорил на неё. На свою сводную сестрёнку, бесяче милую и искреннюю. Был уверен, что просто заполучу её и буду пользоваться сопутствующими выгодами. Но в какой момент всё пошло настолько не так? И что делать, если эта девчонка всё больше ковыряет душу и заставляет чуть ли не подыхать от желания быть рядом? Довести дело до конца? Вот только чей он будет, тот ещё вопрос.

Когда я впервые увидела его в нашем доме, то поняла, что такое любовь. И плевать, что он старше. Плевать, что женат и друг моего отца. Я поставила себе цель, еще будучи очень юной и глупой, заполучить его.
Когда я увидела его снова через несколько лет, он смог выручить меня, я подумала, что обязана стать его. Теперь, между нами, секрет…
Маленький и невероятно постыдный секрет для женатого мужчины.
Я не могу хотеть его, мое влечение неправильное и запретное. Между нами, большая разница возраста и менталитета.
Тахир никогда не сделает выбор в мою пользу.
Между нами, слишком большая пропасть.
Пропасть, которую я создала сама, своей ложью.

Они выросли вместе и, казалось, должны стать идеальной парой. Но в какой-то момент все сломалось. Она по-прежнему любит его, а он поставил точку в их детской влюбленности.
Но что будет, если однажды ночью все выйдет из-под контроля, и тормоза сорвет у обоих?

- Дима… - подвигаюсь чуть ближе, ставлю чашку на столик и невольно облизываю губы, а во рту пересыхает от того, как Волков смотрит.
- Тебе лучше уйти, - хрипло выдыхает он, чуть прикрыв глаза.
- А если я не уйду?
- Ты даже не представляешь, что я хочу с тобой сделать… - его голос звучит глухо, так, словно он сдерживается из последних сил, боясь сделать решающий шаг. И я делаю тот за него.
- Люби меня, Дим, - шепчу, едва дыша. - Люби...

Они говорили с ней, делясь своими историями и своей болью, освобождались от груза, чтобы с её выдохом покинуть мир живых, обретя покой. Она – их проводница, их спасение и помощница, провожающая в последний путь и дающая успокоение. То, чего так часто не хватало им при жизни.

– Два, Крышкина! – бросает в мою сторону физрук.
– Я – Мышкина! – произношу едва не плача.
Два? В смысле, два?
Звенит звонок с урока, весь класс разбегается, а я уверенным шагом иду к учителю.
– Степан Александрович, почему опять «два»? Я же выполнила ваше задание! – дую пухлые губы и гляжу на громилу исподлобья.
Наш новый физрук совершенно несправедливо угрожает мне испортить аттестат двойкой, и у меня есть всего две недели на то, чтобы исправить ситуацию.
Вот только мне всё больше кажется, что я выбрала неверный путь, пытаясь доказать, что даже такая пышечка, как я, может иметь по физкультуре твёрдую «пятёрку»…

Дыхание перехватывает, когда я смотрю в его глаза, которые снились мне все эти долгие пять лет.
- Арсений… - с его именем срываются и первые слёзы.
Я писала ему письма, я звонила… А он ни разу не ответил. Ни разу…
- Привет, Тая. Вот и долгожданная встреча, - говорит холодным голосом. Но я не боюсь ни его, ни того человека, в кого его могла превратить тюрьма.
Это по-прежнему он. Самый желанный и любимый.
Бросаюсь на его шею и плачу в голос.
- Я так скучала, так…
Слова утопают в болевом спазме, когда он резко выворачивает мои руки в жёстком захвате.
- Никакой жалости, Таисия. Никаких сладких речей. Ты и твоя семья отняли у меня всё. Я пришёл сделать то же самое.
Из-за угла по тёмному коридору слышится топот сына, и я замираю.
- Кто это? Муж?
- Прошу… Это мой…
- Мама?

Детдомовский ребёнок Володя попадает в больницу с неизвестным диагнозом. Пока врачи сельской глубинки пытаются понять - от чего умирает мальчик, маленький пациент одиночной палаты знакомится со странными обитателями стационара, постигает его странные обычаи и терзается вопросами о собственной участи.
Однажды во сне к Володе приходят ожившие герои его рисунков и забирают в свои миры, обещая помощь.

Но только во сне ли?..

Однажды Боги решили проявить милосердие. Боги не спросили, нужна ли людям их доброта? У нас не осталось выбора. Их воля стала для нас губительна. Вот уже больше ста лет мы выходим на арену с нашими предречёнными, чтобы один из нас выжил. И нет конца и края печальной судьбы. Таково решение Богов, мы не имеем права их гневить. Любое несогласие, и живым не уйдёт никто. Так мы здесь и оказались, на этом началась и закончилась наша общая история.