Книги по тегу «брутальный герой»: ""
"Любовница у мужа" - банальная фраза, если она не касается тебя... Женечка Кирсанова узнала об изменах мужа после пяти лет счастливого брака... как ей казалось - ведь у них семья... маленький ребенок. Но расставшись с мужем, поняла, что "любовь прошла, чувства остыли, а в сердце обида и пустота", и она тоже виновата в этом: разделила свою любовь и внимание между дочерью и мужем, и муж нашел недостающее на стороне.
Пустоту в Женином сердце заполнило новое чувство к человеку, который в трудную минуту ее пожалел, поддержал и даже защитил от собственного мужа... бывшего. И Женя открыла свое сердце для новой любви.
Достоин ли этот мужчина ее любви?
Станет ли Женя "любимой женщиной" этого мужчины?
Что выберет Виктор: деньги или любовь?
И получат ли они оба второй шанс на счастье?
Пустоту в Женином сердце заполнило новое чувство к человеку, который в трудную минуту ее пожалел, поддержал и даже защитил от собственного мужа... бывшего. И Женя открыла свое сердце для новой любви.
Достоин ли этот мужчина ее любви?
Станет ли Женя "любимой женщиной" этого мужчины?
Что выберет Виктор: деньги или любовь?
И получат ли они оба второй шанс на счастье?
СВОДНЫЕ
– Спасибо за недавнюю помощь, – шепчет на прощание мужчина, склоняясь к моему уху, пока мама и Дамир заняты друг другом, и порочно вытягивая каждый слог, перекатывает на языке буквы, точно пробует на вкус, – Ле-ра.
Этого достаточно, чтобы вздрогнул и завибрировал каждый нерв.
Руслан Ахсанов – мой демон, моё искушение. И мой соблазн. Непреодолимый.
Вчера с ним я впервые в жизни испытала оргазм. А сегодня узнала, что он – мой сводный.
– Спасибо за недавнюю помощь, – шепчет на прощание мужчина, склоняясь к моему уху, пока мама и Дамир заняты друг другом, и порочно вытягивая каждый слог, перекатывает на языке буквы, точно пробует на вкус, – Ле-ра.
Этого достаточно, чтобы вздрогнул и завибрировал каждый нерв.
Руслан Ахсанов – мой демон, моё искушение. И мой соблазн. Непреодолимый.
Вчера с ним я впервые в жизни испытала оргазм. А сегодня узнала, что он – мой сводный.
— Че это? — тупо уставившись перед собой на крошечные красные стринги, украшенные свежим шпинатом и помидорками-черри, поинтересовался муж. Затем его взгляд переметнулся к моей тарелке, с мясом и картошкой, и стал требовательным.
— А я у тебя хотела спросить, — слегка подперев голову рукой, улыбнулась я и невинно похлопала ресницами. — Не в курсе ли ты, каким образом эти трусы попали в карман твоих брюк?
Поморщившись, здоровяк подцепил кончиком вилки экстравагантное нижнее белье неизвестного происхождения, подвергнул их тщательной зрительной оценке и вынес вердикт.
— Это не мое.
— И не мое. Так чьи же они?
— Понятия не имею, — он отшвырнул их в сторону.
— Ты, Васенька, фокусником заделался? Вещи с чьих-то тощих пятых точек телепортируешь в свои штаны?
Шумно отметив день рождения лучшего друга, мой муж вернулся домой навеселе и с боевым трофеем в виде чужих женских трусиков.
Клянется, что не изменял!
Однако довольно скоро я наткнулась на одно занимательное видео…
— А я у тебя хотела спросить, — слегка подперев голову рукой, улыбнулась я и невинно похлопала ресницами. — Не в курсе ли ты, каким образом эти трусы попали в карман твоих брюк?
Поморщившись, здоровяк подцепил кончиком вилки экстравагантное нижнее белье неизвестного происхождения, подвергнул их тщательной зрительной оценке и вынес вердикт.
— Это не мое.
— И не мое. Так чьи же они?
— Понятия не имею, — он отшвырнул их в сторону.
— Ты, Васенька, фокусником заделался? Вещи с чьих-то тощих пятых точек телепортируешь в свои штаны?
Шумно отметив день рождения лучшего друга, мой муж вернулся домой навеселе и с боевым трофеем в виде чужих женских трусиков.
Клянется, что не изменял!
Однако довольно скоро я наткнулась на одно занимательное видео…
— Я вижу твою боль, — произнесла Тьма, мелодичным голосом Могу предложить тебе то, что ты ищешь – возможность вернуть, что потерял.
Гело, охваченный надеждой и отчаянием, пристально смотрел на неё.
— Что ты хочешь взамен? – спросил он, сердце колотилось от страха и любопытства.
— Ты знаешь, все имеет свою цену, — ответила Тьма, наклонив голову в знак понимания. — Предположим, я могу забрать твою душу, а ты обретешь возможность вновь встретиться со своей семьей. Но ты должен помнить, что такая сделка всегда имеет свои последствия…
Гело задумался, его разум терзался между надеждой и предостережением.
Он знал, что сделка с Тьмой — это не просто способ удовлетворить свою жажду вернуть семью.
— Я согласен.
Гело, охваченный надеждой и отчаянием, пристально смотрел на неё.
— Что ты хочешь взамен? – спросил он, сердце колотилось от страха и любопытства.
— Ты знаешь, все имеет свою цену, — ответила Тьма, наклонив голову в знак понимания. — Предположим, я могу забрать твою душу, а ты обретешь возможность вновь встретиться со своей семьей. Но ты должен помнить, что такая сделка всегда имеет свои последствия…
Гело задумался, его разум терзался между надеждой и предостережением.
Он знал, что сделка с Тьмой — это не просто способ удовлетворить свою жажду вернуть семью.
— Я согласен.
Она – внебрачная дочь короля, девушка, всю свою недолгую жизнь прожившая в мрачной обители монахинь.
Он – сын главы Огненного клана драконов, прилетевший закрепить договоренности о заключении брака с человеческой принцессой.
Но… Что-то пошло не так. И теперь эти двое неразрывно связаны друг с другом…
Он – сын главы Огненного клана драконов, прилетевший закрепить договоренности о заключении брака с человеческой принцессой.
Но… Что-то пошло не так. И теперь эти двое неразрывно связаны друг с другом…
Олег жил счастливо и беззаботно, и жениться в обозримом будущем не собирался. Но лишь до тех пор, пока не встретил ту, ради которой готов на что угодно: наплевать на карьеру, пойти против всего мира и даже – против своих высокопоставленных родственников.
– Плевать! – выкрикнул Олег, в глазах потемнело, взорвалось что-то, разнесло на мелкие щепки. – Сказал, моей будет! Уже моя!
– Никто тебе не позволит на ней жениться, – гаркнул Фёдор, указав на очевидное. – Ни наш отец, ни мы, ни её родня.
– Да идите вы! – взвился Олег. – Пытаюсь придумать, каким образом запретите, ничего в голову не приходит. Не подскажешь?
– Плевать! – выкрикнул Олег, в глазах потемнело, взорвалось что-то, разнесло на мелкие щепки. – Сказал, моей будет! Уже моя!
– Никто тебе не позволит на ней жениться, – гаркнул Фёдор, указав на очевидное. – Ни наш отец, ни мы, ни её родня.
– Да идите вы! – взвился Олег. – Пытаюсь придумать, каким образом запретите, ничего в голову не приходит. Не подскажешь?
Кристину совсем юной девочкой забрал себе за долги её отца его деловой партнёр. И всё бы, может, и было хорошо, да только вот разница в пятьдесят лет разве доводит до добра?
А вот и посмотрим, так как добро уже близко!
А вот и посмотрим, так как добро уже близко!
В далёком от столицы провинциальном городке происходят странные события. Одно за другим совершаются несколько ужасающих по жестокости преступлений, не дающих полиции ни одной зацепки. И тогда за дело берется она – очаровашка Джилл!..
— Аскеров уже уехал, пап?..
— А тебе какое дело?
Сегодня день моего девятнадцатилетия, а я вместо того, чтобы пить игристое с друзьями, нервничаю и весь вечер выискиваю взглядом всегда серьезного друга отца.
Они вообще похожи. Оба умные, волевые, сдержанные. Будто на Лубянке их только этому и учат — отключать сердце и не чувствовать ничего.
— Не вздумай опозорить меня, Эмилия. Удавлю. Своими руками удавлю. Я таких дурочек, как ты, у Рената столько видел, пальцев пересчитать не хватит. Сначала слюни пускают, потом слезы льют. Результат всегда один.
Моя жизнь камнем летит ко дну, но тут же, отталкиваясь от него, расцветает новыми сочными красками. Все еще задыхаясь от неосознанной ревности, читаю уведомление.
Каждое слово от Рената разжигает огонь в груди все сильнее.
«Хочу пригласить тебя на ужин, Эмилия. Сейчас».
— А тебе какое дело?
Сегодня день моего девятнадцатилетия, а я вместо того, чтобы пить игристое с друзьями, нервничаю и весь вечер выискиваю взглядом всегда серьезного друга отца.
Они вообще похожи. Оба умные, волевые, сдержанные. Будто на Лубянке их только этому и учат — отключать сердце и не чувствовать ничего.
— Не вздумай опозорить меня, Эмилия. Удавлю. Своими руками удавлю. Я таких дурочек, как ты, у Рената столько видел, пальцев пересчитать не хватит. Сначала слюни пускают, потом слезы льют. Результат всегда один.
Моя жизнь камнем летит ко дну, но тут же, отталкиваясь от него, расцветает новыми сочными красками. Все еще задыхаясь от неосознанной ревности, читаю уведомление.
Каждое слово от Рената разжигает огонь в груди все сильнее.
«Хочу пригласить тебя на ужин, Эмилия. Сейчас».
- Чиво? – с недоверием уставился на эту гламурную фифу.
- Не чиво, а что…тьфу, деревня!
- Да объясните толком, что здесь происходит? – ишь, какая умная.
- Половина этой фермы принадлежит мне, и я собираюсь здесь жить! – не, ну это вообще уже не смешно…
- Половина фермы принадлежит моему компаньону и то временно, я могу выкупить её в течение этого года, время у меня ещё есть, - сразу ставлю её на место, ибо нечё здесь командовать!
- Половина фермы мне досталась в наследство от деда и продавать её я точно не собираюсь, так что, ковбой, закатай губу и покажи мне, какая половина дома моя! – и тут же поворачивается к мужчинам, которые приехали на грузовой газели. – Мальчики, заносите в дом!
В смысле в наследство…Петрович…да нет…не может быть…
Неожиданно на мою голову сваливается эта бабёнка и начинает командовать в моей епархии…, но пусть не думает, что я легко дамся, ни одной женщине не удастся прижать к ногтю Василия Егорова! Не на того нарвалась, девочка!
- Не чиво, а что…тьфу, деревня!
- Да объясните толком, что здесь происходит? – ишь, какая умная.
- Половина этой фермы принадлежит мне, и я собираюсь здесь жить! – не, ну это вообще уже не смешно…
- Половина фермы принадлежит моему компаньону и то временно, я могу выкупить её в течение этого года, время у меня ещё есть, - сразу ставлю её на место, ибо нечё здесь командовать!
- Половина фермы мне досталась в наследство от деда и продавать её я точно не собираюсь, так что, ковбой, закатай губу и покажи мне, какая половина дома моя! – и тут же поворачивается к мужчинам, которые приехали на грузовой газели. – Мальчики, заносите в дом!
В смысле в наследство…Петрович…да нет…не может быть…
Неожиданно на мою голову сваливается эта бабёнка и начинает командовать в моей епархии…, но пусть не думает, что я легко дамся, ни одной женщине не удастся прижать к ногтю Василия Егорова! Не на того нарвалась, девочка!
Выберите полку для книги