Книги в жанре «Романы о молодых героях»

Последний год учёбы, смена препода и все бы ничего, но именно ему, месяц назад я написала на машине "козел"- это фиаско. Берский Константин Романович- молодой, наглый и самоуверенный препод. Он бесит меня, ни чуть не меньше чем я раздражаю его. Вот только с каждым днем, наши с ним перепалки, становятся всё жарче.
- Я разве разрешил тебе уйти!? - с невероятной грацией и скоростью хищника, Берский разворачивает меня к себе лицом, впечатывая спиной в закрытую дверь. - Ещё раз так сделаешь, выпорю! Все нервы мне истрепала, сучка, — смесь ярости и похоти, плещущихся в его глазах, прожигает меня насквозь.
- Спасибо, я старалась, козёл! - выплевываю ему в ответ, неосознанно подаваясь вперёд, стирая последнее расстояние между нами. Берский со звериным рыком хватает меня за затылок и впивается в губы злым поцелуем.

Я металлистка с розовыми волосами, которая умудрилась влюбиться в самого неприступного сердцееда универа.
Знаете, что самое ужасное? Когда ты месяц тайно флиртуешь с ним в чате, а он даже не замечает тебя в реальности. А самое отвратительное? Когда узнаёшь, что вся эта романтическая переписка была его планом мести моей маме за назойливые попытки нас познакомить.
Но знаете, что ещё хуже? Когда понимаешь, что влюбилась ну уж совсем по самые помидорки! Да и он клянётся, что тоже... но как поверить после такого обмана?
Готовы узнать, чем закончилась эта безумная история? Тогда добро пожаловать в мой мир анонимных чатов, семейных интриг и самой неожиданной любви!
П.С. Мама до сих пор гордится своими свахинскими талантами...

— А слабо поцеловать его? — спросила Варя, кивнув на крашеного блондина, стоявшего у окна и болтавшего с какими-то парнями.
— Мне? Вообще нет!

С этого поцелуя начались все мои проблемы. Самой большой из которых стал невероятно красивый блондин с ослепительными голубыми глазами. Он стал моей любовью и моей болью, тем, кому я без оглядки доверилась и кто меня жестоко предал…


История Стэфана Демидаса

- Закон Гука, Ольховская? - прожигает меня взглядом через линзы очков Астахов.
- При малых деформациях сила упругости прямо пропорциональна абсолютному значению изменения длины тела, - говорю с ухмылкой, облизывая пересохшие губы.
- Примеры?! - подходит ко мне в плотную,наплевав на то, что мы не одни в аудитории. Замечаю в его глазах адское безумие, подхватывая и заражаясь им. Хочешь пример?! Будет тебе такой, что не забудешь!
- Хорошо... - улыбаюсь, прикусывая губу, и с лёгкостью закидываю одну ногу ему на плечо, демонстрируя растяжку. - Мышцы растягиваются, делая тело длиннее, это упругая деформация. Тело, а в нашем случае мускул,вернётся в изначальное состояние, как только его перестанут напрягать. Так же, как и ты меня через месяц, - шепчу ему в губы, которые ещё утром с жадностью целовала. Прогибаюсь ещё сильнее в идеальном шпагате, бросая ему вызов.

Подрезала очкарика на парковке, а он оказался студентом моего универа, заменяющим физика. Упс! Кажется, я попала!

История про подругу Киры из книги Новенькая. Сердце под прицелом.
- Я согласен быть твоим парнем, – произнес Бессонов, его зелёные глаза горели решимостью, когда он заглянул мне в глаза, будто читает мою душу. Мое сердце забилось чаще, дыхание стало прерывистым.
- Но... зачем тебе это? Ты же отказался, – спросила я, недоуменно прищурившись.
- Передумал, – коротко ответил он. Его ответ меня не удовлетворил, и я вопросительно уставилась на него, ожидая более развернутого объяснения.
- Не нравится наблюдать, как обижают симпатичных девушек, – наконец пояснил он.
- И что ты хочешь взамен? – с опаской спросила я, вспомнив, что он отверг мою попытку предложить помощь с учебой.
На лице Бессонова появилась хищная улыбка, от которой по спине пробежал холодок.
- Два месяца будешь делать все, что я скажу. Как моя рабыня.
- Кто? – выдохнула я.
- Рабыня, – повторил он, не моргнув.
- А если я не согласна?
- Тогда сама справляйся со своим бывшим и его подружкой, – развел он руками.

— Убери руки! — рычу я.
— Прекрати играть в недотрогу, — усмехается мажор Дауров, держа руки на моих бедрах. — Правда, я не уверен, что ты столько стоишь. Сначала покажи, что умеешь и я решу помогать тебе или нет.
— Я не торгую собой!
— Значит, не нужны деньги?
— Нужны. Но это не значит, что ты можешь все.
— Либо все, либо ничего.
— Я не продаюсь.
— Тогда мне это не интересно, — откидывается на спинку дивана. — Свободна. Твоя сводная сестра сговорчивее. Она с радостью сделает все и заберет твои лавры!
— Подожди! Я… я тебе все отдам.
— И как же? Как ты собираешься расплачиваться?
— Отработаю…
— Тебе придется долго работать, — его глаза вспыхивают. — Двенадцать месяцев ты будешь делать то, что я тебе скажу.

Мачеха хочет выиграть инновационный конкурс. Для этого мне нужен реактив за пять миллионов. Но помочь мне соглашается лишь тот кого я презираю с первого дня в университете, невыносимый кавказский мажор Дауров. И теперь я на целых двенадцать месяцев в его рабстве.

Арина Барская — тихая студентка, которую в университете почти не замечают. Дима Громов — парень, о котором говорят все: холодный, опасно привлекательный и слишком уверенный в себе.

Они не должны были пересечься.

Но одна ошибка меняет всё.

Когда Дима случайно получает страницы её романа, он узнаёт в главном герое себя. Слишком точно. Слишком лично. И вместо того чтобы вернуть текст, оставляет его у себя.

Теперь между ними начинается странная игра:
шантаж, сделки, опасное притяжение и правила, которые нарушаются слишком быстро.

Меня зовут Вероника и я безответно влюблена в своего лучшего друга.

На протяжении многих лет я могу лишь смотреть со стороны, как он встречается с девушками, спит с ними, наслаждается жизнью. А теперь вот он решил съехаться со своей подружкой, а я осталась за бортом.

В прямом и в переносном смысле, потому что мы с Женей почти шесть лет жили вместе, а теперь мне нужно съехать.

К счастью, или нет, Тёма - старший брат Жени - ищет соседа. Тёма, конечно, тот еще придурок, но это лучше, чем жить на улице.

К тому же, я никогда не влюблюсь в него. Не влюблюсь ведь?

— Убери от меня свои руки! — вырывается у неё, когда отпускаю её на секунду. — Что ты творишь?!
Голос дрожит. Она натягивает на себя одеяло.
Смотрит так, будто перед ней психопат, сбежавший из закрытой клиники. Почему-то это неприятно цепляет.
— Тише, — цежу. — Только не ори.
— Ты… что ты здесь делаешь?! Ты ненормальный! —
пытается повысить голос, вздёрнув острый носик.
— Успокойся, — говорю жёстко. — Не повышай голос, если не хочешь, чтобы нас услышали.
— Выйди из моей комнаты.
— Нет. Ты меня выслушаешь. И не вынуждай снова заткнуть тебе рот.
Она зажимает край одеяла, пыхтит от возмущения.
— Богдан, уйди отсюда, я сейчас…
— Слушай внимательно и запоминай, — перебиваю. Наклоняюсь ближе, давлю взглядом. — Завтра ты пойдёшь в деканат и заберёшь своё заявление. Скажешь, что всё придумала. Поняла?
Маша застывает. А потом глаза её вспыхивают.
— С чего это?
— Потому что я так сказал.

— Две недели ты изображаешь мою девушку. Или завтра весь университет увидит фото официантки из закрытого клуба.
— Ты невыносимый, Волков.
— Привыкай.
Алиса скрывала ночную подработку от всего университета. Артур Волков увидел её без маски — в прямом смысле. И сделал предложение, от которого невозможно отказаться.
Две недели притворства. Никаких чувств. Никаких поцелуев. Всё под контролем.
Она не знала про тайный приют, где он знает каждого пса по имени. Он не знал, что его отец когда-то уничтожил её семью.
— Ты использовал меня.
— Да. А ты не использовала меня как щит?
Пауза. Оба попали. Оба не уходят.