Книги по тегу «босс и подчиненная»: ""
– Предлагаю сделку, – начинает он без предисловий, его пальцы барабанят по моему идеально чистому столу. – Мы забываем о нашем… мимолётном недоразумении. Полностью и навсегда. Я здесь не для того, чтобы рыться в чужом грязном белье. Я здесь, чтобы работать. А вы, как мне доложили, один из самых ценных моих специалистов.
Я смотрю ему прямо в глаза, пытаясь найти в них насмешку, но вижу лишь холодную сталь.
– Я всегда была профессионалом, – отвечаю я, и голос дрожит лишь самую малость. – И не собираюсь это менять.
– Прекрасно, – он кивает, и его губы растягиваются в подобие улыбки. – Тогда мы поняли друг друга.
Но «сделка» оказывается фикцией. Его игра начинается в тот же день.
Я смотрю ему прямо в глаза, пытаясь найти в них насмешку, но вижу лишь холодную сталь.
– Я всегда была профессионалом, – отвечаю я, и голос дрожит лишь самую малость. – И не собираюсь это менять.
– Прекрасно, – он кивает, и его губы растягиваются в подобие улыбки. – Тогда мы поняли друг друга.
Но «сделка» оказывается фикцией. Его игра начинается в тот же день.
— Алиса, Ваше резюме впечатляет. Блестящее знание языка, интересный опыт. Однако, должен вас предупредить, на этом форуме важна не только лингвистическая точность. Мне нужен… определенный имидж. Моя спутница должна выглядеть безупречно, вести себя соответствующим образом и… не портить общую картину. Вы понимаете?
— Поняла, Вам нужен попугай, который говорит на трех языках? Или просто живой манекен, чтобы вешать на него брендовые сумки?
Произнося это, я уже готовилась к увольнению. Но Марк Орлов, IT-магнат с железной репутацией медленно поднял на меня взгляд. В его глазах читался не гнев, а нечто более опасное — интерес.
— Манекены не парируют, — прозвучал его низкий голос. — Они безмолвны и послушны. А вы... совсем другое дело.
Теперь я лечу с ним в Милан. Бизнес-класс, пятизвездочный отель, переговоры на миллионы. Все по контракту. Но какую цену я заплачу за эти три дня? И почему чем ближе я к этому человеку, тем больше хочу нарушить все пункты нашего контракта?
— Поняла, Вам нужен попугай, который говорит на трех языках? Или просто живой манекен, чтобы вешать на него брендовые сумки?
Произнося это, я уже готовилась к увольнению. Но Марк Орлов, IT-магнат с железной репутацией медленно поднял на меня взгляд. В его глазах читался не гнев, а нечто более опасное — интерес.
— Манекены не парируют, — прозвучал его низкий голос. — Они безмолвны и послушны. А вы... совсем другое дело.
Теперь я лечу с ним в Милан. Бизнес-класс, пятизвездочный отель, переговоры на миллионы. Все по контракту. Но какую цену я заплачу за эти три дня? И почему чем ближе я к этому человеку, тем больше хочу нарушить все пункты нашего контракта?
Максим Сергеевич, генеральный директор, холодный и расчетливый стратег. Анна, его лучший блондинистый помощник, умная и безупречная. Их страстный роман был большой ошибкой, которую оба предпочли забыть. Разрыв был жёстким и окончательным.
Но есть правила, которые не пишут в трудовом кодексе. Анна ушла, унося с собой главный «негласный проект» — их дочь.
Три с половиной года спустя Призрак из прошлого вновь входит в её жизнь — теперь как новый босс. Он требует только профессионализма. Она клянется себе, что выдержит. Но его пронзительный взгляд всё ещё обжигает, а его обещания пахнут ложью. Всё рушится в один миг, когда он, не выдержав неизвестности, появляется на пороге её квартиры. И встречается с живым, синеглазым сюрпризом, в котором с первого взгляда узнаёт себя.
Что сильнее: гордость мужчины, которого обманули, или инстинкт отца, влюбившегося с первой секунды? И можно ли построить новое будущее на обломках старой лжи?
Но есть правила, которые не пишут в трудовом кодексе. Анна ушла, унося с собой главный «негласный проект» — их дочь.
Три с половиной года спустя Призрак из прошлого вновь входит в её жизнь — теперь как новый босс. Он требует только профессионализма. Она клянется себе, что выдержит. Но его пронзительный взгляд всё ещё обжигает, а его обещания пахнут ложью. Всё рушится в один миг, когда он, не выдержав неизвестности, появляется на пороге её квартиры. И встречается с живым, синеглазым сюрпризом, в котором с первого взгляда узнаёт себя.
Что сильнее: гордость мужчины, которого обманули, или инстинкт отца, влюбившегося с первой секунды? И можно ли построить новое будущее на обломках старой лжи?
— Ну зараза… — рычу, едва сдерживая себя от матерных ругательств. — Ты у меня за все ответишь! Да ты на задницу месяц… нет, год не сядешь! Да я тебя…
— Что, меня, товарищ начальник? — раздается из-за угла.
— Выдеру! — цежу я сквозь сжатые зубы. — И… — не договариваю, но мы, итак, оба понимаем, что последует за этим «и».
— Ох, одни угрозы и слышу, Михайл Евгенич, — не скрывая смеха в голосе, тянет Рыжая. — Когда ж вы уже угрозы-то свои в жизнь воплотите?
— Рыжая! — терпение мое подходит к концу. — Варька! Ты меня скоро под статью своими выходками загонишь!
— Да что я-то? — восклицает Варя, наконец выйдя на свет. — Подумаешь, пошутила.
— Пошутила?! — ору я. — Это, ты называешь, пошутила?!
Посмотрев на мое лицо, Варя не выдерживает и начинает хохотать в голос.
— Что, меня, товарищ начальник? — раздается из-за угла.
— Выдеру! — цежу я сквозь сжатые зубы. — И… — не договариваю, но мы, итак, оба понимаем, что последует за этим «и».
— Ох, одни угрозы и слышу, Михайл Евгенич, — не скрывая смеха в голосе, тянет Рыжая. — Когда ж вы уже угрозы-то свои в жизнь воплотите?
— Рыжая! — терпение мое подходит к концу. — Варька! Ты меня скоро под статью своими выходками загонишь!
— Да что я-то? — восклицает Варя, наконец выйдя на свет. — Подумаешь, пошутила.
— Пошутила?! — ору я. — Это, ты называешь, пошутила?!
Посмотрев на мое лицо, Варя не выдерживает и начинает хохотать в голос.
В моей сумке лежала валентинка, та, которую я не отдала. Для босса.
Я её подписала и спрятала, решив уволиться. Не могу видеть его с другими.
– Веселова! – рыкнул он, выйдя из кабинета, я тут же вытянулась в струнку, не понимая, в чем провинилась.
Может, он всё же успел прочитать признание в валентинке?
– Да, Сергей Маркович, что вы хотели?
Он положил передо мною на стол короткое красное платье.
– Надевай и пошли, – скомандовал он. – У меня к тебе последнее поручение.
– Как? Куда?
– Ногами. На светский раут.
– Какой ещё раут?
У меня дыхание перехватило.
– Мероприятие для элиты! Притворишься моей девушкой!
Я в босса совсем не фиктивно влюблена, а тут ещё и нескромное красное платье, каких я никогда не носила, и светский раут для элиты, но, глядя на босса, я понимала, что отказа он не примет.
Я её подписала и спрятала, решив уволиться. Не могу видеть его с другими.
– Веселова! – рыкнул он, выйдя из кабинета, я тут же вытянулась в струнку, не понимая, в чем провинилась.
Может, он всё же успел прочитать признание в валентинке?
– Да, Сергей Маркович, что вы хотели?
Он положил передо мною на стол короткое красное платье.
– Надевай и пошли, – скомандовал он. – У меня к тебе последнее поручение.
– Как? Куда?
– Ногами. На светский раут.
– Какой ещё раут?
У меня дыхание перехватило.
– Мероприятие для элиты! Притворишься моей девушкой!
Я в босса совсем не фиктивно влюблена, а тут ещё и нескромное красное платье, каких я никогда не носила, и светский раут для элиты, но, глядя на босса, я понимала, что отказа он не примет.
Дети играли, ожидая начала Масленичного гуляния. Дочь случайно попала снежком в проезжающую машину.
— Я все лешу. Он наестся и подоблеет, — находит решение Василиса и хватает блины.
Мужчина присаживается на корточки, встречая мою дочь. Вижу его плохо за стеной из любопытных мальчишек, но агрессии он не проявляет.
— Наташа, ты что тут делаешь? — спрашивает у Василисы.
— Я не Наташа и не Вася. Я Василиса, — сообщает дочь. — Вы не злитесь, вот вам блин. Мы с мамой пекли.
— А где же твоя мама?
Может и не злится? Просто решил не проезжать мимо Масленичного гуляния?
— Я тут.
Ребята расходятся, мужчина поднимает голову. Я вижу его чётко и врастаю ногами в снег.
Этого быть не может.
Папа Василисы сидит рядом, держит приготовленный дочкой блин.
Смотрю на этих двоих и отчетливо становится понятно, на кого так похожа моя дочь.
На своего отца.
Вот бы он не заметил этого сходства и меня не узнал…
Он не хотел детей и я была не нужна. Что будет? Скандал, с участием моей дочери?
— Я все лешу. Он наестся и подоблеет, — находит решение Василиса и хватает блины.
Мужчина присаживается на корточки, встречая мою дочь. Вижу его плохо за стеной из любопытных мальчишек, но агрессии он не проявляет.
— Наташа, ты что тут делаешь? — спрашивает у Василисы.
— Я не Наташа и не Вася. Я Василиса, — сообщает дочь. — Вы не злитесь, вот вам блин. Мы с мамой пекли.
— А где же твоя мама?
Может и не злится? Просто решил не проезжать мимо Масленичного гуляния?
— Я тут.
Ребята расходятся, мужчина поднимает голову. Я вижу его чётко и врастаю ногами в снег.
Этого быть не может.
Папа Василисы сидит рядом, держит приготовленный дочкой блин.
Смотрю на этих двоих и отчетливо становится понятно, на кого так похожа моя дочь.
На своего отца.
Вот бы он не заметил этого сходства и меня не узнал…
Он не хотел детей и я была не нужна. Что будет? Скандал, с участием моей дочери?
Она просыпается утром и обнаруживает в своей постели незнакомца. Он — влиятельный бизнесмен, от которого зависит её карьера. У него есть предложение: тендер в обмен на её тело. У неё — выбор: отказаться и потерять всё или согласиться и потерять себя.
Но что делать, если за желанием обладать вдруг просыпается нечто большее? Если чужое тело становится родным, а контракт на бизнес превращается в контракт на душу?
Но что делать, если за желанием обладать вдруг просыпается нечто большее? Если чужое тело становится родным, а контракт на бизнес превращается в контракт на душу?
Я — новенькая горничная в шикарном отеле «Аврора».
А мой новый босс — тиран, деспот и маньяк.
Наша первая встреча произошла в его номере.
В его постели!
Теперь, он хочет, что бы я выполняла все его особые поручения. И судя по тому, как он смотрит на меня, в этом списке нет ничего, связанного с уборкой.
— Аврора, значит, — перебивает он, повторяя моё имя, пробуя на вкус, а потом его рука ложится мне на затылок, притягивая ближе.
Я не успеваю даже дёрнуться — он впивается в мои губы жёстким, требовательным поцелуем, и его язык проталкивается в мой рот, лишая последних мыслей и воздуха.
Похоже, моя карьера началась с самой большой ошибки в моей жизни. Или с чего-то гораздо более опасного...
А мой новый босс — тиран, деспот и маньяк.
Наша первая встреча произошла в его номере.
В его постели!
Теперь, он хочет, что бы я выполняла все его особые поручения. И судя по тому, как он смотрит на меня, в этом списке нет ничего, связанного с уборкой.
— Аврора, значит, — перебивает он, повторяя моё имя, пробуя на вкус, а потом его рука ложится мне на затылок, притягивая ближе.
Я не успеваю даже дёрнуться — он впивается в мои губы жёстким, требовательным поцелуем, и его язык проталкивается в мой рот, лишая последних мыслей и воздуха.
Похоже, моя карьера началась с самой большой ошибки в моей жизни. Или с чего-то гораздо более опасного...
Она думала, что просто пришла преподавать русский язык и литературу. Но идеальная школа с безупречной репутацией оказалась ловушкой, где каждый шаг отслеживается, а любое отклонение от правил может стать роковым.
Молодая учительница Алина сталкивается с холодным заместителем директора Марком, чья беспристрастность граничит с жестокостью. За фасадом безупречной школы скрываются тайны, которые могут стоить карьеры.
Молодая учительница Алина сталкивается с холодным заместителем директора Марком, чья беспристрастность граничит с жестокостью. За фасадом безупречной школы скрываются тайны, которые могут стоить карьеры.
Две недели назад я узнала, что от моего мужа беременна другая женщина. Мы разводимся, и расставаться с мстительным нарциссом и без того невеликое удовольствие. Но, будто этого мало, моим новым боссом становится мужчина, с которым связаны слишком противоречивые чувства. Семь лет назад он защитил меня от подонка, а ещё разбил мне сердце. Теперь он вернулся, но для чего? Чтобы снова меня защитить или сломать окончательно?
Выберите полку для книги